Ключ от опасной двери - Бекки Чейз

class="p1">Поравнявшись со ждущим лимузином — опять эта чертова показная роскошь! — я стараюсь не думать о Риде, но аромат морского бриза мешает сосредоточиться. Ненавязчивый и едва ощутимый. Уловив его на себе, я морщусь. Невыносимо хочется в душ, но смыть запах Рида до конца задания мне не суждено.

— Ты должна сесть за правильный стол и ненавязчиво познакомиться с Уорнером, — повторяет план Дейдра, пока мы выезжаем на Стрип. — Пообщаться, не вызывая подозрений, и обязательно получить приглашение поехать с ним в загородный клуб. Все последующие инструкции получишь уже там.

Я запомнила с первого раза, еще до своих неудачных дефиле, но если ей проще озвучить снова, почему бы и нет. Развернув смартфон, она показывает моложавого политика с едва заметной сединой на висках, которого сфотографировали в момент выступления с трибуны. На вид довольно безобидного. Даже и не скажешь, что такой мог перейти дорогу Риду.

— Уже играла в блэкджек? — Дейдра смахивает изображение с экрана и сверяется с таймингом.

— Нет, — растерянно бормочу я.

Не поздновато ли задавать этот вопрос? Если мне придется изображать завсегдатая казино, я провалю задание, даже не подступившись к конгрессмену.

— Не дергайся, — усмехается Дейдра, увидев мои округлившиеся глаза. — Там все просто. Главное — обыграть дилера. Тебе сдают две карты, ты подсчитываешь очки. Картинки оценивают в десять, туз в одиннадцать, пока общая сумма не больше двадцати одного, а потом в одно. Мелочь — от двойки до десятки, согласно рангу. Выигрывает тот, у кого сумма ближе к двадцати одному. Наберешь больше — проиграла. Запомнила?

И зачем все это время она учила меня вилять задницей? Лучше бы правила рассказала.

— Ладно, будешь импровизировать, — отмахивается Дейдра, верно истолковав мое молчание. — Выигрывать необязательно. Важно, чтобы Уорнер тебя заметил.

Притормозив, лимузин сворачивает к «Арии». Две изогнутые полумесяцем башни с белой подсветкой на крыше кажутся неестественно скромными на фоне ярких огней соседних казино, и я в очередной раз ловлю себя на мысли, что мой вызывающий наряд неуместен.

— Сколько я могу проиграть? — осторожно уточняю я.

Лучше сразу узнать сумму, чтобы потом не пришлось в холодном поту прятаться от Рида.

— Лимит не ограничен, — равнодушно пожав плечами, Дейдра протягивает мне черную пластиковую карточку. — Но не искушай судьбу.

В изумлении я издаю сдавленный звук. Что же совершил несчастный конгрессмен, если Риду не жалко денег ради одной возможности свести меня с ним?

Первый робкий шаг

— Я не справлюсь, — паникую я, когда мы притормаживаем у подсвеченного входа «Арии». — Скажу что-нибудь не так или сделаю глупость…

— Просто покажи охране приватного зала клубную карту, — снисходительно напутствует Дейдра.

В недоумении я прокручиваю между подушечками пальцев гладкий кусочек пластика. Так это не кредитка? Как же тогда получить фишки?

С глубоким вздохом я пытаюсь сосредоточиться, но Дейдра торопит меня, подталкивая из салона лимузина.

— Тебе предложат варианты игры. А дальше — просто улыбайся и делай ставки.

Под звон игровых автоматов я пересекаю лобби, стараясь не думать о том, что на мне надето. В глазах рябит от бешеного микса золотого, фиолетового и коричневого на потолке и стенах. Хочется зажмуриться, но подобная вольность чревата — каблуки так и норовят уцепиться за ковер. Перемещаясь, я выискиваю взглядом приватный зал, вот только, как и в случае с клубом в «Мираже», эта задача не из легких.

Пространство вокруг поделено на несколько зон. Рулетка, кости, ставки на спорт и, конечно же, карты — в казино есть все. Для покера даже отдельный лаундж оборудован с инсталляциями в виде парящих колод. Поначалу я решаю, что здесь и нужный мне вход, но судя по многочисленной и разношерстной публике за столами, вывод ошибочный, конгрессмен вряд ли бы стал пробираться через такое количество свидетелей. Формально азартные игры не запрещены, но и не приветствуются в имидже политика, как и склонность к алкоголю.

Зала нет ни возле магазинов с сувенирами, ни у касс, ни рядом с ресепшен. Ни таблички, ни намека — ничего. Не казино, а чертов лабиринт!

Устав метаться, я, наконец, вижу дверь у бара с говорящим названием «Алиби». Сначала возле нее появляется юркий китаец в аляпистом спортивном костюме и, сунув под нос охраннику такую же черную карточку, как моя, скрывается за имитирующей колонну перегородкой. За ним семенят две худощавые азиатки в коротких блестящих платьях. Теперь я понимаю, почему Рид настаивал на откровенном наряде — чтобы не отличалась от остальных.

Не раздумывая, я иду следом. И как только оказываюсь внутри приватного зала, сразу же замечаю конгрессмена. Он сидит боком к входу и непринужденно беседует с крупье. Его сосед справа тоже расслаблен. Легко кидает фишки, подхватывает с подноса подоспевшей официантки наполненный бокал, отпускает шутку и сам смеется над ней. За соседним столом уже знакомый китаец рассказывает азиаткам какой-то анекдот, и те дружно верещат, синхронно кивая головами.

До сегодняшнего дня я представляла себе карточных игроков как в покерных турнирах по телевизору — хмурыми, сосредоточенными, с непроницаемыми лицами — поэтому царящая вокруг атмосфера раскованности удивляет.

— Позвольте вас проводить, — передо мной возникает миниатюрная блондинка в костюме с логотипом казино и жестом приглашает за собой. — С чего бы вы хотели начать? Блэкджек? Покер?

— Даже не знаю, — замявшись, я бросаю мимолетный взгляд на свободное место через два стула от конгрессмена. — Пожалуй, сяду здесь.

Надеюсь, вышло естественно. Пусть думают, что я решила спонтанно.

— Прекрасный выбор, — с дежурной улыбкой блондинка прикладывает мою карту[1] к портативному терминалу и добавляет: — Располагайтесь, сейчас вам принесут напитки.

И «пропуск», и кредитка? Удобно. Интересно, как долго я смогу пробыть за столом с ее помощью?

Ответ я получаю, увидев номинал на круглом кусочке пластмассы. И еле сдерживаю ошарашенный возглас.

Пять. Тысяч. Долларов.

Вашу мать! Одна минимальная ставка… как половина стоимости маминой «шевроле»!

— Если понадобится еще, дайте знать, и мы пополним банк, — заискивает блондинка, пока крупье выстраивает передо мной две ровные стопки фишек.

Она явно заметила округлившиеся глаза и истолковала по-своему.

— Благодарю, — от волнения в голосе появляется хрипотца.

Да и как еще реагировать на четверть миллиона долларов? Господи, сколько же я проиграю до возможности поговорить с конгрессменом?

Лоб покрывается испариной. Зеленое сукно расплывается перед глазами, то ли от страха, то ли от подступающих слез. Поправив сползшую бретельку, я