Пресыщенность ядом - Мария Высоцкая

Музыка оглушает. Дягилев достаёт из кармана пакетик.

- По таблеточке?

- Нет.

- А я, пожалуй, кайфану.

Заглатывает содержимое, запивая ромом, и откидывается на диван. Вспышки неона с мелкими интервалами бликуют на его лице, которое поглощает улыбка.

- Ты опять за старое?

- Я чисто расслабиться. Так, по-лёгкому.

- Ты обещал.

- Я помню, не наседай, мамочка.

- Да мне плевать, загнёшься где-нибудь.

- Всё-всё, - хлопает по моему плечу, - я понял. Выпьешь?

- Нет.

- Скучный ты, Доронин, не весёлый, - ржёт, заливая сверху вискаря. - Слушай, сегодня же моя очередь на нашу недотрогу.

- В плане?

- У меня для неё сюрприз.

- Какой?

- На то и сюрприз.

Молчу.

- Так что ты сегодня не лезь, хотя... тебя же отшили.

Захар смеётся.

- А я успокою, приласкаю. Послушаю, какая ты скотина. Не зря ж она так быстро спрыгнула.

- И это странно, не находишь?

- Хреново осознавать, что она не повелась на твою смазливую рожу?

- Свали уже.

- Не злись, Доронин, я любя. Готовь Континенталь.

- Губу закатай. Поехал я, башка болит.

- Давай. На созвоне.

Из клуба уезжаю под утро. Хочется спать, касаюсь головой подушки, и почти сразу трезвонит будильник. Сука. В универе появляюсь после обеда. Мой сегодняшний максимум - это одна пара, и в «Саламандру».

- Привет, я думал, ты не придёшь, - Захар опирается на стену, на его роже очки, в руках бутылка минералки.

- Я тебя тоже не ожидал увидеть. Ты в хлам был, когда я вчера уезжал.

- Друг, я и сейчас не лучше, - делает глоток воды, стаскивая авиаторы на нос.

- Ты на таблетке до сих пор, что ли?

Тишина в ответ.

- Придурок.

- Слышь, Дань, отвали с этой темой. Не твоё дело.

- Если ты куда-нибудь вляпаешься и опять меня подставишь...

- Даня, ну куда я вляпаюсь? Какие на хрен здесь могут быть неприятности?

На другом конце зала замечаю Разумовскую, и не я один. Захар тоже.

- Слушай, как так вышло, что она тебя послала? Понтов у неё много! Но не переживай, друг, я за тебя отомщу.

- Не трогай её.

- У нас уговор.

- Без жести.

- Я буду нежен.

***

Часов в пять ко мне прибегает Викуша. Эта нимфетка всполошила своим приходом всё, и моё спокойствие в первую очередь.

- Чего тебе?

- Захар. Даня, он обдолбался, взял ребят и куда-то поехал. Его надо найти, он же что-нибудь натворит. Понимаешь? Отец его убьёт. Мы должны его найти!

- Я чем могу помочь? Если твой брат идиот…

- Он говорил про спор. Его как переклинило. Вы спорили? Вы опять спорили?

- Не твоё дело.

- Он под коксом, - поджимает губы, отскакивая от меня.

- Давно?

- Месяц почти.

- И ты молчала.

- Он сказал, что просто балуется. Захар нормальный был всё это время, а сегодня... не знаю, что случилось, но он не в себе.

- Ты на самом деле такая дура?

- Не хами мне, - поправляет браслет на запястье.

- Куда он поехал?

- Не знаю. Сказал, что проучит её. Кого её? Даня?

- Никого. Домой вали. Я его найду.

Викуша порывается поехать со мной, но мне её компания к чертям не нужна, потому что что-то подобное уже было с Захаром в Лондоне, этот идиот тогда активно закидывался таблетками, потом перешёл на порошок, а как итог, вывез какую-то девчонку на заброшенный аэропорт.

Подробностей я не знаю, но догадаться не сложно, пока он утром валялся почти без сознания, к нам пришла полиция. Заявление о насилии. Правда, через пару дней девка сказала, что это не он и она ошиблась, но по городу разъезжала на новой тачке. Дягилев-старший подсуетился.

Мне, в принципе, плевать, что он там придумал сейчас, как и на тот случай, это исключительно его дело. Вот только если в этот раз всплывёт, что я причастен здесь хоть как-то, отец меня придушит собственными руками. Иногда мне кажется, что он только и ждёт моего очередного косяка, после того случая… в котором Дягилев сыграл одну из главных ролей.

Папа тогда предупредил очень доступно, проверять на себе я не хочу. Поэтому лучше попридержать этого козла. Мне из-за него проблемы не нужны. Да и ему самому, батя ж мой их семейку в порошок сотрёт. В тот раз не тронул, а в этот так просто Дягилевы не отмоются. Мокрого места не останется. Ну и девчонку жалко. Она-то новую тачку явно не возьмёт за молчание.

Поэтому, не теряя времени, еду во двор Разумовской, если я там буду, он не сунется, сейчас в нём играет азарт, который на хрен мне не сдался. Притащу урода обратно и поеду спать.

Завернув в сквер, вижу лишь уезжающую Дягилевскую тачку. Сука. Не успел.

За городом дорогу почти перекрывает камаз, поэтому резко оттормаживаюсь и спустя минуты три топлю в два раза быстрее. Я понимаю, что он меня заметил и играет. Стритрейсер херов.

Меня заносит на обочину, и я еле успеваю остановить тачку. Колёса пробуксовывают пару раз, а «кортеж» скрывается из виду за поворотом в лес.

Весело ему.

Наконец выруливаю и съезжаю на эту своротку. Дорога явно не для моей тачки, но назад ехать смысла нет. Да и настораживает то, что происходит.

Неужели этот придурок решил её трахнуть? Устроил цирк. Никогда не понимал, когда берут силой. На фига? Любую можно развести по-нормальному, а если нет, то баб сотни, которые по щелчку ляжки раздвинут.

На опушке чуть не впечатываюсь бампером в его тачку, но это мелочь, потому что то, с чем я сталкиваюсь дальше, выбивает из колеи. Дягилев стоит у открытой дверцы Ауди и с выпученными глазами смотрит перед собой. Подхожу ближе и охереваю с происходящего.