Одним Словом - Даша Черничная

Судя по рассказам брата, родители Ника не очень рады тому, что после одиннадцатого класса их сын выбрал кулинарную академию, но препятствовать не стали.

Ребята продолжили общаться, хоть и не так часто, как раньше. Но всё же сохранили свою дружбу. А я, сдав успешно сессию, уехала на море. Но это уже совсем другая история.

Глава 13

Семь лет назад

Любая девушка в двадцать один год хочет любви. Я же, после продолжительных отношений и не красивого разрыва просто хотела приключений.

Так сложилось, что родители моей подруги — Веры Баранкиной жили в Геленджике. И на лето она уезжала к ним — помогать в их семейной гостинице.

Рабочая сила всегда нужна в сезон, поэтому я напросилась с ней. Вместе мы убирали номера, общие места и территорию, а за это родители Веры нам платили зарплату.

Первую половину дня мы работали, а после обеда отдыхали. Целый месяц мы купались на море, загорали, гуляли по набережной, ездили на дикие пляжи и достопримечательности.

Однажды, мы познакомились с двумя парнями из столицы, которые остановились на пару ночей в гостинице, где мы работали. Они были нереально красивы — накачаны, одеты в модные брендовые шмотки, но, свой интерес к нам, как к девушкам они не проявляли никак.

Поэтому мы подумали, что… как бы это сказать…

Что в детстве их принесли вовсе не аисты, а… голуби.

Миша и Леша были блогерами, которые снимали влоги для популярных соцсетей и имели большую аудиторию подписчиков. Каждый месяц они приезжали в курортные места и рассказывали обо всем — начиная от съема жилья и крутых заведениях, заканчивая популярными туристическими местами и совершенно дикими.

Было уже пять часов вечера, вчетвером мы лежали на песке и болтали.

–Девчонки, мы сегодня хотим прокатиться на самокатах по набережной, вы как, с нами? — спросил смуглый брюнет Миша.

— Что думаешь, Лер? — спросила Вера, переворачиваясь на живот и подставляя свою загорелую попу заходящему солнцу.

— Да, я за. Только нужно выезжать не раньше десяти вечера, чтобы было меньше людей.

— А завтра нас с Михой позвали на винодельню, чтобы сделать рекламу. Поехали с нами? Обещали экскурсию и дегустацию, — спросил рыжий и конопатый, но не менее сексуальный Леша.

— Во сколько вас там ждут? — уточнила подруга.

— Договорились после двенадцати быть там, — ответил Миша, заглядывая в свой телефон.

— Успеем, Вер? — спросила я.

— Думаю да. Рассчитывайте на нас, парни.

— Тогда мы заедем за вами к часу, — сказал Миша, отмечая, что–то у себя в телефоне. — Напишу ребятам, чтобы ждали нас завтра. А сегодня в десять вечера мы будем возле вашей гостиницы. Там как раз рядом парковка с самокатами, оттуда и поедем.

Уже не первый раз, наблюдая за парнями, я поняла, что в этом дуэте было четкое разделение обязанностей — Миша отвечал за расписание и организацию локаций.

Леша же планировал все переезды с покупкой билетов на транспорт и гостиницы. Все время носил с собой камеру и сменные аккумуляторы и был готов в любой момент достать ее и начать вести съемку.

Преимущественно, в кадре был Миша, болтая обо всем, что видит. Леша скорее был молчаливым техником, держащим камеру на втором плане.

Уже в нашей с Верой комнате, одеваясь, мы обсуждали ребят.

— Вообще их понять не могу. Обратила внимание, как Миша сегодня на пляже пожирал твои сиськи? — спросила Вера.

— Тебе наверняка показалось, они вообще не рассматривают нас. А если и смотрят, то только в лицо, — ответила я, поправляя макияж.

— Я тебе говорю — Миша пялился на тебя сегодня. Это уже не в первый раз. И ты знаешь, думается мне, что все-таки они не такие, как мы думаем.

— Почему? — спросила я, откладывая косметичку и подходя к шкафу.

— Так они и друг на друга не смотрят с обожанием. Просто дружеские переглядывания.

— Вер, я вообще не понимаю, почему ты думаешь об этом, какая вообще разница, что у них за предпочтения.

— Я тебе говорю, чую своим нутром, –она приложила руку к низу живота, а я лишь усмехнулась, –Может они болеют за обе команды, ну знаешь, и за наших, и за ваших? — Вера потерла подбородок.

— А нутро что говорит? — я откровенно засмеялась.

— Надо бы проверить.

— Как?

— Как, как. Известным способом, — и подруга достала из гардероба короткие джинсовые шорты, в которых было неприлично наклоняться и черную майку на бретельках с огромным вырезом. Натянула ее на голую грудь и покрутилась перед зеркалом.

— Ты хочешь, чтобы у окружающих был инфаркт? — спросила я, улыбаясь.

— А что? — искренне удивилась Вера.

— У тебя сиськи четвертого размера. Ты собираешься ехать на самокате по брусчатке в обтягивающей майке без лифчика. Мне уже плохо, где мой ново–пассит?

— Так на это и рассчитано. Если у них не встанет — значит точно птички не нашего полета.

— Вер, даже у меня встанет. Хотя вставать-то и нечему. Я никуда не пойду с тобой в таком виде.

— Никогда не замечала, что ты ханжа. Сама–то, что наденешь? — обиженно надула губы подруга.

— Не знаю, джинсы и футболку? — я также стояла возле шкафа и совершенно не знала, что надеть.

— А где тот белый сарафан, который ты купила недавно у шоу–руме? — Баранкина подошла ко мне, бедром отодвинула от шкафа и достала оттуда то, что искала.

— Не думаю, что ехать в коротком платье на самокате хорошая идея.

А сарафан — то был красивый. На тонких бретельках, коротенький, обтягивающий грудь, внизу висящий свободно. Он был выполнен в стиле бохо, и мне до жути захотелось его надеть.

— Давай сюда, — вырвала платье, скинула футболку с шортами и натянула его поверх лифчика и трусиков на себя.

— Кое–что мешает.

— Пожалуйста, нет! — взмолилась я, понимая, о чем она.

— Не начинай. Ткань плотная, не просвечивает, есть резинка, поэтому грудь будет хорошо держаться. Твоя двоечка будет смотреться как пушка–бомба!

Еще какое–то время мы спорили, но потом Вера взяла напором, и я оставила сарафан, а из белья — только трусики–стринги телесного цвета, чтобы не было видно под бельем. Белый сарафан смотрелся на моем теле, тронутом южным