Глубокие воды - Джейн Энн Кренц

— Я тоже слышал о нем, хотя наши пути не пересекались.

— Он посоветовал мне быть осторожной с вами: дескать, вы совсем не тот человек, чтобы без всякой причины приехать в маленький городок и содержать лавчонку редкостей на пристани. Дэвис предположил, что вы здесь, в Бухте Шепчущих Вод, вероятно, выполняете поручение некоего богатого клиента.

Илиас продолжал пристально смотреть на рощу, которая тянулась до самого края утеса.

— Причины моего пребывания здесь не имеют ничего общего с бизнесом. Ваш брат заблуждается.

— Другими словами, он смотрит в мутную воду?

— Приятно слышать, что вы чему-то научились у Хейдена.

Чарити едва заметно улыбнулась:

— Мне нравился Хейден, но я никогда не была уверена в том, что знаю его хорошо. Он всегда сохранял дистанцию и держался обособленно, словно существовал в своем собственном мире.

— Вы не ошиблись. Насколько я знаю, я был единственным, кому он позволял проникать в этот мир.

Завораживающая интонация в его мягком, неторопливом голосе захватила все внимание Чарити.

— Он был для вас гораздо ближе, чем просто друг, и(r) так ли? И значил гораздо больше, чем просто учитель?

— Да.

Она медленно выдохнула. Охватившее Чарити сочувствие мигом разрушило и смыло весь ее здравый смысл и всю осторожность.

— Прошло только два месяца после его смерти, и вы, наверное, очень по нему тоскуете.

Илиас продолжил разговор тихим голосом, в котором звучало сдерживаемое волнение:

— Я был с ним, когда он умирал, хотел заставить его лечь в больницу. В ответ Хейден сказал, что это пустая трата времени, так как он собрался умереть и никакой доктор не сможет ему помешать. Но он также считал своим долгом позволить мне отправить его в больницу, чтобы мне не пришлось терзаться муками совести и считать себя виновным в его смерти. Сам же Хейден предпочел бы тихо умереть в моем доме.

— Но вы все же отвезли его в больницу, где он и скончался?

— Да. — Илиас смотрел на бухту. — Перед смертью он был очень спокоен, умиротворен и собран. Хейден умирал так же, как и жил. Напоследок он сказал, что дает мне возможность освободить себя, и посоветовал использовать эту возможность.

— Освободить себя от чего?

Помолчав, Илиас ответил:

— От желания отомстить.

Чарити пристально посмотрела на него:

— Кому отомстить?

— Это очень долгая история.

— Я с удовольствием ее послушаю.

Илиас помолчал несколько минут, в течение которых Чарити уже успела подумать, что не дождется от него ответа. Однако спустя некоторое время он все же начал рассказывать:

— Мои родители развелись, когда мне было десять лет, и я остался жить с матерью. Она… сильно страдала от приступов депрессии. Через месяц после того как мне исполнилось шестнадцать лет, мама покончила с жизнью.

— О Господи, Илиас, вам, наверное, было очень нелегко?!

— После этого я переехал жить к моим бабушке с дедушкой по материнской линии, которые так никогда и не оправились от огромного горя, Более того, я думаю, что они во всем, что случилось с мамой, обвиняли отца. Поэтому часть его вины после ее смерти автоматически перешла на меня. Я все время ждал, когда же отец вспомнит обо мне и заберет к себе, но так и не дождался весточки от него.

У Чарити подкатил комок к горлу.

— А где же он был в это время?

— Он создал небольшое дело по перевозке товаров по воздуху на острове под названием Нихили.

Она нахмурилась:

— Никогда не слышала о таком острове.

— О нем вообще мало кто знает, он затерян посреди Тихого океана. Спустя некоторое время мне удалось уговорить деда купить билет до Нихили, что было совсем нетрудно сделать.

— И что же случилось с вашим отцом?

— У него был конкурент, человек по имени Гаррик Кейворт.

Чарити ничего не сказала, когда Илиас снова замолчал, и с нетерпением ждала продолжения рассказа.

— Кейворт вывел из строя самолет отца. Хотя отец и обнаружил эту поломку, но ему во что бы то ни стало надо было лететь, и он полетел. В результате его самолет упал в океан далеко от берега.

Чарити была оглушена этим рассказом и никак не ожидала услышать об убийстве отца Илиаса.

— Если случай, о котором вы рассказали, произошел в действительности, то мне кажется, вы вправе стремиться отомстить этому Кейворту.

— Все на самом деле не так просто, как вам кажется, ведь такое случается не каждый день. Механик сообщил отцу, что у самолета неисправна система по дачи топлива, но он все-таки не отменил полет. Конечно, на такой поступок его толкнула крайняя необходимость выполнения контрактов. Однако я никогда не хотел смириться с тем, что отец самостоятельно принял это решение, рискуя жизнью.

Чарити вдруг осенило:

— Но он рисковал не только своей собственной жизнью: это был риск оставить собственного сына сиротой!

— Конечно, можно сказать и так, — невесело улыбнулся Илиас. — Хейден тоже повторял мне это несколько раз.

— Ваш отец, возможно, и сам виноват в своем решении. Но я бы сказала, что это обстоятельство не освобождает от ответственности Гаррика Кейворта.

— Вы правы. Постараюсь покороче рассказать, что случилось дальше. Когда я прибыл на Нихили, через пару дней после того как отец упал в океан, на аэродроме меня встретил Хейден. По каким-то одному ему известным причинам, которых я так никогда и не смог понять до конца, он принял меня под свою личную опеку. Хейден дал мне возможность закончить образование, помог мне наладить свое дело, научил меня оставаться человеком в любых ситуациях. Я обязан ему очень многим и не смогу никогда отплатить за все, что он для меня сделал.

Чарити с трудом сдерживала слезы.

— Я понимаю вас. А что стало с тем человеком, повредившим самолет вашего отца?

— Потребовалось немало времени, чтобы узнать и доказать, кто это сделал. После того как личность виновника была мною установлена, я потратил годы на разработку плана разрушения его финансовой империи, А затем умер Хейден.

— И от этого что-то изменилось?

— Изменилось все. После прощания с Хейденом я смог посмотреть на сделанное Кейвортом совершенно другими глазами. Оказалось, что я не замечал прежде того обстоятельства, что Кейворт уже сполна расплатился за свое преступление. Он знает о том, что все его, нынешнее богатство зиждется на убийстве. Это знание разъедает его душу. Оно полностью поработило его и в конце концов уничтожит. Кейворт уже очень дорого заплатил за свое преступление, хотя даже не догадывается об этом. Поэтому я решил оставить его в тюрьме, которую он сам для себя построил.