Драконья незабудка - Броня Сопилка

– Да! – Атави не сомневалась ни секунды. – Дар писателя!

– О, вон оно что. Но я говорю о др… другом даре. О выходе за рамки возможностей человеческого тела. Нарнику Кристи знаете? – драконис мечтательно улыбнулся. Ух ты! – Она владеет даром левитации.

– О-о! – по залу разнёсся общий стон. Левитировать хотелось всем.

– С помощью медитации можно раскрыть свои аномальные способности. Научиться летать, управлять стихиями, видеть недоступное взгляду. Подробнее о вариациях дара мы поговорим на будущих лекциях, сейчас же вам нужно уяснить следующее.

И что же?

– В трансе теряется связь с реальностью, происходит фокусировка внимания на определённых нужных вам вещах. Или наоборот внимание рассеивается, и можно рассмотреть-почувствовать нечто, недоступное в обычном состоянии. В отсутствие дара связь с реальностью легко восстанавливается. Но его наличие, особенно спящего, сильно расширяет ваши возможности в медитации. Можно рассеяться за пределы тела, объять весь мир со всеми его тайнами, и потерять интерес к жизни в этом несовершенном теле.

Народ дружно ахнул.

– Или углубиться в себя, и потерять дорогу наружу. И блуждать в лабиринте собственных фантазий вечно. В первом случае на выходе имеем труп, во втором овощ…

Какая прелесть.

Мирочка пугал нас минут двадцать, наверное, и я всё больше убеждалась, что мне медитировать нельзя. Я свой дар уже нашла. Всё остальное – спасибо, обойдусь. Возможность объять мир и забыть о теле оставим на самый крайний случай.

– Но не волнуйтесь, друзья. Для того с вами я, – «утешил» нас Мирочка. – Если вы заблудитесь, я лично пойду за вами и выручу вас.

Радость-то какая.

– Вы влезете к нам в голову? – хороший вопрос задал кто-то из парней.

– Сольюсь с вашим разумом – прозвучит вернее.

– И прочитаете наши мысли? – Танита сделала очень круглые глаза. Вместо меня.

Рядом беспокойно заерзал Реми, да я и сама держалась за циновку ногтями, чтобы не начать грызть их.

– Ну, не все. Только самые поверхностные.

Да ну его к заррху! У меня они все как на подбор!

– Не волнуйтесь вы так, девушки, я пожилой дракон, к тому же обручён. Меня совершенно не испугают ваши восторги. И я честно-честно никому о них не расскажу.

Это просто драконье самомнение! Хотя он прав, девчонки хихикали и кусали губки, розовея щеками.

Вот только я отнюдь не восторгаться им буду. Даже в обмороке. Не с моим отношением к чешуйчатым гадам.

– Но сегодня медитаций у нас в плане нет, – Мирочка слегка хлопнул ладонями по столу, отвлекая девчонок от мечтаний. – Пока откройте тетради и запишите главные правила.

– Первое: не медитируй в одиночестве. Только с наставником, способным вытащить, если заблудишься.

А лучше не медитируй вообще.

– Второе: если ты взволнован, эмоционально нестабилен, то никакого транса не получится. Отринь эмоции и мысли, их вызывающие. Погрузись в покой.

Прекрасно! Это для меня, раз уж мне нельзя в транс. Буду с отрешённым видом думать о всяких нервных штуках. Уверена, у меня легко получится. Вот, например, что такое имел в виду Корвин, заявив, что я ему сегодня надоела? Когда это я успела?

Очень даже нервная штука, да.

– Третье правило: Прежде чем практиковать медитацию, постройте якорь, который всегда поможет вам вернуться из транса.

Ну, с учетом того, что я в транс не собираюсь, мне и якоря не нужны. Можно я пойду? А ещё вы, дорогой Мирочка, умалчиваете, что подавляющее большинство из нас никакого дара не раскроет. Двадцать пар сияющих глаз – горят напрасно. Просто для того, чтобы драконы не попустили, не приведи заррх, кого-то одарённого сверх человеческих возможностей. Вам такие зачем-то, видите ли, нужны.

– Это не все правила, но эти три – основные, – Мирочка монотонным голосом навевал сон. – И сегодня мы акцентируем внимание как раз на третьем. Мы будем строить якорь.

– А медитировать?..

– Сегодня не будем.

Ага, отлично! – я зевнула.

– Закройте глаза и представьте себе то, что вы любите больше всего.

И тут моя сонная фантазия отчебучила: стоило зажмуриться, как под веками вспыхнули янтарные глаза Корвина. Вот же, не приведи Крылатые, якорь.

–…можно любимое блюдо.

Губы! Так бы и укусила! Ззар-раза!

Неужели я всё же умудрилась где-то надышаться Корвина и теперь начинаю превращаться в розово-слюнявое чёрте-что, которое даже мерзкий Дальсаррх считает мерзостью? Мозг, вернись!

Что-то нормальное, что-то съедобное мне.

Глазки! Выковыривать по одному и смаковать! У-у!

Уже лучше, конечно, чтоб ему икалось, но явно не то, что имел в виду Мирочка, говоря о «чём-то любимом».

– Теперь выберите место, в этом кабинете, – продолжал он, – и мысленно впишите якорь в него.

Э-э, стойте, ещё не придумала порядочный якорь!

Зато непорядочный Корвин на соседнюю циновочку вписался за милую душу. Кассандра! Шляпище! Возьми себя в руки!

М-м. Думай! Любимое съедобное. Торт «вишня в шоколаде» – о! Чудесно вписывается в антураж, и люблю я его очень, просто балдею. То что нужно! Перед внутренним взором наконец-то появился нормальный якорь – тортик, чёрный с белым кремом, с вишенками в ликёре, м-м-м!

Я облизнулась, прогоняя предательское ощущение пьянящих губ на своих губах.

– А теперь представьте, как вы несёте любимый предмет сюда.

Корвин. На моём мощ-щном плече. Ы-ы-ы. Ноги по полу волокутся.

Фух!

Пока я давилась смехом, Катрин, чернявая подружка Реми, задала дельный вопрос.

– Зачем? Мы же уже представили его здесь?

– В трансе якорь окажется рядом с вами, в глубине вашей фантазии. Так что давайте, продумывайте дорогу, узловые точки. Каким бы сложным ни был путь, узловые точки помогут принести ваш якорь в якорную комнату и вытащить себя из транса.

– Как всё сложно, – выдохнула я, зажимая рот рукой.

В неуёмной фантазии я по пыльному коридору тащила за шкирку Корвина, и он, цепляясь за «узловые точки», издавал бодренькое: «у, и, у-а-а», а я приплясывала и едва не рыдала от смеха*.

*если хотите послушать музсопровождение этой сцены, забейте в поиске «зажигательная песня UIUAA». Клипчик с мышами.

Впрочем, нелепые варианты якоря приходили не только в мою шальную голову, и половину занятия мы ржали стадом вольных лошадей.

Так, почти все девчонки в качестве якоря расписывали Мирочку, а для транспортировки его решили объединиться по трое и некоторое время выясняли, кто какую часть будет тащить. Чуть не подрались.

Вариант якоря Мирочки, завёрнутый в шуршащую блестящую бумагу, с большим розовым бантом на