Полночные наслаждения - Элоиза Джеймс

За ужином Софи наслаждалась едой, смеялась и непринужденно болтала с Брэддоном и его другом Дэвидом Марло, при этом решительно игнорируя Патрика Фоукса, который сидел довольно далеко от нее. Разумеется, его можно было увидеть, если бросить взгляд из-под ресниц, но она это себе позволила лишь несколько раз. Дэвид ей очень понравился. Он служил в деревне младшим приходским священником и специально приехал познакомиться с будущей женой Брэддона.

— Приняв предложение Брэддона, вы проявили храбрость, — сказал он.

— Неужели? — Софи глотнула еще немного шампанского. Оно ударило в голову. «Ну и пусть, — думала она. — Я могу себе это позволить». И она позволяла беззвучно лопающимся пузырькам слегка затуманивать рассудок, постоянно поддерживая состояние напряженной радости.

— В школе с Брэддоном всегда была морока. — Дэвид рассмеялся коротким сдавленным смехом. — Мы — это я, Алекс, Патрик и Квилл — много усилий прилагали, чтобы помочь Брэддону сдать экзамены. Право, это было нелегко. Знания накануне экзамена приходилось вбивать ему в голову чуть ли не молотком. — Дэвид спохватился. Умственные способности будущего супруга Софи обсуждать, пожалуй, не следует. — Но это все мелочи. Дело в том, что Брэддон был большой фантазер и выдумщик. За озорство его несколько раз чуть не выгнали из школы.

— Озорство? — задумчиво произнесла Софи. Рассказ Дэвида она слушала вполуха. На том конце стола кокетка-француженка Дафна Бош увлеченно флиртовала с Патриком. Когда же дошло до того, что Дафна наклонилась к Патрику, прикасаясь плечом к его руке, носок туфли Софй под столом начал выбивать мелкую дробь.

Продолжая рассказ, Дэвид вынуждал Софи отвлечься от наблюдения.

— Взять, например, случай, когда Брэддон решил одурачить очень строгого учителя, мастера Вултона, выдав себя за своего дядю. Представляете? Дело в том, что дядя Брэддона был знаменитый путешественник, а Вултон однажды в разговоре с Брэддоном упомянул, что очень хотел бы с ним познакомиться.

Брэддон вообразил, что если ему удастся найти подходящий наряд, то он вполне может прикинуться собственным дядей, и в беседе с Вултоном как бы невзначай обронит, что считает своего племянника, то есть Брэддона, очень способным, даже талантливым. Все это для того, чтобы Вултон относился к Брэддону снисходительнее.

Софи удивленно посмотрела на Дэвида:

— Какой абсурд! Даже не верится. Сколько же ему было лет?

— Где-то тринадцать-четырнадцать. — Дэвид снова коротко рассмеялся. — Поверьте, мы делали все возможное, чтобы отговорить его от этой затеи, но Брэддон ничего не хотел слушать.

— Понимаете, у Брэддона с детства большая тяга к актерству. Вот почему… — Он снова спохватился и замолк. Вряд ли леди стоит знать, что любовницы ее будущего мужа большей частью были актрисами.

— Вы не закончили, — напомнила Софи. — Так что же «почему»?

— Да-да, — заторопился Дэвид. — Вот почему почти во все свои прожекты он вводил элементы театральности. Надев широкий плащ и приклеив фальшивые усы, Брэддон испытывает настоящее счастье.

— И чем же тогда закончилась эта история с Вултоном?

Дэвид пожал плечами:

— Брэддон раздобыл где-то нелепый плащ. Представить не могу, для чего он на самом деле предназначался. Черный, отороченный снизу красной атласной каймой — весьма экстравагантная вещица. Однако Брэддон заявил, что именно так и должен быть одет путешественник. Напялив его, он приклеил фальшивую бороду и усы.

— В самом деле?

— Разумеется, это с самого начала был сущий бред. Вултон моментально его узнал, хотя Брэддон утверждал, что учитель угостил его кофе и они некоторое время вели беседу. Его замысел окончательно провалился только после того, как Вултон поинтересовался, откуда у Брэддона этот плащ. Тот, как и полагается знаменитому путешественнику, заявил, что это подарок вождя племени трингеллу. Племя это живет высоко в Альпах.

Софи повернула голову и некоторое время разглядывала Брэддона. Он деловито жевал, размахивая вилкой, что-то объясняя сидящей от него справа мисс Барбаре Льюистон.