Жена в аренду - Любовь Прекрасна

Все бабы одинаковы.

Отбросив в сторону все посторонние мысли, заканчиваю с бумагами и покидаю свой кабинет. По пути к автостоянке встречаю Костяна. Перекидываемся парой слов, а затем передаю ему документы. Он должен будет захватить их с собой на вечеринку. Шансов, конечно, мало, но есть вероятность, что наш француз примет решение в нашу сторону и подпишет их сразу же.

Еду домой, чтобы принять душ и одеться. У меня есть на это ровно два часа. И за это время мне нужно хорошенько подумать над тем, что же все-таки сказать. Если изначально я думал немного приукрасить свои отношения, сказав, что моя невеста приболела и поэтому не смогла прийти. То потом решил, что это может не сработать.

В наше время пробить информацию о ком-либо совсем не проблема. И для этого не нужно быть хакером. Да и французишка не походит на наивного человека.

Когда пришло время встречать гостей, я был готов во всеоружии.

Если можно так сказать.

Оля постаралась на славу, и этот вечер должен пройти на высшем уровне. Официанты вполне сходят на профессионалов. И я даже думать не хочу, в какую сумму мне обошлась эта вечеринка. Но слава богу, последние хлеб с солью недоедаю.

Но я недалек от этого.

Нужно выпить.

Подаю знак официанту, подойти. И замечаю подъезжающую машину француза.

Что ж, пора действовать.

В принципе, начало вечера проходит гладко. Наш гость доволен. И мы пока не касались дел, лишь обмениваемся любезностями и знакомимся с другими гостями. Алкоголь льется рекой, но как я успеваю понять, месье Дюбуа не особо к нему притрагивался.

План напоить его и заставить подписать бумаги — не удался.

Срочно нужен другой. Или просто надеяться на свое обаяние.

К нам подошел один из партнеров. Этот мужик уже раз пару раз угрожал мне, что разорвет контракт, если я не решу финансовые проблемы. И я бы с удовольствием послал его к чертовой бабушке, не будь сейчас в таком положении.

Пока эти двое обсуждают какие-то мелочи, я стараюсь не показывать вида, что меня это достало. Настроение на нуле. И когда я слышу, как этот козлина незамысловато начинает поливать меня говном…

Сжимаю руку в кулак, еле сдерживая себя, чтобы не залепить ему по роже. Но чувствую, что меня надолго не хватит. И мой, скорее уже, бывший партнер сразу замечает перемену во мне. Об этом говорит его ухмыляющаяся рожа…

Но уже в следующую секунду все меняется…

Откуда-то возникает нечто, что с широкой улыбкой начинает меня обнимать.

Меньшова, твою мать..

— Привет, милый. — целует меня в щеку и поворачивается к мужчинам, стоящим рядом. — Прости, я немного опоздала. Хотя это и не моя вина. Водитель свернул не туда, и поэтому я задержалась. — протягивает руку французу. — Bonjour.(Здравствуйте). Je suis Anna (я Анна). La mariée d’Arthur (невеста Артура).

Какого…?

— Senorita, tu es belle. (вы прекрасны)..

Французишка хотел сказать что-то еще, но это подождет.

— Извините. — перебиваю, пытаясь сгладить грубость улыбкой. Хотя на мужиков это вообще не действует. — Мы на минуточку.

Хватаю ненормальную за локоть и максимально сдержанно тяну ее за собой.

Анна

— Какого черта ты вытворяешь?

Шипит Ворохов, продолжая тянуть меня за собой к какой-то двери. Спокойно следую за ним, хотя мне все это не нравится. И оставаться с ним наедине совсем не хочется.

Я прекрасно понимаю, что за этим последует.

Явно ничего хорошего.

— Заходи. — толкает меня вперед, открыв двери.

Наконец-то освободившись от его захвата, выпрямляю спину и захожу в…

Это, что, кладовка?

Просторная такая, светлая комната, заставленная всякой мелочью. Швабры, тряпки, ведра. И что самое смешное, что тут же стоят какие-то старые компьютеры и даже пара столов. И это я еще не все перечислила, хотя в основном все упаковано в коробки.

— Миленько. — оборачиваюсь с улыбкой к Артуру, но потом она сходит на нет, когда я вижу его недовольное лицо.

— Что это сейчас было? Ты что себе позволяешь? Какая к черту невеста?

Я ожидала такой реакции. И даже придумала хороший ответ. Правда, сейчас говорить что-то совсем перехотелось. Уж больно злой Артур в данную минуту.

— Разве не это ты хотел наплести своему французу, решая, как побольше развести его на деньги? Вот я и помогла.

Выпаливаю все это на одном дыхании, сильнее сжимая клатч в руках. Если уж начала, то идти мне до конца. И потом… Я ведь ему помогаю.

От чистого сердца, так сказать. Почти ничего не требуя взамен.

— Откуда ты..? — начинает что-то говорить. — Да плевать. — тут же себя обрывает. — Сейчас ты пойдешь туда и скажешь, что это все неправда.

— А не боишься, что после этого тебе точно не светит никакой контракт?

Боже, мое сердце так сильно бьется, что кажется, оно вот-вот выскочит из груди.

Артур явно желает что-то высказать, но молчит, сверля меня бешеным взглядом. Сейчас он явно не в духе. И я точно не рискну его поторопиться. Какой бы безбашенной я ни была, но именно в данную минуту прекрасно понимаю, что сделала. И напрашиваться на лишние неприятности не собираюсь.

— Бл*дь… — ругается он, запуская руку в свою шевелюру, растрепав волосы.

Его взгляд снова останавливается на мне.

Еще одна минута молчания. И я даже знаю, что именно сейчас решается моя судьба.

В прямом и переносном смысле.

— Пошли. — снова хватает меня за руку. — Но если хоть слово лишнее вякнешь, тебе несдобровать. И я не шучу. Больше никаких игр за моей спиной. Делаешь то, что я скажу.

— Слушаюсь и повинуюсь. — хихикаю, отчего тут же зарабатываю еще один предупреждающий взгляд.

— Вот и посмотрим, какой послушной ты можешь быть. Но если что не так…

— Да поняла я… Поняла…

Наверно, это первый случай в моей жизни, когда я так отчаянно согласна подчиниться. Но даже сейчас я обещаю себе, что это не по-настоящему. Просто так надо. Ведь если Ворохов согласится, то у меня есть все шансы сохранить свою квартирку и помочь брату.

У самой двери мы вдруг замираем. Я не ожидала этого и поэтому чуть ли не врубаюсь в Артура. Он вовремя успевает меня поймать, прижав к себе. Мою руки упираются в его грудь, чувствуя, как сильно бьется его сердце.

Поднимаю голову, заглядывая ему в глаза.

Что опять не так?

Молча ругаюсь, боясь сейчас услышать о том, что он передумал. Ведь если так…

Я уже не буду такой миленькой. И тогда в