Музыка нашей любви - Кианна Александер

Открыв бутылку, Иден сделала пару глотков.

— Как твои родные ведут себя в сложившейся ситуации? — поинтересовалась она.

— Ниа, как обычно, всеми командует.

— Как обычно?

— Если бы ты была знакома с моей сестрой, ты поняла бы, что я имею в виду. — Он выпил воды. — Двойняшки ухаживают за мамой, делая все, что она попросит. Гейдж по большей части молчит. Думаю, ему тяжело видеть маму в таком состоянии. Отец оказывает ей моральную поддержку.

— А ты, Блэйн? Что чувствуешь ты?

Он встретился с ней взглядом.

— Признаться, меня напугал звонок сестры, которая ничего мне не объяснила. Когда я убедился, что с мамой все будет в порядке, я успокоился. — Он зевнул. — Я просто немного устал, и у меня болит спина. Эти чертовы больничные стулья такие неудобные.

— Я понимаю, о чем ты говоришь.

Иден вспомнила, как сидела рядом с кроватью своей умирающей тети после аварии. Ее мать погибла на месте, а тетя продержалась несколько часов после аварии.

«Позаботься о моей Эйнсли» — таковы были последние слова тети Мими.

Прогнав тяжелые воспоминания, Иден спросила Блэйна:

— Ужин готов? Мне не терпится оценить твои кулинарные способности.

— Все готово. Можешь садиться за стол.

Она приняла его приглашение, и через минуту он поставил перед ней белую фарфоровую тарелку с вегетарианским стейком, вареным картофелем и грибным соусом. Затем он принес еще одну тарелку с соте из стручковой фасоли, моркови и красного лука.

— Вот это да. Выглядит аппетитно, — сказала Иден.

Улыбнувшись, он взял тарелку со своей порцией стейка и сел напротив Иден.

— Ты сначала попробуй, а затем хвали, — улыбнулся он.

Отрезав ножом кусочек стейка, она обмакнула его в соус, отправила в рот и восторженно застонала.

— Блэйн. Это невероятно вкусно. Ты отлично готовишь.

Он улыбнулся шире:

— Рад, что тебе понравилось.

— Еще как понравилось, — ответила она, отрезая следующий кусочек.

За ужином они болтали о разных пустяках. Иден не заметила, как ее тарелка опустела.

— Я давно не получала такого удовольствия от еды, — сказала она, положив вилку. — Даже вообразить себе не могу, что ты придумал на десерт. — Самое сладкое, самое нежное и изысканное, что я только смог себе представить.

При мысли о еще одном кулинарном шедевре у Иден потекли слюнки.

— Правда? И что это, по-твоему?

Блэйн встретился с ней взглядом:

— Ты.

Как только короткое слово сорвалось с его губ, атмосфера за столом изменилась. Воздух между ними задрожал от электрического напряжения.

С того момента, как Иден появилась у него на пороге в длинном красном платье с разрезами по бокам, он с трудом сдерживал свое влечение к ней.

Ее глаза расширились на миг от удивления, затем пухлые губы соблазнительно приоткрылись.

— Правда? И почему ты так уверен, что я соглашусь? — спросила она, выдвигая свой стул из-за стола.

— Если ты не согласишься, я сильно расстроюсь.

Поднявшись, он подошел к ней, опустился на корточки и приподнял ее ступню в босоножке, украшенной стразами.

— В таком случае я буду тебя умолять.

Она провела кончиком языка по нижней губе. — Мне понравится твой способ убеждения, Блэйн?

Он понимал, что она его дразнит, и ему это доставляло удовольствие.

— Обещаю, тебе понравится.

— М-м-м…

Блэйн провел ладонью вверх по ее гладкой ноге:

— Ты такая красивая, такая нежная.

Затем он ее разул, положил ее ноги себе на колени и принялся разминать ступни, уделяя внимание каждому пальчику.

— М-м-м… — простонала она, запрокинув голову. — Как ты узнал, что мне сейчас нужно именно это?

— Наверное, я ясновидящий, — ответил он.

Она выгнулась дугой, и он почувствовал уверенность в том, что сможет доставить ей удовольствие и другими способами.

Поняв, что она вот-вот соскользнет со стула, он остановился. Иден выпрямилась и посмотрела на него затуманившимися от желания глазами.

— Твои аргументы весьма убедительны, — прошептала она, погладив его по щеке.

Блэйн накрыл ее руку своей:

— Я только начал тебя убеждать, дорогая.

Иден озорно улыбнулась ему:

— Не позволяй мне тебя останавливать.

Подавшись вперед, он покрыл поцелуями верхнюю часть ее груди, и она застонала от удовольствия.

— Можно? — спросил он, схватившись за тонкие бретельки ее платья.

Иден кивнула, и он потянул за них, спустил корсаж до талии. При виде ее высокой полной груди у него захватило дух. Не в силах больше сдерживаться, он накрыл ладонями эти мягкие упругие холмики и слегка их сжал. Крупные темные соски затвердели от его прикосновений, и он принялся их ласкать пальцами и губами. Откинувшись на спинку стула, Иден тихонько постанывала, и Блэйну доставляло удовольствие на нее смотреть.

Его желание обладать этой женщиной становилось все сильнее с каждой секундой, и Иден, похоже, хотела его не меньше, чем он ее. Вытащив его рубашку из-за пояса брюк, она дернула ее края в стороны, чтобы расстегнуть пуговицы. Несколько штук оторвалось, но Блэйну было на это наплевать. Они продолжили раздевать друг друга в столовой, которую освещала лишь луна.

Когда оба были полностью обнажены, Иден начала водить ладонями по его груди и животу. От ее прикосновений его кожа горела, и он, запустив пальцы в густые волосы Иден, накрыл ее губы своими. Они были мягкими и сладкими, но этого ему было недостаточно. Поэтому он усадил ее на стул, опустился перед ней на колени, раздвинул ей бедра и провел пальцем по влажным складкам между ними. — Блэйн… — сорвалось с ее губ.

— Ты прекрасна, и я безумно тебя хочу, — прошептал он и, наклонившись, подарил ей самый интимный из всех возможных поцелуев.

Иден вскрикнула и выгнулась дугой ему навстречу. Пока он ласкал губами и языком ее сокровенное местечко, она постанывала от наслаждения, и Блэйн подумал, что никогда еще не пробовал такого вкусного десерта.

Только когда ее тело затряслось в экстазе, он остановился. Сев на пол, он позволил ей немного отдышаться, после чего поднялся, взял ее за руку и мягко спросил:

— Ты можешь подняться?

Все еще дрожа, она покачала головой. Тогда Блэйн подхватил ее на руки и отнес в спальню. Положив ее на мягкое покрывало, он быстро предохранился и опустился поверх нее. Встретившись с ним взглядом, Иден схватила его восставшую плоть, приподняла бедра и направила ее между ними.