Девочка бандита - Мила Дрим

— Ладно, — протянула я и принялась терзать зубами внутреннюю часть щеки, уже другой. На левой стороне, напоминая о моей глупости, затягивалась ранка.

— Искандер, я хочу знать, ты, правда, убил человека в 17 лет? — выдала я вопрос, все это время прожигающий мне душу. Напрасно я делала вид, что не замечаю его. Как только появилась возможность — он вырвался наружу до того, как я поняла, какие могут быть последствия от него.

— Правда, — властно ответил Искандер, и я могла поклясться, что не расслышала в его словах и капли сожаления.

Кое-как переварив услышанное, я уже открыла рот, чтобы задать уточняющие вопросы, но в этот миг машина плавно завернула налево, и я поняла, что мы приехали.

Мигающая вывеска с названием «Восьмое чудо света» пульсировала с такой же интенсивностью, как пульс в моем горле.

Не веря своим глазам я глядела на пятиэтажное здание, на самом верхнем этаже которого разместились вип-места для избранных нашего городка.

Дверь слева от меня открылась, холодный воздух ворвался внутрь и я, вздрогнув, перевела взор на Искандера.

— Ну что, девочка, пошли веселиться, — улыбнулся он и протянул мне руку.

Как во сне я наблюдала, как мои длинные тонкие пальцы ложатся на раскрытую ладонь. В следующую секунду смуглые мужские пальцы сомкнулись на моей руке. Черное на белом.

И я подумала, как красиво это выглядит.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Я чувствовала себя нищенкой, попавшей на знатный бал, когда зашла на первый этаж ресторана.

Какой контраст с теми серыми домами, что окружали нас! Казалось, все деньги региона сконцентрировались в этом ресторане.

Зеркальные стены, огромная люстра, со свисающими вниз хрустальными каплями, и пол, выстланный красной ковровой дорожкой — вот что первое бросилось мне в глаза.

Ощущая всё нарастающее волнение, я шумно вздохнула и уловила аромат дорогого парфюма, сигарет и чего-то сладкого.

Стараясь не вертеть головой, я продолжала идти рядом с Искандером и разглядывала пространство.

Впереди я заметила столики. Несколько из них были уже заняты. Не уверена точно, но двое мужчин, сейчас о чем-то неспешно беседовавших, были довольно похожи на бизнесменов, которых я видела на страницах нашей местной газеты.

Здесь был другой мир.

Богатых, влиятельных людей. Место для избранных, куда мне, по счастливой случайности, удалось попасть.

— Красота, нам наверх, — мягко подталкивая меня к лифту, произнес Искандер.

Это было первое прикосновение за эти минуты, и оно обожгло мне спину. Чувство, что между мужской ладонью и моей кожей не было никакой преграды, заставило меня еще больше разволноваться.

Нервно улыбнувшись (интересно, что обо мне теперь подумал Искандер), я прошла в лифт вместе с Искандером, и следом туда зашли его братья.

Пребывание — хоть и недолго — в закрытом пространстве с тремя мужчинами стало для меня настоящим испытанием.

Я ощущала неловкость, и все эти секунды меня не покидало чувство, что я стала объектом, который с интересом разглядывали.

Правда, я не могла быть точно уверенной в этом, потому что мои глаза были опущены вниз. И единственное, что я видела перед собой — свои убогие ботинки. Я носила их уже второй сезон, и выглядели они довольно поношено. Потертые носы, а в левом ботинке, как сегодня я поняла, имелась дырка.

Наконец лифт остановился, двери его расползлись в стороны, и мы вышли в коридор.

Здесь всё было иначе. Кругом царила романтическая атмосфера — приглушенный свет, нежная мелодия с чувственным женским вокалом, а впереди взгляду открывался потрясающий вид на вечерний город.

Умытый дождем, он сверкал как драгоценность.

— Ну, что за какой столик сегодня сядем? — оборачиваясь и посылая улыбку, поинтересовался Амин.

— Вы за какой хотите, мы с Лизой уединимся вон там, — Искандер кивнул в сторону столика, выглядывавшего из-за бархатной ширмы.

— Вот так нежданчик, — сверкнув белоснежными зубами в улыбке, протянул Амин.

— А как по мне, всё вполне ожидаемо, — Гаджи обнял брата за шею и потянул его в сторону свободных столиков, — пошли, пожрем.

— Располагайся, — придержав для меня шторку, произнес Искандер.

Я постаралась сделать это плавно, но как нарочно, задела бедром край стола. Раздался неприятный звук, а я покраснела от стыда.

— Прости, — догадываясь, как, наверное, Искандеру стыдно за меня, пробормотала я и села на мягкий диванчик.

— Не за что просить прощения, — Искандер, удивляя, сел сбоку от меня и взял со столика меню.

Быстро пролистав его, передал мне со словами:

— Выбирай, что хочешь.

Я, снова принявшись кусать свою щеку, начала изучать меню.

Желудок мой, заныв, напомнил о своем существовании.

Проглотив слюну, я листала страницу за страницей.

Я старалась не смотреть на цены, но они всё равно бросались в глаза. Господи! Подумать только, одно, самое простое блюдо, стоило в этом ресторане, как три месяца проживания на съемной квартире…

— Ну, что, выбрала что-нибудь? — Искандер, откинувшись на спинку дивана, выжидающе посмотрел на меня. — Или тебе помочь с выбором?

— Нет, я уже определилась, — я, смущаясь от взгляд тигриных глаз, улыбнулась. — Я хочу жареную картошку и, если можно, оладья.

Искандер, вдруг, перестал моргать. Взор его начал проникать в мои глаза, и я, не в силах сдвинуться, как завороженная, смотрела на него.

Несколько секунд длилось это затмение, а затем губы Искандера растянулись в многообещающей улыбке.

— Будет тебе картошка, оладья и что-нибудь еще, — он одернул шторку и властно махнул рукой, — девушка, подойдите, пожалуйста!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

— Ну, рассказывай, — рука Искандера легла поверх спинки дивана, как только официантка, приняв заказ, отошла от нашего столика.

Он еще не обнимал меня, но я уже чувствовала его тепло. Властное и безудержное, оно проникало сквозь рукав, и кожа, реагируя на него, стала приятно покалывать.

— Что именно рассказывать? — взволнованно уточнила я и скользнула взглядом по мужскому лицу.

Он был так близко!

Черные, густые ресницы его были чуть опущены, отчего взгляд Искандера показался мне потяжелевшим.

Или тому была другая причина?

— Как тебе мое общество и, вообще, обстановка? — Искандер неспешно коснулся моей щеки и отвел в сторону пряди волос, выбившихся из хвостика.

И снова его прикосновение обожгло меня. Левая щека вспыхнула, и я, беспокоясь, что Искандер заметит это, запрокинула голову наверх и ответила на один из его вопросов:

— Тут очень красиво… Дорого, — я сглотнула, — но я чувствую себя здесь неуютно.

— Почему? — подушечки пальцев снова коснулись меня, теперь уже под челюстью, в том чувствительном месте, где бешено бился пульс, и остались там.

— Я тут лишняя, — выдохнула я и посмотрела прямо на Искандера, — я же вижу,