Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны - Валентина Гордова

– А знаешь, что самое противное? – Не обращая на мои страдания никакого внимания, Аромер подался ближе, навалился на меня всем немалым весом своего мощного тела и жарко зашептал в самое лицо: – Что дел наделала ты, а убирать за тебой нам. И ладно, уберём, и плату с тебя возьмём соответствующую, можешь даже не сомневаться, но Айзек…

Рука на моём горле вдруг сжалась сильнее, перекрывая воздух, а из груди мага вырвалось тихое, но откровенно жуткое рычание! Как у дикого, безумно опасного зверя!

– Пусти! – Прохрипела я, тратя последние крохи воздуха в своих лёгких.

Страшно! Просто до безумия страшно умереть! Вот так, просто из-за какого-то мага, который вдруг решил, что ему всё можно!

В глазах начало стремительно темнеть, грудь и горло жгло от нехватки воздуха, сердце билось, как пойманная в силки птица! Птица, которой отчаянно, всей душой, до безумного крика хотелось жить и которая со всей очевидностью осознавала свою скорую кончину!

Я в отчаянии застучала ладонями по мужской руке, но с таким же успехом можно было биться о каменную скалу!

Интуитивный, безумно глупый порыв, моя вскинутая ладонь, с кончиков пальцев которой слетело заклинание… от которого Аром попросту отмахнулся, даже не напрягаясь!

– Айзек мой друг, – нос рыжего скользнул по моей щеке, прерывистое дыхание коснулось уха, слова с трудом проникли в шумящее сознание. – И я не позволю какой-то малолетней дряни испортить ему жизнь.

Миг, длинною в вечность.

И Аромер нехотя разжал пальцы, одёрнул ладонь и отступил на шаг, позволяя мне безвольной куклой сползти на пол.

Ноги не держали. Дыхание со свистом жадно проникало в лёгкие, царапая горло новой, почти приятной болью, и слёзы беспрепятственно бежали по щекам.

Не было сил сдерживать их. Сил уже вообще ни на что не оставалось, я даже дышала с трудом, буквально заставляя себя делать всё новый и новый жадный вдох полной болящей грудью.

Надышаться… не получалось. Просто не получалось. И от этого осознания слёзы побежали быстрее, а и без того огнём горящее горло сдавили рвущиеся наружу рыдания.

– Убить бы тебя, – повторил, презрительно скривившись, маг то, что уже говорил ранее.

И я просто не выдержала.

Зло вытирая руками мокрое от слёз лицо, вскинула голову, с ненавистью посмотрела на расплывающегося мага и в сердцах выпалила:

– Катись к Тьме!

Хриплый злой смех раздался в ответ.

Откровенно наслаждаясь моим страхом, парень медленно приблизился вновь, присел передо мной, со снисходительной улыбкой и абсолютной жестокостью в голубых глазах заглянул в моё мокрое лицо.

Без труда поймал пальцами подбородок, когда я попыталась отвернуться.

И уж не знаю, чем бы всё это закончилось, но тут на весь дом прозвучал громкий голос Кристьяна:

– Нашёл!

Я замерла, прислушиваясь и не понимая, радоваться мне своему спасению или всё же прощаться с жизнью, потому что сейчас магов будет уже как минимум двое.

– Сидеть, – убийственно ласково велел рыжий, мягко поднимаясь на ноги. – Молись, чтобы там не было ничего серьёзного, иначе я вернусь, и тогда, – этот урод замолчал, выдержал выразительную паузу и не оставляющим надежд на спасением тоном закончил: – ты будешь умолять меня уже о смерти.

Когда Аромер скрылся за дверью гостиной, я дышать перестала. И сидела, напряжённая до предела, несколько мучительно долгих мгновений…

Тихие тяжёлые шаги.

Показавшаяся на пороге тёмная фигура.

Сияние голубых глаз было последним, что я увидела.

Глава 7

Примерно десять минут спустя мы стояли возле моего дома. Я, по самый нос закутанная в тёплый пушистый чёрный плед, который когда-то бабушка связала, а Дарэн из шкафа выдернул и самолично меня в него обернул так, чтобы ни рук, ни шеи видно не было, собственно, сам Дарэн и двое его друзей, причём у всех троих лица такие одухотворённо-серьёзные были, как у каких-нибудь прославленных героев, неоднократно спасавших мир от гибели, и полицейские. Очень много полицейских в тёмной форме, с короткими мечами на поясах и подозрительными выражениями на суровых лицах.

Но даже не они бесили больше всего, и не собирающаяся на шум толпа, и не маги из академии, уже мчащиеся сюда.

Неимоверно раздражало то единство и искренность, с которой трое оставшихся магов вещали на всю округу последние события.

С их слов выходило следующее:

1. Они, как законопослушные и безмерно любящие свою будущую профессию маги, услышали прогремевший в городе взрыв и тут же отправились проверять, что же случилось.

2. По прилету обнаружили десяток местами разрушенных домов – соседские и ведьминский, который по предварительной оценке пострадал сильнее прочих, да и находился в эпицентре взрыва.

3. Крайне умные и вообще очень сообразительные, с их же слов, маги предположили, что причиной взрыва послужил обитатель данного дома.

4. Пошли проверять.

5. Нашли бессознательную ведьму, всю болезненно-бледную и с чёрными отметинами по всему телу.

6. Действуя согласно правилам внутреннего распорядка академии и правилам безопасности Влеки, маги незамедлительно вызвали полицейский патруль.

Собственно, в чувство меня приводили уже полицейские. Очень здорово открыть глаза, лёжа на холодной земле посреди улицы, и увидеть десяток склонившихся над тобой лиц. Незабываемые ощущения.

Врали маги знатно. У них настолько правдоподобно выходило, что в какой-то момент даже я поверила, но быстро отогнала это навязанное чувство и принялась смотреть на них скептически.

Потому что всё не так было. Но про перерождающегося демона и неадекватного рыжего, напавшего на меня, эти ни слова не сказали. Ни звуком не проговорились. И на меня смотрели с искренним переживанием и желанием помочь.

Гады!

Они конкретно про Айзека вообще не упоминали, и я не знаю, куда они его дели, но рискну предположить, что молодой демон попросту свалил.

Двое полицейских, серьёзный усатый следователь и молодой стажёр, держащий бумаги, на которых магическое перо самолично всё прозвучавшее записывало, кивками поблагодарили адептов за помощь, повернулись ко мне и попросили рассказать мою версию произошедшего.

Я бы рассказала, с радостью