Обязана быть его-2 - Алиса Ковалевская

— Там такой снегопад, — тряхнув головой, выдохнула впорхнувшая в квартиру с порывом свежего воздуха Светка.

Поспешно расстегнула пуховик и внимательно посмотрела на меня. Покачала головой.

— Собаке собачья смерть, — без тени сожаления выговорила она и принялась раздевать сына.

— Свет, — одёрнула её, но она, подняв голову, одарила меня таким взглядом, что я предпочла не продолжать.

Порой подруга напоминала мне амазонку — независимая, умеющая принимать вещи такими, какие они есть, не ждущая от жизни больше, чем та является. И всё-таки я знала её и другой — слабой, нуждающейся в поддержке и опоре.

Повернувшись к зеркалу, я тоже осмотрела собственное отражение. Едва встав, я поспешила в ванную, чтобы скрыть следы побоев. Соня пришла в спальню ещё до того, как я окончательно прогнала остатки сна, и всё же я надеялась, что рассмотреть синяки она не успела.

— Всё, теперь мыть руки, — сказала Света сыну, когда тот, пыхтя, сам снял ботинки. Помочь ему с этим она даже не подумала. Терпеливо стояла рядом и ждала.

Предвкушающая скорые игры с другом Сонька тоже вертелась рядом. Несмотря на то, что день был будничным и со стороны Эдуарда угрожать ей уже ничего не могло, о саде речи пока не шло.

— Ты почему не на работе? — первым делом спросила я, когда мы, предоставив детей собственным развлечениям, прошли в комнату.

Появление подруги не удивило меня. В свете всего случившегося за последнее время это казалось таким простым и безобидным, что вряд ли могло встревожить меня. Тем более, что выглядела Света хорошо и угнетённой не казалась.

— Взяла пару выходных, — ответила она, осматриваясь.

Прошла мимо постели, мельком взглянув на неё, отодвинула тюль и выглянула на улицу. Уперевшись ладонями в подоконник, приподнялась на мысочки и расправила плечи, а после посмотрела на меня.

— Как тут хорошо…

Я вздохнула. Из коридора послышался детский топот, звонкие голоса, смех. Дождавшись, пока дети окажутся подальше, я тихо проговорила:

— Он удочерил Соню, — прозвучавшие вслух слова в очередной раз обрушили на меня действительность, поверить в которую мне было слишком трудно. — Бумаги… Я сама не знаю, как так вышло. Там, в больнице…

Встретилась со Светой взглядом и замолчала, понимая, как глупо звучит то, что я говорю. Как?! Как я могла не понять, что это за документы? Не вникнуть?! И как Демьян смог так быстро всё подготовить, разобраться с формальностями?! Хотя… О чём это я? Это же Демьян.

— Господи… — выдохнула я, тяжело опустившись на край постели, потёрла лицо ладонями. — Что я говорю…

— Даже спрашивать не стану, что случилось, — Света подошла и положила руку мне на плечо. Подняв голову, я посмотрела на неё и снова отрицательно качнула головой.

— И не надо. Я подписала бумаги. Бумаги, Свет. И…

— Подписала и подписала, — внезапно жёстко проговорила она. Я даже растерялась от твёрдости, прозвучавшей в её голосе.

Убрав ладонь, Света подошла к двери, возле которой оставила привезённый с собой чемодан с остатками моих вещей.

— Ты понимаешь, что теперь он её отец? — я поднялась. — Отец! Не просто мой муж, не опекун, а…

— Понимаю, — оборвала меня Света и посмотрела прямо в глаза долгим, уверенным взглядом. — Радуйся, — сказала она очень тихо. — Радуйся, Дарина, что теперь у твоей дочери есть нормальный отец. Нормальный, а не тот ублюдок, который тебя уже несколько лет под хохлому разукрашивал.

— Нормальный? — вкрадчиво переспросила я, не зная, что ответить.

Подруга поджала губы и, всем видом дав понять, что не желает слушать меня, подкатила чемодан к шкафу.

— Я привезла остатки твоих вещей, — сказала она, раскрывая его. Присела и резко дёрнула молнию чемодана, откинула крышку. Только после этого опять посмотрела на меня. Я молча наблюдала за ней, боясь, что если дам волю бушующим внутри эмоциям, дело может закончиться либо истерикой, либо ссорой. Как она не понимает?! Или…

— Тебе Егор мозги промыл?! — грубо спросила я. — Он тебе чего-то наговорил, да? Что он тебе сказал?

— Ничего он мне не говорил! — в тон мне ответила Света и, вытащив небольшую стопку одежды, положила на полку. Затем достала платье — одно из тех, с которыми я так и не смогла расстаться. — Я и без Егора всё прекрасно вижу.

— Что ты видишь?!

— Что мужик по тебе с ума сходит! — рявкнула Светка, порывисто поднялась на ноги и, повесив платье в шкаф, так же резко обернулась ко мне. — Ты вообще представляешь, что было, когда этот мудак тебя увёз?! Представляешь, как он с ума сходил?! Ты бы его видела! Да попадись ему твой Эдик в тот момент, он бы…

— Он купил меня у Эдика! — вскрикнула я. — Заплатил ему за то, чтобы тот привёл меня к нему и… — задыхаясь, я замолчала.

Сделала рваный вдох. То, что я держала в себе, то, что наконец облекла в слова, ударило меня, обдало болью. Не в силах больше ничего говорить, я, растерявшая пыл, повторила надтреснуто:

— Он заплатил ему.

Света ничего не сказала. Держа в руках уже другое платье, долго смотрела на меня. Распущенные волосы обрамляли её красивое сдержанной, строгой красотой лицо, глаза её казались темнее обычного. В полном молчании, разрушаемом лишь доносящимися до нас детскими голосами, она покачала головой.

— Даже если так, — выговорила, расправив платье. Бледно-розовое, оно скользнула по её тонким пальцам шёлком. — Даже если так, — повторила, глядя на меня, — это уже не важно. Разве лучше бы было, если б всё осталось по-прежнему?

— Не важно? — глухо переспросила я.

— Ты уверена, что рано или поздно он не ударил бы Соню? — Света так и смотрела на меня.

Каждое её слово врезалось в меня, в сердце, в душу. Думала ли я о том, что такое возможно? Да. Но…

— Вспомни, с чего всё начиналось, — продолжила Света. — С пощёчины. И посмотри на себя сейчас, — лёгкий кивок. — Ты знаешь о том, что Демьян разбил машину после вашей ссоры? — неожиданно спросила она тем же тоном.

Разбил машину? Я даже не знала, что ответить ей. Царапина… Царапина на его руке. И ещё… Я вдруг вспомнила, что на плече у него тоже был синяк — большой, размером с мою ладонь. Вчера я, разозлённая, смятённая, не придала этому значения, но сейчас, после Светкиных слов, вдруг будто бы снова увидела обнажённого по пояс Демьяна. Плечо, запястье…

— После нашей ссоры? — словно отмерев, переспросила я.

— Да, — она убрала второе платье и, вытащив небольшой пакетик, выдвинула было ящик. Несколько небольших коробочек вывалились к её ногам. Присев, она подобрала их, не спрашивая моего разрешения, раскрыла. В руках у неё оказалось два комплекта белья — розовый и жемчужно-серый.

— Иди сюда, — она позвала меня очень серьёзно. Я подошла сама не заметив этого. — Смотри, — Светка кивнула на ящик, где аккуратно лежало бельё. То самое, что Демьян так и не отдал мне. И ещё… одежда. Новая, с бирками.