Давай никому не скажем - Кристина Лин

— Ты Карина, верно? — спрашиваю я.

— Да, — шмыгает носом девушка.

Когда-то давно мне было тоже двадцать пять, и у меня было много трудностей и проблем. Но тогда никто не пришел мне на помощь ни разу. Не знаю, почему, но всякий раз, когда в моей жизни складывалась ситуация, казавшаяся патовой, я оказывалась совсем одна. На родню мне надеяться нечего, это мне стало понятно еще в детстве. А о моих мужчинах в тот период времени и вспоминать не хочется. Наверное, поэтому мне искренне захотелось помочь этой девочке. Правда, пока не понимаю, как это сделать.

Я опускаюсь на корточки рядом с ней, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Что случилось? — спрашиваю девушку.

Она снова всхлипывает, трет покрасневший нос.

— Меня выдают замуж, — срываясь на рыдания, отвечает она.

— Так это ведь хорошо?

— Я не люблю его, — всхлипывает Карина.

Я думаю, чем успокоить, и не знаю. Это я стала циничной стервой в какой-то период времени. А эта малышка еще не видела в жизни трудностей, и, наверняка, верит в принца на белом коне. И как мне ее успокоить? Я вполне сознательно вышла замуж без любви, понимая, что я получу взамен. А тут понимания, что в браке есть не только любовь, и не всегда бывает, как в сказке, нет совсем.

— Почему тогда согласилась выйти замуж? — спрашиваю аккуратно. Конечно, это не мое дело. Но ситуация располагает.

— Меня отец заставил, — хлюпает носом девушка.

— Заставил? Неужели, такое возможно?

— Ты не знаешь моего отца, — говорит Карина, внезапно переходя на «ты», — он думает только о собственной выгоде, ему на меня плевать.

Мне становится совсем не по себе. Средневековье какое-то. Я даже не знала, что такое еще возможно.

— Неужели же все так плохо? А вдруг, твой муж окажется хорошим человеком.

— Он на тридцать лет старше меня, — Карина заходится в рыданиях, вываливая на меня правду.

Какой-то ужас и прошлый век. А еще, это реальная трагедия. Но как такое возможно? Ведь она родственница Глеба, и эта семья всегда казалась мне образцово-идеальной. Может, это только Карине так не повезло? Да, конечно, не всем так везет в браке, как мне повезло с Глебом. Но сейчас не об этом. Нужно придумать, как успокоить девушку.

— Да, это проблема, — соглашаюсь с ней. — Но, подумай, наверняка, в твоем замужестве есть и положительные моменты?

Она резко перестает рыдать, поднимает на меня доверчивый взгляд. Не знаю почему, но в этот момент в моей голове мелькнула мысль, что Карина — не очень умная девушка. И, быть может, такой брак для нее — не самое плохое решение?

— Это какие? — спрашивает она, вытирая сопли рукой.

— Ты говоришь, что у тебя властный отец, — придумываю на ходу я, — а так ты сможешь вырваться из отчего дома. И, возможно, жизнь с мужем будет не такой уж плохой, как тебе сейчас кажется.

Да уж, после стольких прочитанных книг мне можно в психологи идти. Надеюсь, что получится ее убедить прекратить истерику. Тем более, уже поздно лить слезы, все зашло слишком далеко. Если хотела устроить бунт, то делать это нужно было до свадьбы, а не сбегать из-под алтаря.

— Ты, правда, так считаешь? — хватается она за мою мысль, как за соломинку.

Да уж, это не Кира в юности, она намного слабее. И сломать ее проще. Таким женщинам нужен кто-то сильный рядом. Скорее всего, ее отец тоже это понимает.

— Конечно, — успокаиваю ее. — Вот увидишь, все наладится.

Она всхлипывает, но теперь гораздо спокойнее. Кажется, истерика утихает сама собой. А девушка не привыкла протестовать и пробираться сквозь тернии к собственному счастью. Проще согласиться и принять неизбежное, чем бороться.

— Давай-ка я помогу тебе привести себя в порядок, — говорю ей, стараясь теперь переключит ее внимание на другую проблему.

Я поднимаю с корточек и протягиваю ей руку. Ее ладошка послушно хватает мою, как соломинку. Помогаю ей подняться. И совсем не удивляюсь ее «ой!», когда она поворачивается к зеркалу.

— Не переживай, — опережаю новую волну паники. — У меня есть косметика в сумочке, сейчас мы быстро все исправим.

Боже, спасибо тебе за привычку таскать все необходимое с собой!

Глава 11

Во время церемонии я все время наблюдаю за невестой. Со стороны все выглядит красиво. Она улыбается, жених тоже счастлив. А рядом стоят родители и смотрят на все происходящее с умилением. И будто никто не замечает, что жених намного старше. А невеста? А что с ней? Она ведь прекрасно играет свою роль.

И, если бы не сцена в туалете совсем недавно, я бы тоже умилялась и вытирала платочком слезы счастья. Но только теперь совсем не праздничные мысли крутятся в моей голове. Как родители допустили такое? Зачем используют ребенка в качестве товара? И куда подевалась любовь? Даже я, со своими прагматичными взглядами, сейчас обескуражена степенью цинизма и фальши.

В поисках поддержки, я оглядываюсь по сторонам. Но у всех приглашенных одинаковое выражение лица — умиление, смешанное с радостью. Будто зазомбировали тут всех. Или они договорились изображать радость? Или это коллективное помешательство?

Клянусь, никогда в жизни мне еще не хотелось встать и закричать: «Остановите этот фарс!» Но нет, я сижу, будто меня приковали к стулу. Не мне решать такие вопросы, не мне вмешиваться. Еще неизвестно, к каким последствиям может привести моя такая помощь невесте. Которая, к слову, теперь совсем не выглядит несчастной. Актриса еще та, мать ее.

Фух, лучше бы мне не знать о том, что я узнала. Лучше было бы думать, что все по любви. И почему только меня это так зацепило?

А ведь я могла даже не узнать об этом. Если бы не Артур, не его внезапное появление на этой свадьбе. Я не была готова к встрече с ним. Несмотря на то, что сама попросила его прийти, я до конца не верила, что он появится тут.

От одного воспоминания об этом мужчине вдоль позвоночника пробежала жаркая волна. Ладони вспотели, а сердце учащенно забилось.

В такие минуты мне всегда кажется, что всем понятны мои мысли. Будто все