Приманка - Делорес Фоссен

О да! Она все прекрасно помнила. Джек жил в доме, построенном из дерева и камня; они с Джеком провели там много замечательных ночей.

— Неужели тебе кажется, что это удачная идея? — спросила Кэролайн.

Он пожал плечами, не переставая обозревать окрестности.

— У меня есть охранная сигнализация; да и работники на ранчо помогают охранять территорию.

Его слова ее не успокоили.

— Вы закончили ремонт после нападения на вашего брата? — спросила Рейлин, ненадолго глянув на Джека в зеркало заднего вида.

— Да. Ущерб оказался не настолько велик.

— Вот видишь? Недавно на вас тоже напали. Наверное, это знак. Не стоит туда ехать! — проворчала Кэролайн.

— После нападения я усилил охрану, — отозвался Джек, отметая ее тревогу.

Не получилось. Правда, Кэролайн не знала такого места, где она не ощущала бы нависшей над головой опасности. И все же…

Пришлось ненадолго прекратить спор, когда Рейлин остановилась у дома Джека. Несмотря на ремонт и упомянутую им сигнализацию, дом выглядел точно таким же, как раньше. Он не выползал на дорогу, как главное здание, где жил Келлан, который помогал управлять семейным ранчо. В доме Джека имелось всего три спальни и две ванные комнаты; он был таким же уютным и спокойным, как его владелец.

— Подожди секундочку, — велел Джек.

Он подбежал к парадной двери. Кэролайн смотрела, как он отпер замок и с телефона отключил сигнализацию. Вошел, осмотрелся и вышел. После того как покинули управление шерифа, они действовали быстро. Лишь после того, как все зашли, он жестом позволил Гуннару уехать.

Пока Джек снова включал сигнализацию, Кэролайн прошла в гостиную и огляделась. Там тоже ничего не изменилось; две фотографии в рамках, на которых были изображены они с Джеком, по-прежнему стояли на каминной полке. На одной он игриво закинул руку ей на шею, она же широко улыбалась. На другом снимке рядом с ними стояли Келлан и Джемма; все четверо радостно смеялись. Сразу видно, что снимки сделаны в лучшие времена.

— Можешь занять гостевую спальню, — сказал Джек, обращаясь к Рейлин, и показал на первую дверь по коридору.

Рейлин, держа в руке дорожную сумку, направилась в ту сторону, оставив Кэролайн с Джеком.

— Я лягу на диване. А ты можешь располагаться в моей комнате, — сказал он, беря Кэролайн за руку.

Она знала дорогу, помнила каждый шаг. И все запахи… и аромат самого Джека… были знакомыми. Когда она вошла в спальню, готова была замурлыкать, настолько все оказалось приятным. Как и воспоминания о том, что здесь происходило. Ничего плохого… Здесь такого не случалось. Все напоминало о теплоте и удовольствии.

Лоскутное одеяло на кровати осталось прежним. Кэролайн помнила его прикосновение к голой коже…

— Боишься оставаться со мной наедине? — спросил он, останавливаясь у нее за спиной.

Она покачала головой:

— Страх — неподходящее слово…

— Ты говорила, что любишь меня, — перебил он. — Утром, перед тем как тебя похитил Эрик, ты так мне сказала.

— Я помню.

Джек встал перед ней, заглянул в глаза.

— Сейчас ты ко мне таких чувств не испытываешь.

Кэролайн захотелось застонать от досады. Неужели ему мало старых воспоминаний о том времени, когда они были парой? Он хочет оживить прошлое и на словах. Кстати, что-то получалось… Ее постепенно окружало теплом.

— Сама не знаю, что я сейчас чувствую, — с трудом произнесла Кэролайн.

Он не успокоился после ее ответа. Однако она его не обманывала. Кэролайн сама не знала, по-прежнему ли влюблена в него. У нее не было времени разобраться в своих чувствах.

Молчание затянулось, и, когда он посмотрел на нее в упор, воздух между ними словно завибрировал. Все закончилось, когда Джек выругался:

— Я собирался предложить тебе ни к чему не обязывающий секс, без каких бы то ни было условий. Просто чтобы сбросить напряжение, избавиться от этого жара. Тогда мы сможем думать о чем-то другом… О чем угодно! Но, оказывается, такого я предложить не могу.

Снова воцарилось молчание — на сей раз потому, что он ее ошеломил.

— Ты не можешь заниматься со мной сексом? — Неприятно было слышать разочарование в собственном голосе.

— Я не могу заняться с тобой ни к чему не обязывающим сексом! У нас все будет, когда ты поймешь, что секс необходим не только для удовлетворения животных потребностей… У меня есть условия… — медленно проговорил он. — Хочу снова услышать, что ты меня любишь… Может, не сегодня, но в ближайшем будущем.

Кэролайн собиралась напомнить ему, что он-то никогда не говорил ей таких слов, но Джек прижал ее к себе и поцеловал. Поцелуй вышел страстным и грубым. Обхватив ладонью ее затылок, Джек углубил поцелуй. Во всяком случае, в физическом смысле, потому что в эмоциональном глубже было уже некуда — так показалось Кэролайн. Вскоре выяснилось, что она заблуждалась — он прервался и, отстранившись, заглянул ей в глаза.

Вот оно — лицо, как будто созданное для древнегреческого бога. Красивые глаза, которые иногда бывали жестокими, а иногда — очень, очень желанными. Его глаза… Взъерошенные черные волосы… Да, и его аромат! От него пахло кожей и мужчиной. Аромат проникал в нее, распаляя жар, пробужденный поцелуем.

Джек выждал совсем немного — может быть, давал ей время передумать, хотя он с самого начала догадывался, что она не передумает. Кэролайн тоже это понимала.

В следующий раз их губы лишь едва соприкоснулись — медленно и чувственно. Они впитывали дыхание друг друга. Потом Джек снова заглянул ей в глаза, оценивая ее реакцию. Пульс у нее участился, она часто и неровно дышала. Все ее тело вибрировало в предвкушении… Казалось, если ожидание продлится хотя бы еще секунду, она не выдержит!

Больше ждать ей не пришлось.

Джек снова завладел ее ртом, и вот оно! Первобытное, животное желание, которое разгорелось в полную силу, когда его рука скользнула ей под платье и прямо в трусики. Кэролайн ахнула от удовольствия, когда он погрузил в нее пальцы. Она так распалилась, что его прикосновение привело бы ее к немедленному оргазму, если бы он вдруг не остановился.

— Нет. Так просто ничего не получится, — вкрадчиво сказал он, не сводя с нее пытливого взгляда. Заведя руку ей за спину, Джек закрыл дверь и запер ее на замок. — Между нами все никогда не будет так просто.

Его слова слегка напоминали угрозу; он обнял ее и поднял на руки — легко, как пушинку. Обхватил ее сильными, мускулистыми руками.

Неся Кэролайн в постель, он снова начал целовать ее — глубоко