Строптивая наследница - Сабрина Джеффрис

— Что-то мне не хочется проверять эту теорию. — Она толкнула его в грудь. — К тому же у меня есть менее опасный способ заставить тебя...

— Спаси меня, Господи! — раздался голос у двери.

Сердце Минервы упало, когда, повернувшись, она увидела Фредди, широко распахнувшего глаза при виде рук Джайлса, все еще лежащих на талии Минервы. А Джайлс, похоже, нарочно не отпускал ее.

— Что ты здесь делаешь, Фредди? — злясь на обоих, спросила Минерва.

— Я подумал, что в буфете после завтрака могло остаться несколько булочек, — ответил он. Но тут в его глазах появилось осуждающее выражение. — Ты же сказала, что только проводишь его.

Фредди нервно провел руками по волосам, затем посмотрел в окно на Кримсон-Кортьярд, названный так из-за ярко-красной плитки.

— Черт возьми, да твоя бабушка с меня шкуру спустит! А твои братья будут держать меня, пока она это будет делать. Я же должен был находиться с вами рядом. — Он был на грани истерики. — Ты сама сказала, что между дверью и гостиной ничего не может произойти.

— А ничего и не произошло, — заявила Минерва.

Взгляд Фредди метнулся с Минервы на Джайлса. На руки Мастерса.

— Все в порядке, Фредди, — заверила его Минерва. — Он всего лишь... удерживал меня: я едва не упала.

Молодой человек прищурился.

— Зачем ты это говоришь, я, видишь ли, не идиот, — проговорил он.

Она вздохнула:

— Нет, конечно. Впрочем, лучше, чтобы никто об этом не узнал. И я ничего не скажу, если ты будешь помалкивать. Зачем беспокоить бабушку? — Минерва бросила на Фредди лукавый взгляд. — Мне бы очень не хотелось, что у тебя возникли неприятности.

— Да уж, в этом нет ничего хорошего, — пробормотал Фредди. — Джейн меня никогда не простит. Ей так нравится ваша семья, и она не захочет, чтобы нас отправили домой.

— Согласна, — кивнула Минерва, испытывая легкое чувство вины за то, что воспользовалась его необоснованной паникой. Особенно в те мгновения, когда взгляд Джайлса буравил ей спину. — Так что пусть это останется между нами, ладно?

— Ладно, — согласился Фредди. — Хотя, возможно, мне стоит вместе с тобой проводить мистера Мастерса.

— Отличная мысль, — заявил Джайлс, предлагая Минерве руку.

Минерва воспользовалась его предложением, чувствуя, что ее сердце забилось втрое быстрее, когда она коснулась его руки. Само собой, оба они были в перчатках, но она чувствовала жар его тела сквозь два слоя кожи.

Когда они подходили к двери, Минерва попросила:

— Давайте обойдем двор, хорошо? Не стоит напоминать моим братьям, что они хотели поколотить мистера Мастерса.

Джайлс слегка улыбнулся:

— Неужели ты беспокоишься о моем здоровье?

— Ничуть, — солгала Минерва. — Просто не выношу вида крови.

— Никогда бы не догадался, — сказал Джайлс, направляясь вместе с ней к черному ходу в Холстед-Холл.

Фредди следовал за ними.

— В твоих книгах то и дело случаются кровопролития.

— В этом как раз и заключается твоя проблема, — сказала Минерва. — Ты путаешь вымысел с реальной жизнью.

Джайлс понизил голос:

— А все из-за того, что ты превращаешь реальную жизнь в вымысел.

Украдкой оглянувшись на Фредди, Минерва произнесла едва слышно:

— И я буду это делать, даже если ты станешь снова целовать меня на глазах у всей семьи. Но тогда нашему соглашению конец — я буду писать о Роктоне до самой смерти.

Мастерс заглянул ей в лицо, словно пытался оценить степень ее искренности, и холодно кивнул.

— Ты заключила непростую сделку, дорогая, — напомнил он.

— Ты сам об этом не забудь.

Несколько мгновений они шли молча. Но когда оказались у задней двери, Джайлс спросил:

— Можно, я загляну к тебе завтра? Мне не нужно в суд до среды.

— Ну да... — ответила Минерва. — Кстати, почему бы тебе не отвезти меня покататься часов, скажем, в девять? Это было бы замечательно.

Впрочем, Джайлс наверняка будет не в восторге от того, куда она попросит его ее отвезти.

Мастерс с подозрением посмотрел на нее.

— Девять — слишком рано, — заявил он.

— Для тебя слишком рано? — удивилась Минерва. — Или ты вообще не хочешь ехать?

— Я этого не говорил, — возразил он. — Но я должен буду выйти с тобой. Разве смогу я такое пропустить?

Минерва фыркнула.

— Прибереги свое деланное обаяние для тех женщин, которые не знают тебя так же хорошо, как я, — произнесла она.

Он посмотрел ей в глаза.

— Ты будешь удивлена тому, как мало ты обо мне знаешь, дорогая...

— Вот и выход, — проговорила Минерва, когда они наконец дошли до двери.

Она выпустила его руку, но он тут же схватил ее, поднес к губам и поцеловал.

— Au revoir, mon petit mignon, — прожигая ее страстным взором, произнес он грубоватым тоном, от которого по спине Минервы пробежала дрожь.

Минерва лишь после ухода Джайлса поняла, почему он назвал ее «моя маленькая потаскушка» по-французски: именно так Роктон называл Викторию в романе «Незнакомец с озера». И то, что он вспомнил столь незначительную деталь из ее произведения, тронуло Минерву больше, чем все остальные его поступки в этот день.