Ты не заставишь меня - Юлия Гауф

Он дернулся. Наклонился к моему лицу, черным взглядом пригвоздил к месту. Холодным дулом пистолета коснулся моих губ, и я вздрогнула.

— Дело не в наследстве, Алина. Наш мир так устроен. Не может такая, как она. Командовать мужиками с оружием. Это не игра. Уйди с дороги. Кость, запри ее в машине, – бросил Демьян через плечо.

Костя двинулся ко мне.

Подпрыгнула и обняла Демьяна за шею, всем телом притиснулась к нему. Встретила жесткий взгляд и в ответ сжала губы, захотелось ударить его, выхватить пистолет и выстрелить, остановить этого мужчину, который свое правосудие вершит. Со всей силы дернула его за воротник, сознавая свое бессилие против него, я только двинусь, и он меня скрутит, у меня шансов нет, в венах горячая злость забурлила.

Зубами вцепилась в его губы, толкнулась языком. Обняла его крепче и почти вгрызлась в него, поцелуем выплескивая отчаяние.

Он ответил. После заминки обнял одной рукой, поднял в воздух.

Зажмурилась и целовала, целовала, целовала его, пока не закружилась голова, и небо с землей поменялись местами.

Он оторвался первым, тяжело выдохнул. С трудом поймала его мутный взгляд, облизнула ноющие губы.

— Остановись ради меня, сможешь? – шепнула. — Уедем отсюда.

Он стряхнул с себя мои руки, оттолкнул меня, отступил. Грязно выругался, на пистолет посмотрел. На салон. Снова на меня.

— По машинам, отбой, – отвесил хмурый приказ и первым двинулся к джипу.

Глава 12

Я до последнего была уверена, что ни на какой благотворительный вечер мы не пойдем.

В девяностые папа вел дела, минуя закон – это я знала. А потом, как и многие, частично вышел из тени. Все знали, кто он – мои учителя, одноклассники. Вообще ни для кого не было секретом, под чьей властью находится город, но темные дела творились теперь не так явно. С легким налетом законности.

А благотворительный вечер и вовсе для папы был важен, и не просто как способ пустить пыль в глаза. Его мама, моя бабушка, болела, и папа взял за традицию собирать всех видных людей перед Новым Годом, и собирать с них деньги на борьбу с лейкемией.

Но папа ведь умер, какой теперь вечер?!

— Одевайся, – Демьян внес в комнату темно-зеленое, искрящееся платье, которое книзу шло светлым омбре. — Через пять минут тебя накрасят и сделают прическу.

— Зачем?

— Приглашаю тебя на бал.

— На…

— Да. Вечер состоится. Одевайся. Времени мало.

— Как состоится? – растерянно спросила я. — Папа ведь обычно звал артистов, нанимал официантов… да тех же парковщиков.

— Что-то он сделать не успел, но с этим справилась твоя сестра. Нам даже прислали приглашение. Невежливо будет его проигнорировать, не находишь? – сузил он глаза. — Ты же так просилась к сестре, теперь я сам везу тебя к ней.

Демьян вышел, и я начала переодеваться. Пока меня красили и делали прическу, я все понять не могла – что теперь делать.

Демьян убил Марка. Я должна уйти, я обязана сбежать, если хочу свою душу сохранить! Но пока только я ограждаю Ларису от Демьяна.

Я уйду, а она-то останется. И ей настанет конец. Вполне возможно, что от рук Демьяна.

Не понимаю, что делать, две половины моей души не могут договориться – я люблю сестру, она младшая и я должна ее защищать, но я ведь и о себе должна подумать. Не только о Ларе, да и не просит она меня о помощи. Бал организовала в короткий срок, наслаждается!

— Вы прекрасны, – довольно вздохнула девушка-визажист, любуясь своей работой. — Сейчас, еще пара штрихов.

Она бесцеремонно оттянула итак низкое декольте, и прошлась хайлайтером по моей груди, а затем и по плечам.

— Восторг! – она отошла на шаг назад. — Взгляните на себя.

Я послушно перевела взгляд на свое отражение, и невольно улыбнулась.

Я красивая.

Платье будто изумрудами усыпано, и облегает мою фигуру, как вторая кожа. Макияж сдержанный, но глаза стали ярче, губы сочнее, на бледных щеках появился румянец, который мне, оказывается, идет.

Я все отчетливее помню это чувство самолюбования – как я стояла в свадебном платье, и казалась себе сказочной принцессой. Это было перед несостоявшейся свадьбой с Марком.

Но Марка больше нет.

Так, не время думать об этом. Настанет время, и я подумаю. Сделаю что-нибудь. Отомщу Демьяну, не оставлю это безнаказанным!

Я вышла из комнаты, и мое сердце невольно затрепетало под взглядом Демьяна, в котором плескалось восхищение мной. Да он сам выглядит сногсшибательно – высокий, в строгом, дорогом костюме. Я, даже на каблуках, рядом с ним выгляжу как хрупкая статуэтка.

— Нужно почаще выбираться куда-нибудь вдвоем, – шепнул он мне, пропустил стилиста с визажистом, а затем вышли и мы.

За руль Демьян сел сам, как обычно.

— Что ты будешь делать?

— Пожертвую энную сумму на борьбу с лейкемией, – ответил он.

— Я про Лару.

— Я должен с ней что-то сделать?

— Демьян! Расскажи мне! – не выдержала я.

— Твоя сестра – кромешная идиотка, – он произнес это спокойно. — Она заказала новые приглашения, лично подписала их, и разослала всем. А для партнеров Коваля по бизнесу сделала пометку, что теперь главная – она. Это не просто благотворительный вечер, Алина, это коронация.

Может, мне и правда уехать? Лара не может не понимать, насколько это опасно, и чем грозит ей. Она уже не ребенок, если хочет быть вспышкой, то пусть готовится к тому, что погаснет. Папа с детства в банде был, всю жизнь в криминале, и его опыт не спас, Лара это знает.

Да, мне нужно уехать.

Но какая же она дура!

— Вот мы и посмотрим. Но догадки у меня есть.

— Какие?

— В лицо нашей матери криминала будут улыбаться, а за спиной смеяться. Кто-то, кому власть не нужна, захочет сделать ставку на то, как долго продержится Лариса, и каким именно способом ее уберут, – хмыкнул Демьян, будто мы не о моей сестре говорим, а о ком-то постороннем, и не слишком приятном и важном. — Те, кто хочет взять власть в свои руки, будут присматриваться к ней и ее окружению, и искать слабые места. А их у Ларисы много. Я могу за пару часов прекратить этот балаган, и много кто другой может.

— И мы