Вспомни меня - Маргарита Дюжева

Сегодня мой праздник, завтра уже уезжаю, а он где-то шляется. Что за человек такой?

— Надеюсь, ничего не случилось, — Настя тревожилась за своего великовозрастного сыночка, а я почему-то была уверена, что все с ним в порядке.

Просто загулял, или с работы не смог уйти, потому что привезли интересную машину, или нашел какое-нибудь суперважное дело. В общем, я придумала с десяток объяснений тому, почему мой без пяти минут муж где-то шляется, вместо того чтобы проводить оставшееся время со мной.

Дождется. На ночь комнату запру и все. И пусть катится туда, откуда пришел.

Я заводилась все больше и больше, и когда на улице послышался скрип ворот, уже была похожа на маленького всклокоченного чертенка, готового воткнуть свои вилы в одну наглую задницу.

В прихожей послышались шаги, и я тут же надела маску неприступной королевы, до глубины души оскорбленной поведением своего ненаглядного. Ни за что не прощу…

— Ян, с днем рождения, — он появился на пороге, держа перед собой большую коробку, — в общем, счастья, здоровья, денег и всего-всего. Я не мастер поздравлений.

— Где ты пропадал? Мы заждались! — вступила в разговор Настя.

— За подарком ездил. Иди открывай, — он бережно поставил ее на пол и сделал приглашающий жест рукой.

Мне очень хотелось поддержать образ обиженной и оскорбленной, но еще больше хотелось заглянуть в эту коробку и узнать, что же такое он там привез.

— Я все еще сержусь, — ткнула пальцем ему в грудь.

— Давай уже, не ворчи, — легонько подтолкнул к подарку.

Я опустилась рядом с ней на колени, плавно потянула за веревочку, развязывая пышный голубой бант и сняла крышку.

Внутри, свернувшись клубочком спал черный щенок кане-корсо.

— Знакомься. Это Персик.

У меня аж руки затряслись от волнения. Я погладила кутенка по спинке, и он тут же проснулся, зевнул, демонстрируя розовую пасть и с интересом принюхался к мое руке.

— Малыш, — я бережно взяла его на руки и прижала к себе, — маленький мой.

Я вспомнила того, другого Персика, которого не успела спасти, и из глаз покатились слезы.

— Ян, ты чего? Я думал тебе понравится, — растерялся Макс.

— Мне понравилось, — я говорила сквозь всхлипы, — просто… просто… это так трогательно.

И дальше реветь.

Ершов опустился рядом со мной на ковер обнял за плечи, и как маленькую гладил по голове.

— Дурочка ты.

Я согласно кивнула. Конечно дурочка, сидеть на полу и рыдать со щенком на руках — умная бы так не стала делать.

— Я же уеду завтра. Мне нельзя брать его с собой. Там общага, занятия, работа. Как он тут будет?

— Я специально тебе его подарил. Чтобы уж наверняка вернулась, — Макс хитро подмигнул, — меня-то может и бросишь, а его никогда.

— Дурак, — я толкнула его локтем в бок.

— Вот и поговорили.

Персик тем временем выбрался из моих душных объятий и пошел исследовать комнату, по-детски неуклюже мотаясь из стороны в сторону и путаясь в своих собственных лапах.

— И как ты додумался такого маленького в коробку запихать? — переживала Настя, — а если бы он задохнулся?

— Этот кабачок дрых всю дорогу в открытой коробке, я его накрыл только перед выходом из машины. Так что ничего с ним не случилось за эти пару минут. Вон резвый какой. И, по-моему, собрался напороть на ковер.

Настя молча вышла из комнаты, а спустя минуту вернулась с половыми тряпками и сунула их нам с Ершовым в руки.

— Ваша собачка — вы и развлекайтесь. Но чтоб в доме ни одной лужи и ни одной кучки не было. Понятно?

— Понятно, — хором ответили мы и начали оттирать свежее пятно на паласе.

Я была счастлива. Словами не передать того уюта и ощущения тихого счастья, которое уютным котом свернулось где-то под сердцем. Родные рядом. Все живы, здоровы. Персик носится по гостиной, неуклюже взбрасывая толстенькие лапки, Макс сидит рядом и держит меня за руку. Что еще надо для счастья?

Было немного тоскливо оттого, что завтра придется уезжать в другой город, но теперь грела мысль, что меня будут здесь ждать. Время пролетит и не заметишь. Всего несколько месяцев до защиты, и потом я вернусь, чтобы остаться здесь навсегда.