Давай никому не скажем - Кристина Лин

— Ты поэтому ушел из дома?

Артур резко оборачивается и смотрит в мои глаза. Одному Богу известно, что он хочет в них рассмотреть. И, если обычно он смотрел нагло и с вызовом, то теперь в его взгляде появилось что-то другое. Какая-то нежность, которой раньше не было. Но это длится недолго. Он снова ухмыляется и отводит взгляд.

— Не бери в голову, малышка, — шепчет он, спрыгивая с ответа на мой вопрос.

Протягиваю руку и обхватываю его ладонь, ласково ее пожимая. От неожиданности он замирает, смотрит на мою руку, как на что-то странное и неожиданное.

— Ты его не любишь, — говорит он.

— Что? — переспрашиваю, не понимая, о чем он.

— Ты ведь не любишь его, Глеба.

Мои пальцы сами разжимаются, и его рука повисает вдоль тела. Волна негодования поднимается от живота к голове, бьет в виски и грозит вырваться паром из ушей.

— Да как ты смеешь?! — шиплю на него.

Какая же я кретинка! Ненадолго позволила себе слабость, пыталась разглядеть в нем что-то благородное. А этот мерзавец снова лезет своими щупальцами туда, где нельзя трогать. Замахнувшись, я хочу дать ему оплеуху, чтобы привести в чувство. Но он оказывается проворнее и успевает перехватить мою руку, больно сжав запястье. С силой он отбрасывает в сторону мою руку, разворачивается ко мне спиной.

— Какая же маленькая врушка, — говорит за пару секунд до того, как выйти из беседки.

Лишь оставшись одна, я осознаю его правоту, которую и так всегда знала. Просто когда-то я убедила свою совесть, что чувства не важны, ведь из-за них столько проблем. Выбрала спокойную уютную жизнь с Глебом, думая, что качели со сменой эмоций мне больше не нужна. Теперь же я пожинаю плоды своего решения.

Глава 13

— Разве мы не домой? — спрашиваю Глеба, замечая, что машина повернула не в ту сторону.

Мы уехали в числе последних, уже после того, как молодожены отбыли с праздника. Весь остаток вечера я думаю о том, стоит ли обсуждать с Глебом его отца и то, что я увидела. И никак не могу решиться на то, чтобы начать разговор. Странно. Ведь с Артуром я более раскована — стоит подумать, как слова уже на языке. А вот с Глебом так не выходит. После того, как я пыталась обсудить с ним эту свадьбу, после его ответа, я вообще не уверена, что мне нужно с ним что-то обсуждать.

— Сегодня переночуем у родителей, — отвечает Глеб.

Хм, а меня даже не спросил, хочу ли я этого. Просто сам решил.

— Почему у родителей? Ты не говорил, что есть такие планы.

Глеб берет мою руку, немного ее сжимает.

— А разве ты против? — спрашивает он.

Против? Не знаю. Меня ведь не спрашивали.

— Нет, — отвечаю, — просто не ожидала.

— Мама просила, чтобы мы погостили у них пару дней, — Глеб нежно гладит большим пальцем тыльную сторону моей ладони. — Не хотел ее огорчать.

А, значит, меня можно и не спрашивать, если мама просила? Разве таким должны быть отношения мужа и жены? Так, стоп… Откуда столько претензий? Он ведь ничего такого страшного не сделал. Почему тогда меня так злит такая ерунда?

— Забыл сказать тебе, — говорит Глеб в свое оправдание.

Отворачиваюсь к окну и смотрю на пролетающие мимо дома и машины. Сама не понимаю, почему мне не нравится эта затея. Быть может, я просто устала от его семьи за этот длинный день и хотела отдохнуть в безопасной тишине нашей квартиры?

— Ты не сердишься? — спрашивает Глеб.

Я поворачиваюсь к нему лицом, смотрю в его глаза. А все-таки, у Артура глаза ярче и красивее. Черт, о чем-то не о том я думаю…

— Нет, — отвечаю, натянуто улыбнувшись, — конечно, нет.

Глеб тянет мою ладонь к своим губам и целует ее, чуть касаясь. Он всегда умел разрядить обстановку и прекратить мои претензии еще на стадии их зарождения. И всегда этот мужчина умиротворяет меня настолько красиво, что я даже не успеваю среагировать. Полная капитуляция, и опять все так, как он хочет.

Между тем, мы въезжаем во двор дома Ворониных. Привычный уже вид на особняк встречает своим величием. И, так же, как всегда, я снова поражаюсь тому, что в этом доме живет всего одна семья. Хотя, сегодня эмоции несколько другие. Раньше я пресмыкалась перед величием этой семьи, теперь же от прежнего отношения остались одни осколки. Как-то не укладывается концепция идеальности в ту правду, которая эту иллюзию разрушает.

А ведь Артур с первого дня говорил, что я многого просто не знаю. Выхолит, он пытался меня предупредить? Интересно, что еще я не знаю? Может, прямо спросить Глеба?

Украдкой поглядываю на своего мужа. Он идет к дому с привычным спокойствием на лице. Кажется, ни одна эмоция не трогает его. Уверенность и спокойствие — его верные спутники. И так было всегда. И раньше мне это нравилось. Только сегодня я понимаю, что Глеб не ответит на мои вопросы. Я ведь уже пыталась спрашивать, и получила щелчок по носу.

Нет, спрашивать Глеба точно не стоит…

А вот Артур…

Черт, надеюсь, его не пригласили погостить.

Мы идем в дом. Тут тихо, дом, будто, опустел. Впрочем, этот особняк и раньше не встречал нас шумно.

За руку Глеб ведет меня по лестнице на второй этаж. Мы заходим в одну из комнат. Видимо, здесь нам предстоит ночевать сегодня.

— Я ведь не брала с собой пижаму, — вырывается у меня удрученно.

Глеб обнимает меня сзади, прижимается щекой к моей щеке.

— Зачем тебе пижама? — спрашивает, проводя рукой по обнаженной коже в зоне декольте.

Казалось бы, невинный жест, даже привычный. Но сегодня мое настроение далеко от флирта.

— Я очень устала, — говорю мужу, — давай сегодня ляжем спать пораньше.

Глеб шумно выдыхает, отлипает от моего тела.

— Хорошо, как скажешь.

Он идет в ванную, а я облегченно выдыхаю. Руки тянутся к прическе. Вынимаю шпильки, с раздраженным звоном они опускаются на прикроватную тумбу. Распускаю волосы и блаженно выдыхаю, ощущая, как они свободно падают на плечи.

Когда Глеб выходит из ванной