Уроки вежливости для адвоката - Вера Эпингер

Покрутила пальцем у виска и зашагала в сторону административного здания. Ну их, цирк, ей богу! Еще повезло, что Маришка, Артём и Роман участия в этом балагане не принимали. А где они, кстати? Оглянулась — стоят, разговаривают. Марина и Алиса чуть в сторонке смеются, а мужчины с самым серьёзным видом обсуждают происходящее на треке. Заезды своим чередом идут — это мы что-то отвлеклись, а ведь Лёшке и правда скоро на старт выезжать.

Зайдя в здание администрации, облегченно выдохнула. В помещении царила прохлада; кондиционер едва слышно гудел, ответственно справляясь с возложенными на него обязанностями. В фойе немноголюдно — коротко кивнула в знак приветствия знакомым парням, прохлаждающимся на удобных диванчиках, поднялась по лестнице на второй этаж.

Кроме раздевалок, здесь находилась еще парочка кабинетов. А на первом — буфет, фойе — так называемый зал ожидания — и хозяйственные помещения. По соседству с административным зданием — ангары для автомобилей. Одним словом, идеальное место для автолюбителей. Кстати, через месяц на треке должна была открыться секция картинга. Трассу для занятий практически полностью подготовили, оставалось дело за малым — закупить карты и набрать ребят, желающих заниматься этим спортом. Жаль, что, когда я была подростком, о таком приходилось только мечтать.

Из раздевалки вышел незнакомый парень и смерил меня удивлённым взглядом, когда я уверенно взялась за ручку, придерживая дверь. Нет, конечно, была еще и вторая — женская — раздевалка, но, увы, на данный момент в ней шёл ремонт. Закон подлости? Возможно. Но ничего постыдного в том, чтобы быстро переодеться в общей, я не видела. Не те у меня формы, чтобы чего-то стесняться. Да и нижнее белье у меня гораздо скромнее пляжных бикини на некоторых красотках.

Поставив сумку на скамью возле окна и выудив из её недр футболку и джинсовые шорты, быстро стянула с себя гоночный комбинезон. Особой необходимости в нём не было, однако как-то так повелось, что, получив его в подарок от Палыча, я надевала его на все свои соревнования. Хотелось хоть на чуточку, но стать ближе к миру больших гонок. Вот уже несколько лет я лелеяла мечту принять участие в Кубке России по ралли. Неужели зря трасса, на которой проводится один из этапов, находится в родном крае? Разве это ли не знак?

Похоже злодейка-судьба решила, что на сегодня приятностей и удачи с меня достаточно. Хотя какая судьба? Это всё мой «авось» — видела же, что клёпка-пуговица на шортах на соплях держится, но починить всё руки не доходили. Наверное, именно поэтому даже не удивилась, когда, стоило мне лишь застегнуть шорты, клёпка отлетела и покатилась по полу.

Чертыхнувшись, наклонилась за ней, но проклятая пуговица, словно мне в наказание, юркнула под шкафчик.

— Да что б тебя! — прошипела я.

Пришлось подвинуть к шкафчикам тонкий коврик и, опустившись на колени, посветить фонариком телефона в узкий тёмный проём. Повезло! Достать можно, нужно лишь аккуратно вытянуть её чем-нибудь длинным и тонким. Кажется, у меня в сумке была ручка. Точно — спасибо моей предусмотрительности!

Вновь вернувшись в крайне неудобную позу, просунула ручку в проём, продолжая другой рукой держать телефон. Чёрт! Не достает совсем капельку. От усердия даже кончик языка прикусила.

— Давай же, иди сюда!

В тот момент, когда я почти подцепила чёртову пуговицу, услышала, как открывается дверь. Чьё-то насмешливое «кхм» отвлекло от крайне требовательного к концентрации занятия. Промахнулась!

— Зорин, уйди с глаз моих! Пять минут не прошло, — практически прорычала я, не оборачиваясь. Отчего-то показалось, что это именно он.

— Что-то уронила?

Чёрт. Голос точно не принадлежал Лёшке. Оторвалась от попытки выудить пуговицу и медленно подняла глаза на Державина, скользнув взглядом с начищенных до блеска ботинок, по светло-бежевым брюкам и такой же светлой рубашке до наглой лыбящейся физиономии.

— Нет, мне просто нравится стоять на коленях! — сорвалось с языка прежде, чем я успела подумать.

— Оно и видно, — хмыкнул Максим, разглядывая меня с нескрываемым интересом.

Если Державин думал, что я буду смущаться, то фигушки. Никакого неловкого момента — спортивное бюстье скрывает все, что надо (и не надо тоже). Ай, к чёрту его. У меня тут дело поважнее. Демонстративно фыркнула и вернулась к прерванному занятию. Затаив дыхание, просунула ручку чуть дальше и, подцепив пуговицу самым краешком колпачка, вытащила её из-под шкафчика.

Поднялась на ноги, потирая колени, и, защелкнув клёпку на её законном месте, скрестила на груди руки.

— Позвольте спросить, Максим Алексеевич, что вы тут делаете? — уставилась на Максима с неприкрытым ехидством.

— А разве мы не перешли на «ты»? — ответил мне тем же язвительным тоном он.

— Ах да, как я могла забыть. Припоминаю-припоминаю, — хмыкнула. Несколько мгновений мы молча буравили друг друга взглядами. Я, не отводя глаз, подцепила рукой футболку со скамейки, и Максим неосознанно проследил за моим движением. Довольно усмехнувшись, натянула её на тело.

— Так что ты, — выделила это слово, — здесь забыл? Следишь за мной?

— Ты слишком высокого о себе мнения, Женя.

— Разве? А как ещё можно объяснить твоё появление в раздевалке? Не видела фамилии «Державин» в списке участников.

— В кого ты такая язва, Солнцева? — проигнорировал мой вопрос Максим и сделал небольшой шаг в моём направлении.

Скептически нахмурилась. Это что, он меня запугать пытается? Вчера чуть не убил, стащив с дерева, а сейчас дубль два?

— В папу с мамой, — ответ не заставил себя ждать.

— Сомневаюсь, — ухмыльнулся Державин. Ещё один шаг в мою сторону. Крадущийся тигр, затаившийся дракон? Нет, он это серьезно?

— Что ты ко мне прицепился, как банный лист? — устало вздохнув, поинтересовалась я и… да, тоже шагнула к мужчине, что стало для него полной неожиданностью. — Неужели уязвлённая гордость покоя не дает?

— Кем уязвлённая? — рассмеялся Максим; хитрый жук, меня не проведёшь. — Тобой?

— Мной, — кивнула я. Шаг. Практически упёрлись друг в друга — Максим выше меня, непоколебимый, как скала. На губах та самая улыбочка, которую неделю назад во сне я стирала любимым ломиком. Стоим друг друга, вот уж точно. — Как же, злая тётя выставила полным идиотом такого прекрасного и великолепного. Как посмела? — округлила глаза в притворном ужасе и покачала головой.

— Помяни мои слова, когда-нибудь захлебнёшься собственным ядом, — не сводя с меня глаз, уверенно произнёс Державин.

— Даже не надейся, — вздёрнула подбородок вверх. — Так что тебе надо, мил человек? — мне правда было интересно, чего это Максим приперся в раздевалку. Я не уверена, что следил; мог и у Артёма спросить, куда