Ты не заставишь меня - Юлия Гауф

Демьян уезжает, у двери охрана, и я целыми днями одна. Схожу с ума, думаю, силюсь вспомнить, и скучаю. По нему. И ненавижу себя за это.

— В городе, в магазине, но с охраной, – кивнул он. — Звони ей, а мне пора. Не хочешь поцеловать на прощание?

Я потянулась к Демьяну, будто это в порядке вещей – поцелуи у двери, так провожают мужей жены, и это будто в генах заложено. Но я остановила себя, отпрянула от мужчины.

Думала, рассердится, но он коротко хмыкнул, чему-то радуясь. А затем вышел из квартиры.

Никогда, даже если сто жизней проживу, я не смогу понять Демьяна!

Но не быть ему благодарной я не могу – он сделал мне щедрый подарок. Я могу нормально провести время с мамой, и не бояться за ее жизнь!

Мама из новостей знала, что папы больше нет, и ждала моего звонка. А я не звонила по вбитой привычке. Демьяну мама не сделала ничего дурного, но я так привыкла прятать все личное, что настолько поздно решилась на простую просьбу провести время с мамой.

Она приехала на следующий день, и в торговый центр я ехала, злясь на каждый светофор. Вез меня Демьян, а позади нас ехало две машины с охраной.

— Ты радуешься, как ребенок, Алина. Оказывается, тебя легко обрадовать.

— Просто я соскучилась по маме, она замечательная. Ох, ну почему мы так долго едем?

— Тебе кажется, – усмехнулся мужчина. — Говорю же, как ребенок.

Я отмахнулась. Пусть, ребенок. Сама знаю, что иногда импульсивной бываю, и не могу усидеть на месте, но радует уже то, что я не как Лариса. Люблю свою сестренку, но она – невыносимый чертенок. В детстве я ее именно чертенком и называла за непоседливость. Сейчас ее непоседливость вылилась в нечто иное, о чем я и думать не хочу.

— Приехали, – Демьян, кажется, искренне наслаждается моим предвкушением.

Меня легко обрадовать, но и его, оказывается, тоже.

Мы вышли из машины, и я, повинуясь внутреннему порыву, подошла к нему, обвила руками, и потянулась за поцелуем.

— Спасибо, – прошептала, и легко прикоснулась своими губами к его. Но Демьян тут же углубил поцелуй, притянул меня плотнее, впечатывая в свое тело, и скользнул языком в мой рот. — М-м, пусти, – смутилась, — мы ведь не дома.

— Тогда жду тебя дома, – он отпустил меня, и кивнул охране, чтобы следовали за мной.

Трое охранников, ужас какой! Но пусть так, чем продолжать сидеть взаперти, как принцесса в башне. Я зачем-то обернулась, взглянула, как Демьян сел в машину, и еле сдержалась, чтобы не помахать ему вслед.

На улице красиво, у ТРЦ елка украшенная стоит, падает легкий снег.

Я уже было обернулась ко входу, чтобы войти, и встретиться с мамой, но мое внимание привлек парень в строгом костюме. Без пальто, без куртки, выглядит, как жених. Он вышел из машины, поежился от холода, и сделал шаг к магазину, но поскользнулся.

Снег окрасился кровью, как и его белая рубашка.

— Черт! – выругался он, прижал ладонь к носу, и с трудом поднялся, глядя почему-то на меня.

Я не знаю этого человека, но в глазах вижу укор.

И эта кровь. На снегу, на кипенно-белой рубашке, как у жениха.

Этот незнакомец… он так похож на Марка.

— Марк, – всхлипнула я, и в моей голове раздался взрыв.

Я вспомнила.

Марка больше нет!

Незнакомец прошел мимо, а я так и осталась стоять у широкого крыльца и смотреть на красные брызги по белому снегу.

Картинка в памяти сложилась, я вспомнила, и красивое, как у принцессы, платье, и как ходила по холлу, полному гостей, и высматривала своего жениха.

Вместо Марка тогда за мной пришел Демьян.

Покачнулась и ухватилась за железные ледяные перила.

Все так и было, теперь я помню, и как он меня на колени поставил перед собой, а потом приспустил брюки.

А потом мы ехали домой и упали в реку.

Мы из-за Марка ругались, из-за него слетели с моста, да.

— Алина Руслановна, – прозвучал позади бесстрастный голос одного из охранников, и сам он обогнул меня, вышел вперед, — какие-то проблемы?

— Да, – качнула головой и вцепилась в перила, словно я хмельна и подняться без поддержки не могу. По ступенькам двинулась к раздвижным дверям и ускорилась, вошла в продуваемый кондиционером тамбур и смахнула волосы с лица.

Еще какие проблемы.

Я живу в квартире демона, который убил моего жениха. И сегодня, после встречи с мамой я готовилась заложить в ломбард свои серьги, чтобы этому демону подарок купить на Новый Год.

В ТРК играет музыка. Разношерстная толпа растеклась по этажу, за эскалаторами возвышается огромная елка. Рядом прогуливается охранник и с важным видом что-то бормочет в рацию. Замечает нашу троицу – меня и моих спутников, которым разве что черных очков не хватает, чтобы еще больше внимания привлечь.

Он проводил нас подозрительным взглядом до самых ступенек. Он, и все гости центра.

Встала на эскалатор и в раздражении обернулась:

— Вы можете хоть немного отойти? Или мне пятки отдавите.

Мужчины проигнорировали, уставились в разные стороны, цепкими взглядами сканируя празднично-веселую толпу.

Я и сама знаю, что пока не нашли Волынова – гулять опасно. Но сейчас бывший папин друг для меня не страшнее детских баек, которыми мы с Ларисой друг друга с упоением запугивали перед сном.

Опасно другое – жить в одном доме с монстром, и делить с ним постель.

Выскочила на площадке второго этажа и поежилась в теплой куртке. Демьян не трогал меня после похорон отца, он лишь молчаливо поддерживал. И когда я ночью уходила в ванную, чтобы он не слышал, как я жалею папу и всхлипываю, а он приходил следом и поднимал меня с пола. И когда я от еды отказывалась и пила один кофе – он даже сам вставал у плиты, голый по пояс, в спущенных на бедра домашних брюках.

Он привозил мне книги. И диски с фильмами. Конфеты в коробках. И ароматную пену для ванн.

Он заботился без слов, как о больном ребенке, и в моей груди с каждым днем становилось теплее, разве мог он быть демоном, если такой хороший?

А он убил Марка.

Зрение затуманилось, вытерла глаза и повернулась, взглядом пробежалась по