Свобода - Татьяна Бессонная

Мастер встал сзади. Начал растирать лопатки, поясницу, ягодицы. Подготовка. К порке.

Помню, тяжело дышала. Был ужас перед болью – я знала, я чувствовала, наказание будет жестоким – и одновременно предвкушение. Жажда принадлежать мастеру, выполнять любые его желания. И эта порка, эта боль, эта несвобода, верёвка, ошейник – как символы.

Прикосновение хвостов флоггера. По спине, ниже. Мягкие, замшевые – господин милосердно решил начать с чего-то лайтового.

Удар – перерыв в несколько секунд.

Удар – перерыв.

Удар – перерыв.

Потом два удара – перерыв. Потом перерыв всё короче. А потом и вовсе без перерыва. Потом не замшевый флоггер, а стэк. Чёткие ритмичные шлепки по плечам, спине, ягодицам.

Боль, переходящая в возбуждение, в удовольствие. Оттеняющая, усиливающая его.

Но это всё был разогрев. Подготовка к главному – самому любимому у мастера.

Хлыст. Длинный, гладкий, как змея. При желании можно одним ударом вспороть кожу, но мастеру нужно не это. Ему нравится бить сбоку – и смотреть, как хлыст обвивает моё тело.

Очень больно. Очень. И сладко. Каждый удар обжигает – и ласкает. Такое чувство, что внутри тела, под кожей, не кровь, а кипящий мёд.

А ещё освобождение. Можно позволить себе быть слабой, отдать всю власть, весь контроль. Кричать, вырываться, умолять, плакать – и знать, что всё это бесполезно, что мастер неумолим. Он остановится только тогда, когда сочтёт нужным. И это… господи, это прекрасно!

Потом удары прекратились. Прикосновения к горящей после наказания коже. Лёгкие, но ощутимые. По спине, бёдрам.

И вдруг – пальцы между ног.

Ох, я думала, что умру прямо там, на этом крюке!

– Моя девочка как всегда. Водопад.

Всего несколько скользких прикосновений – и всё. Оргазм, и какой! Оглушающий, прошёлся по всему телу, аж колени подкосились!

Мастер милосердно дал немного прийти в себя – но глаза не развязывал. А потом вдруг голос в самое ухо:

– Я разрешал?

И новая волна по телу – на этот раз ужаса. Кончать без позволения нельзя. Ни в коем случае! Мастеру это очень не нравится.

– Н-нет…

Чувствительный шлепок пониже спины.

– Нет, господин! – Скулила, как сучка. – Простите! Я… не удержалась… так долго…

– Ты всё это время хотела меня?

– П-пожалуйста…

– Отвечай!

– Да, господин…

– А что же твой жених? Кстати, ты и впрямь собралась за него замуж?

– Н-нет, господин… я…

– Ты мне солгала. – Ещё несколько шлепков – и моих криков-стонов. – Так что с ним? Тебе нравилось?

– С ним… не получалось…

– Ну разумеется. – Мастер коснулся губ, начал водить по ним пальцем. На этот раз об укусе не могло быть и речи. – Он же не порол тебя, да? А ведь моя девочка так это любит.

Вдруг рукоять хлыста – во мне. Внезапно, резко! И двигается!

И новый оргазм. Быстро, остро – и снова без разрешения мастера.

– Плохо, Натали. Очень плохо.

– П-простите, мастер… пожалуйста, я не…

– Молчи. Сегодня я больше не стану тебя наказывать.

Пальцы в волосах заставили запрокинуть голову. Поцелуй. Долгий, горячий. Жадный. Словно мой мастер… тоже изголодался. По мне. Тоже соскучился по своей нижней.

Я поддавалась. Отвечала. Так хорошо, так сладко! Снова возбуждение. Так хочется обнять, прижаться. И чтобы взял. И уже не пальцами, не хлыстом. Чтобы овладел. Снова сделал своей.

Поцелуй закончился. Я потянулась следом за губами мастера, но тот лишь снова положил на них палец.

– Жди.

Верёвки ослабли. Тело свободно. Но глаза всё ещё под маской – мастер не разрешал её снимать. Поднял меня на руки, куда-то понёс. Я обняла, прижалась. Уткнувшись носом в шею, вдыхала его запах. Господи, как же хорошо было!

– Любимый мой… – вырвалось против воли. Просто не могла больше молчать.

Но в ответ тишина.

Мастер положил меня на кровать. Хотел снова привязать, но я взмолилась:

– Пожалуйста, господин, пожалуйста! Не надо!..

– Я так хочу.

– Умоляю! Я… мне нужно чувствовать вас… обнять… пожалуйста!..

Молчание. Но руки и ноги остались свободны.

Позвякивание ремня – его расстёгивали. Шорох снимаемой одежды – я так хорошо его знала! Тяжесть тела. На мне. Горячего. Обнажённого. Мой мастер, мой господин, мой любимый! Я так тебя хотела! Жаждала! И ты тоже меня хотел. Я чувствовала это – и ликовала. Была счастлива, что могу утолить его жажду.

Обняла. Крепко-крепко. Думала, что сейчас всё наконец случится – то, чего я так хотела.

И вдруг – звонок. Телефона. Женькина мелодия.

Не знаю, как описать словами то, что я тогда почувствовала. Наверное, самое близкое – как удар молнией и одновременно как будто окатили холодной водой.

Сорвала маску. Сашино лицо – над моим. Глаза чёрные, взгляд – напряжённый. Раздражённый. И жаждущий.

Все сомнения, все метания – их словно молотом обратно вбило мне в голову. Что я, чёрт, подери, делаю?! Это же измена! Чем ты вообще думала, Зайцева?! Хотя дурацкий вопрос – известно чем!

– Нет, нет, нет…

Я хотела встать.

– Успокойся, – отрезал Градский, пытаясь уложить меня обратно.

Но я, как заведённая, твердила «нет, нет, нет» и отталкивала Сашу. Телефонный звонок ввинчивался в мозг раскалённым буром, я не слышала больше ничего.

И Саша отпустил.

Я бросилась к сумке.

– Алё! Я… да, задержалась… на работе… сегодня пришлось… подольше… прости… да, надо было позвонить… нет, всё в порядке! Нет-нет, сама доберусь. Спасибо. Да. Всё, пока…

Пальцы не гнулись, телефон выскользнул обратно в сумку. Саша сидел на кровати. Смотрел на меня. Голый – и очень, очень, очень злой.

– Мне надо… – начала было я, но слова застряли в горле.

Саша отвернулся. Встал. Начал одеваться.

Я тоже. Медленно, трясущимися руками. Хотела сказать – хоть что-нибудь, но не знала что.

А потом… ушла.

А он остался в Темнице. Так и не сказав ни слова.

В каком-то тумане добралась домой. Сказала Женьке, что плохо себя чувствую, и заперлась в комнате.

Полежала, чуть пришла в себя.

Но всё равно – как пыльным мешком стукнули. Оцепенение.

Всё, точка. На сегодня хватит.

ТЕМЫ: кошмар

НАСТРОЕНИЕ: кошмар

Пост 34. Похмелье

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 23 ОКТЯБРЯ, 20** года

00:29

Сказать, что я чувствовала себя ужасно – значит вежливо промолчать.

Дура!

Мразь!

Чем ты думала, идиотка тупая?! Тварь безвольная! Сама ведь била себя пяткой в грудь, что тебе не надо в это Градское болото! А что в итоге?! Пошла как миленькая, тьфу! В припрыжку побежала! И не Сашка тебя загнал, а ты сама со своими игрищами! Отвратительно! Как ты