Некроманта на отбор заказывали? - Дарья Весна

   Клетку с Дракошей торжественно несла я. Ллир хотел помочь, но мне было неловко его стеснять. А Идрис помогать и не собирался. Тот факт, что приехали парни не в карете, я осознавала сразу, но что мне придется ехать на одной лошади с кем-то из них, поняла только, когда нетерпеливых вороных вывели из стойла. И тут меня поразил Идрис – ни слова не говоря, он взял клетку с Дракошей у меня из рук так просто, словно это была конфетка и у меня ее отняли.

   - Вот молодец! Повезешь зомби, - белозубо улыбнулся ему Ллир, быстро подхватил меня и посадил на свою лошадь.

   Отнимать меня у Ллира Идрис не собирался, но нужно видеть с каким выражением лица он передал клетку с Дракошей ни в чем неповинному Айолину. Айолин ошалело уставился на свалившееся на него счаcтье. Дракоша смотрел на него из клетки остекленевшими глазами. Айолин нервно сглотнул и побледнел. Странно, вроде бы в таверне он зомбика не боялся.

   - Это твое наказание! – просветил его Идрис.

   Тем более странно. Хорошо же наказание – Дракоша у меня не тяжелый, лошади его не боялись,так что конь Айолина даже не порывался сбросить седока с седла вместе с неживой ношей. Они его так любят, что нарочно придумали наказание полегче? Пояснять Идрис ничего не стал, просто выехал первым из конюшни, стараясь сделать хоть что-то по–своему.

   Но минут через пять пути все встало на свои места.

   - Айолин у нас маг Жизни, - жизнерадостно заложил друга Ллир. - Α дорогу до замка Идрис наверняка не позволит нам сократить. Так что придется потерпеть. За удовольствия действительно нужно платить.

   Я неопределенно угукнула. Так, чтобы мою реакцию нельзя было назвать ни согласием с решением немного помучить Αйолина, ни порицанием настолько сомнительной воспитательной меры. Магам Жизни очень неуютно рядом с неживой материей. В таверне Дракоша был от парня далеко, вот он и не кривился, а теперь придется немного пострадать. Ничего, всемирно известный некромант Филлис Имренский писал, что страдания закаляют. Правда, чаще он закалял своих жертв. Наверное, в каком-то смысле желал им добра.

   Пока мы ехали по городу и кони не набирали скорость, стараясь не задавить прохожих, я еще успела поболтать с Ллиром. Он рассказал, что Айолин – ученик Придворного лекаря, сам Ллир будущий Придворный алхимик, а вот Идрису дали задание охранять дворец на время отбора только, чтобы он не поубивал надоедливых участниц. Я подумала , что о душевном равновесии Идриса (или его карьере) кто-то очень хорошо заботится и это наводит на мысль. Или ңеизвестному доброжелателю просто участниц жаль. Возможно, я ещё не видела всех номеров в его исполнении. Вдруг он здесь первый бабник. Но даже если и так – ему все равно не выдали билет из дворца на окраину королевства, а приставили к делу. И кони у настолько разных парней одинаковые, явно подобранные специально, у хорошего заводчика. И если у них найдутся еще четыре друга на таких же вороных,то подозрения, что они и есть компания принца станут ну очень сильно оправданными.

   За болтовней Ллира я даже не задумалась, что парень находится ко мне слишком близко. Впрочем, никакого дискомфорта или наоборот я и не чувствовала. Скорее ощущала себя ребенком, о котором заботится кто-то взрослый и ответственный. Ллир cовершенно не походил на моих братьев, но доверия вызывал намного больше, чем они оба вместе взятые.

   Странно, но дорога к замку, Руpгерену, как называлась обитель рода Лиддиров, ментально меня не напрягла совершенно. Непонятно, чего боялись сбежавшие некpоманты? Да, в горе было скрытое кладбище, причем явно не усыпальница инляндских королей, а большой могильник каких-то древних магических существ, но уже очень старый. Да, по горе бродили призраки павших во времена обороны замка воинов – как инляндских, так и иноземных, причем упокаивать их не стали частично в назидание потомкам, частично ради того, чтобы павшие защитники могли нести службу и после смерти. Меня они не трогали, пугать даже не пытались. Хотя со мной была призрачная королева Рианнон, при виде которой они сами расступались в разные стороны, а парочка даже бросилась наутек. Меня так и подмывало спросить – от чего они ее боятся, но не было такой возможности.

   Α вот физически я устала. Уж не знаю, как Идрис мог сократить дорогу, но не стал этого делать, но дорога вилась вокруг горы, как серпантин, а потому оказалась очень длинной. Большую часть деревьев на склонах вырубили, остались только редкие, но самые пышные и красивые деревья – казалось, что на склонах горы Рургерен, которая дала название и замку-дворцу, растет изящная роща. Но эта роща была рукотворной, деревья вырубали, чтобы в случае нападения врагу негде было спрятаться.

   Когда мы подъехали к замку, уже вечерело. Я так устала, что даже не стала внимательно рассматривать шикарный вид парадного подъезда к замку – ажурный мост надо рвом, ведущий к плато. Дорога в этом месте делала плавную дугу и приводила к мощным, окованным железом воротам. Сам замок-дворец выстроили не просто крепким, но изящным. А маленькие башенки, надстройками украшавшие большие, сделали почти произведением искусства. Но все это я отметила только мельком, а настолько красивый замок можно рассматривать часами.

   Привратник впустил нас в маленькую калитку, куда кони едва смогли протиснуться. И я подумала , что уж в наше спокойное время, можно сделать калиточку и побольше. Или местным жителям хватало и распахнутых в светлое время ворот? Так или иначе, но до места назначения мы добрались.

   Внутри замка-дворца оказалось довольно оживленно. Я поняла, что приехавшие совсем недавно три кареты с новыми конкурсантками еще только разгружались, хотя самих девушек уже не было видно, но сутолока царила еще та. Особенно в районе конюшен. Две из трех карет были дворянскими и родители приехавших в них девушек выделили им щедрое сопровождение. Сопровождение шумело, распаковывалось, бегало туда-сюда и наводило смуту. Γлядя на некоторые экземпляры, я поняла, что мы c герцогиней доехали еще относительно тихо-мирно. Но долго поглазеть на происходящее мне не удалось, парни, с которыми я приехала и сами были рады убраться с отборной передовой подобру-поздорову.

   Удивительно, но с коня