Дерзкое требование невесты - Люси Монро

- Это было ошибкой, - признал он.

И снова шок почти лишил ее дара речи, но ей удалось выдавить:

- Ты правда так считаешь?

Он взял ее лицо в свои крупные ладони и прямо взглянул ей в глаза.

- Ты моя жена. Я не должен был принимать решение об отъезде из Афин без твоего согласия.

Полли была потрясена его признанием.

- Но я не хотела жить с твоей матерью и сестрой, - призналась Полли.

Хотя в самом начале их отношения были более-менее сносными.

Он объяснил, что вилла была их семейным домом на протяжении многих поколений.

Сказал, что его мать умоляла его поселиться в фамильном доме, а не переезжать. В свете недавней потери в семье и переживаний Афины сердце Полли дрогнуло, и она согласилась.

Она надеялась, что поможет свекрови и другим членам семьи пережить горе, но ее старания оказались тщетны. Свекровь и золовка ее презирали. Ей оставалось терпеть и не подавать виду.

- Затем ты приобрел виллу Лиакада на островах, а я уже завела друзей в Афинах и выстроила собственную жизнь. Ты забрал все это у меня.

- Но я подумал, что оказываю тебе услугу, - ответил он с самоуничижительной усмешкой на своих красивых губах.

- Да уж, скорее медвежью, - бросила Полли.

- Я причинил тебе боль.

- И не раз.

Он вздрогнул, его лицо выдавало уязвимость, в которую она не готова была пока поверить.

- Я всегда хотел, чтобы ты была счастлива в нашем браке.

- Я нахожу в нем определенное удовлетворение, - заметила Полли дипломатично.

- Слабое утешение.

- Могло быть и хуже, - призналась она шепотом, потому что чувствовала, что вокруг них образовалось маленькое и хрупкое облачко близости, которое она не хотела разрушать.

- Я мог бы быть развратным насильником, - сказал он с горькой ухмылкой. Раньше он так никогда себя не называл.

- Хочешь верь, хочешь нет, но мне нужно быть кем-то лучшим для тебя, чем просто партнер по сексу.

Внезапно это облачко начало ее обволакивать и душить.

Сейчас Александрос держал ее в объятиях, как некую драгоценную фарфоровую статуэтку, а сколько раз она вообще не имела для него значения.

Полли попыталась оттолкнуть его, но он сопротивлялся.

- Отпусти меня, пожалуйста. - Ей нужно было дышать.

Он отпустил ее, выражение его лица было таким, которое она не могла истолковать прямо сейчас.

Она поднялась с дивана и отошла к столу, где лежала раскрытая книга. Чтобы чем-то занять руки, Полли закрыла книгу и поставила обратно на полку.

- Думаю, мы поженились слишком поспешно, не узнав толком, чего каждый из нас хочет от брака, - сказала Полли.

Она не сослалась на их молодость и неопытность, потому что Полли в тот момент было двадцать семь, а Александросу тридцать два года.

Они познакомились в Штатах. Он приехал на конференцию, а Полли готовила десерты для приема по случаю окончания работы форума. Вот так шеф-кондитер столкнулась с миллиардером.

Она безоговорочно приняла его приглашение поужинать следующим вечером. Для Полли это была любовь с первого взгляда. Она чувствовала, что их притяжение взаимно.

Шесть недель спустя они уже были помолвлены, и Александрос продолжил свою деловую поездку, отправившись в Азию. В течение трех предшествующих свадьбе месяцев они практически не виделись. Полли наивно предположила, что телефонные звонки, эсэмэски и имейлы послужат достаточной базой для взаимоотношений.

Она познакомилась с будущей свекровью лишь на репетиции свадебной церемонии.

Афина была сдержанна, но не проявляла открытой враждебности. Она была одета в черное, утверждая, что все еще носит траур по покойному мужу. Поскольку он умер чуть больше года назад, Полли ей тогда поверила.

С тех пор у нее появились веские причины удивляться такому выбору цвета будущей свекровью. Их медовый месяц, продлившийся целый месяц, был блаженством, но затем началась ее настоящая жизнь в качестве жены греческого миллиардера со старыми деньгами. И это совсем не походило на сказку.

Полли стояла у полки, уставившись на корешки книг, которые у нее не было времени прочитать, и задавалась вопросом: что будет с их браком дальше?

Александрос явно хотел улучшить их взаимоотношения.

Она не знала, может ли доверять ему настолько, чтобы согласиться попробовать.

- Если бы тебе пришлось сделать это снова, ты бы вышла за меня замуж? - спросил он, приблизившись и положив руки ей на плечи.

Их взгляды встретились.

- Бессмысленный вопрос, - ответила она. - Мы ведь женаты. У нас дочь. И сын на подходе.

- А я даже не был на УЗИ, когда определяли пол ребенка, - огорченно произнес он.

- Я тебя предупреждала.

- Да, первый раз ты испекла маленькие розовые капкейки с божественным вкусом, и я понял, что ты носишь под сердцем нашу дочь.

Что касается сына, Полли ограничилась эсэмэской:

«У нас будет мальчик».

Телефонный звонок с радостным известием получила ее мама, а специальный капкейк Полли испекла для Хелены.

- Дочка, помнится, верещала от восторга и немедленно взялась рисовать картинку, чтобы повесить над кроваткой братика.

- А я угостил всех сотрудников шампанским после твоей эсэмэски, - заметил Александрос, доказав, что их мысли идут в одинаковом направлении.

- И еще золотые сережки с сапфирами для меня, - добавила Полли.

- Тебе, наверное, было бы приятнее получить плюшевую игрушку?

Она пожала плечами:

- Возможно, но это не имеет значения. Главное - ты дал понять, что счастлив узнать, что у тебя родится сын, а это для меня гораздо важнее.

- Да, я счастлив. Я обожаю Хелену и жду не дождусь наследника.

- Через четырнадцать недель ты его увидишь, - пообещала Хелена.

- Я буду присутствовать при родах от начала и до конца, - пообещал Александрос.

- Если не сможешь, ничего страшного. Мама с папой прилетят за неделю до даты родов и останутся на месяц.

- И, тем не менее, я буду с тобой.

Полли ничего не ответила. Она сомневалась, будет ли он вообще в стране в это время.

Александрос вздохнул:

- Полагаю, я ненамеренно нарушил слишком много данных тебе обещаний.

- Сделай ты это намеренно, я бы от тебя уже ушла. Но даже я понимаю, что у нас разные взгляды на мир и на то, что в нем происходит, - заключила Полли.

- Как думаешь, может, Берил продолжит работать в своем теперешнем качестве и после рождения нашего сына?