Старую деву вызывали? Нет? Сочувствую - Надежда Игоревна Соколова

— Алиса, детка, — вкрадчиво проговорила я, и она мгновенно напряглась, уже зная, что ничего хорошего в данном случае от меня ждать не приходится, — а скажи, пожалуйста, с каких пор невеста твоего дяди стала тебе соперницей?

Алиса вспыхнула.

— Она злая! Как ведьма! — вступился за сестру Джонни. — И смотрит так, как будто мы все грязь под ее ногами! Я не хочу, чтобы она стала женой дяди! Пусть уходит отсюда! Нам ее здесь не надо!

Ну… Логично, конечно. И ведь не поспоришь. В рыжей      очень много спеси, это да. А гонору — еще больше. Хоть, думаю, ничего особого она собой не представляет. И раз Виталина, равная ей по положению, а то и повыше статусом, прилюдно обращается к ней «ваша светлость», то гонор там зашкаливает. Но это ж не повод иголки в куклу тыкать и причинять живому существу такую сильную боль. Что ж они потом, во взрослой жизни, начнут делать со своими обидчиками? Сразу в могилы загонять? В общем, детей следовало привести в себя и заодно дать понять им, что жестокость в отношениях с себе подобными недопустима.

— Мне вот интересно, где старшее поколение — ваши бабушка с дедом, ваши отец с дядей, — задумчиво произнесла я. — Тоже ушли куда-то? При них вы так развлекаться не посмели бы.

— Они во дворце императора, — буркнул нехотя Джонни. — До вечера там пробудут. Я случайно услышал.

Угу, я поверила. Почти, да. Ну что ж, раз оба вину признали, то приступим к наказанию. Как там поживает оранжерея?

Глава 23

В оранжерее мы пробыли до ужина. Потом пришлось возвращаться в жилые помещения. Хотя я, была б моя воля, и ночевать осталась бы. Не одна, конечно. Обойдутся без еды, не помрут. Зато, может, хоть немного поумнеют.

Увы. Никто мне не позволил бы так издеваться над будущими высокородными аристократами. Поэтому и наказание, как по мне, вышло не особо сильным.

Все это время мелкие без дела слонялись по помещению, грустно вздыхали и изредка просительно косились в мою сторону. Мол, хватит нам уже мучиться. Давай возвращаться домой. Туда, где магия работает, и есть развлечения. Я, впечатленная их сегодняшней проделкой, упорно делала вид, что не понимаю намеков. Вообще. Никаких. Обойдутся без развлечений. А то чересчур умными стали: и необходимую информацию в непонятной книжке очень удачно раскопали, и куклу по назначению применили, и успешно провели операцию по обезвреживанию противника. В общем, пора было спустить их с небес на землю, давно пора, угу.

Именно в оранжерее, пока у нас троих было множество свободного времени, я и рассказала своим подопечным, что от них требовалось в ближайшее время.

— Завтра в доме состоится званый вечер. Я очень надеюсь, что вы в это время будете тихими и послушными детьми. И не появитесь внизу, — я с прозрачным намеком огляделась вокруг.

Джонни с Алисой намек поняли, вслед за мной осмотрелись вокруг с явным отвращением и тяжело вздохнули. Артисты. Вот так и поверишь, что у малолетних наследников жизнь тяжелая, а гувернантка — самая настоящая стерва. Не дает развлекаться деткам. Мучает их, наказывает постоянно.

— А вы? — спросил со вселенскою грустью в голосе Джонни.

— Что я? — притворилась я, что не поняла вопроса.

— Вы будете с нами? — уточнил Джонни. Все с той же грустью, да. Сцена по нему плачет.

— Куда ж я денусь, — вас же только оставь одних, вы ж снова попытаетесь дом разнести. И, может быть, на этот раз — вполне успешно. — Если будете себя хорошо вести, может, еще и поиграем во что-нибудь интересное.

Мелкие воспряли духом, но не надолго. Цветы, деревья и кусты вокруг их явно не радовали.

Зато они, эти цветы, изрядно порадовали Виталину. Ни секунды в этом не сомневаюсь. Вернее даже не сами цветы, которых она видела в своей жизни предостаточно, а уникальная возможность просидеть полдня в тишине и покое, не волнуясь о мелких вредителях и тех, кто случайно перешел им дорогу.

Вечером, когда мы с детьми вернулись «к цивилизации», она зашла в детскую со счастливой улыбкой на губах, по очереди обняла и Джонни, и Алису, и предупредила, что с завтрашнего дня у них сменится один из преподавателей.

— А остальные? — с затаенной надеждой спросил Джонни.

— А остальные будут обучать вас с Алисой дальше, — охладила его пыл жестокосердная мать.

Я сдержала смешок. Дети во всех мирах, похоже, одинаковые. Как гадости делать, так первые. Даже уговаривать не надо. Сами все поймут и в жизнь воплотят. Как учиться, так стараются побыстрей смыться подальше. А то не дай боги припрягут посильней.

С этими мыслями я и распрощалась с детьми после ужина, с чистым сердцем отправилась к себе, отдыхать.

Как бы не так. Не успела я перешагнуть порог детской, как наткнулась на Алекса, трезвого на этот раз.

— Нирья Арина, — Алекс смотрел твердо и выглядел решительно. — Нам нужно поговорить.

Я не смогла скрыть своего удивления. Поговорить? О чем же властный и богатый дракон хочет поговорить с простой гувернанткой? Что у них может быть общего?

Никаких иллюзий я, конечно, не питала. Алекс явно не горел желанием продолжать прерванные много лет назад отношения. В самом деле, что я могла ему дать, кроме своих чувств? Правильно, ничего. А драконы, как я успела узнать, предпочитают связывать свои судьбы с себе подобными — богатыми, властными, влиятельными аристократами. Так что и разговаривать с Алексом я тоже смысла не видела. Не о чем нам было разговаривать. Слишком разными мы были. Но он — господин и хозяин. Его воля здесь — закон. Выше него только Горнарин. А потому и отказать в разговоре Алексу я не могла. Так что…

— Как прикажете, ваше сиятельство, — несмотря на волнение, мой голос звучал спокойно.

Сказалась многолетняя выучка еще на Земле. Слава богам, жизнь в свое время научила меня контролировать и эмоции, и чувства.

В глазах Алекса мелькнуло и пропало раздражение, как будто он ожидал совершенно иной реакции. Тем не менее он кивком указал на дверь соседней комнаты, небольшой гостиной.

— Проходите, нирья.

О как. Внезапно. Меня посчитали достойной общения в господских комнатах? А в честь чего? Или все намного проще? И это — первое попавшееся помещение, в котором Алекс поторопился начать разговор? Как говорится, раньше начнешь — раньше закончишь.

Я перешагнула