Знамение - Камелия Пирс

— Хочу, чтобы Кэтрин вернулась, и все было как раньше легко и понятно, — к горлу подступили слезы.

— И я хочу, — послышался за спиной спокойный голос Эндрю. Он как обычно тихо и незаметно подкрался сзади, бессовестно нарушая мое одиночество. Если бы за это время я не привыкла к подобным его выходкам, то могла спокойно свалиться с крыши и сломать пару ребер. Он присел рядом со мной и также мечтательно устремил свой взгляд в небо. — Ты не замерзла? — поинтересовался он, на что я отрицательно покачала головой.

— Если честно, где ты был? — На мой вопрос он снисходительно улыбнулся.

— Встретился с другом. Его зовут Калеб, он информатор нефилимов.

— Такие существуют? — Удивилась я, и Энди затрясся от смеха.

— Анна, ты еще так мало знаешь про Алиум, — пожалуй, он прав. Я настолько была увлечена учебой и желанием стать первой по всем предметам, что так и не узнала совершенно очевидных вещей об устройстве мира, в который погрузилась.

— Действительно, Дерек сегодня сказал про каких-то трансиеров. Что это вообще такое?

— Это духовные наставники, что-то вроде целителей, мудрецов и проводников в загробный мир в одном флаконе. Коротко говоря, нефилимы, достигшие своей высшей формы, — снобистским тоном начал свою лекцию Эндрю, и это вызвало улыбку. Примерно так же я выглядела со стороны, когда умничала. — У нас про них особо не говорили, потому что они находятся только в больших городах, а маленькие посещают в крайних случаях.

— О, ну теперь понятно. А информаторы это кто?

— Тут все чуточку проще. Некоторые ординары видят наш мир, они работают с коллегиями и школами, поставляют информацию о демонах и делают прочие полезные штуки.

— А почему твой друг не хочет пройти обряд инициации в нефилимы? — полюбопытствовала, вспоминая недавний разговор с Дереком.

— Есть свои нюансы, — уклончиво ответил парень и я решила не наседать. — Кстати, когда он узнал, что меня бросила девушка маг, то был в максимальном восторге. Я не мог остановить его смех около получаса. Эх, теперь мой образ альфы канул в лету из-за моего откровения. У него будет неиссякаемое множество идей для насмешек надо мной.

— Ох, даже не представляю, как ты перенесешь этот удар. Бедный Купер, его самолюбие будет задето, — улыбнулась я и расслабилась.

— Мне хватает разбитого сердца, но еще разбитое самолюбие в довесок меня просто убьет, — театрально томным тоном вздохнул парень и закатил глаза. Я рассмеялась.

Наконец-то он шутил и был искренним, и стоило взять с него пример. Нужно жить дальше и строить свою судьбу без оглядки на прошлое.

Глава 6

— Слушай, не обязательно выводить меня из себя каждый раз, чтобы я использовала магию, — буркнула в адрес Мэтью. Он захохотал, кидая в мою сторону очередную порцию винограда. Я хмуро на него посмотрела, ожидая, что на парня снизойдет благоразумие. Буквально в пяти сантиметрах от моего лица виноградина остановилась, зависнув в воздухе, а потом упала на стол.

— Неплохо, — безразлично сказал Питер, — но может мы лучше просто спокойно поедим?

— А как по-другому ты предлагаешь ее мотивировать? Никакого продвижения в поиске ключевого раздражителя, — возмутился Мэтью.

— Неправда. Просто я устала от постоянного колдовства, — осознала, что пока Мэтт не выведет меня из себя, в покое не оставит.

— Это обязанность каждого мага, его дар и бремя, — начал читать нотации парень.

— Не забывай, что моя природа разделена между всеми видами. Я и нефилим, между прочим, а у них есть право выбора, — напомнила и поймала раздраженный взгляд Пита.

— Как и я, но, по-моему, здесь нечем гордиться. Жить убийством — такая себе перспектива.

— И это говорит нам порождение тьмы, — надменно произнес Мэтт, но кажется сам забыл, что окружен темной аурой.

— Зато какое, — подмигнул Пит, на что я не упустила возможности закатить глаза.

— Кстати, Кэт, почему ты не найдешь себе здесь кого-то? — Поинтересовался Мэтью, косо поглядывая в сторону своего приятеля. Я перестала есть и уставилась перед собой. Подобного вопроса от него никак не ожидала, в голове снова всплыл мой побег от трудностей.

— У нее уже есть прекрасный принц на белом коне. Эндрю. Кажется, — понимала, что Питер притворствует, поскольку точно знал про природу наших с ним взаимоотношений. Он затрясся от беззвучного смеха, но я промолчала.

— Мы расстались. Сейчас меня волнует только магия и самоконтроль. — Хотелось поскорее закрыть эту тему, поскольку она очень сильно меня тревожила. Из-за чувства вины долгое время не могла уснуть и нормально есть. И вот, едва я пришла в норму, меня снова камнем вниз тянуло прежнее состояние.

— Точнее будет сказать, что ты кинула бедолагу, оставив наедине с носовыми платочками, — не унимался он.

— Заткнись, — процедила сквозь зубы, но это только сильнее раззадорило парней. Видимо они не понимали, что совершают страшную ошибку, задевая меня за живое.

— Джульетта… но почему же ты Джульетта? — Подхватил настроение Мэтт, явно поддразнивая меня.

— Хватит! — Крикнула на обоих. Ножи и вилки, до этого покоящиеся на столе, поднялись в воздухе и угрожающе зависли над Питером и Мэтью.

— Оу… — приподняв одну бровь с удивлением произнес Пит, — наша кошка показала коготки?

— Кажется, мы нашли маяк, — пожал плечами второй парень, но в его глазах заметила проблеск заинтересованности. Я что, подопытный кролик, чтобы так надо мной измываться?

— Знаете, что! Идите вы…

— Кэтрин, смотри, что я нарисовала! — В кухню ворвалась Хоуп, не дав закончить фразу. Парни ехидно улыбнулись, и я уже придумывала план мести. Сестра Мэтта подбежала ко мне, держа в руках лист бумаги.

— Покажешь, что там? — Спросил ее брат, заинтересованно вытягивая шею в нашу сторону.

— Нет, не покажу, — спокойно ответила та и подошла ближе ко мне, чтобы он не подглядел. Питер не выдержал и согнулся пополам от смеха.

Хоппи положила мне на колени свой рисунок, который изображал черного кота с белыми «носочками» на передних лапах. Одно ухо было согнуто в мою сторону, а на шее красовалась голубая лента.

— Восхитительно, — похвалила талант ребенка, — у вас был кот?

— Нет, Мэтью не разрешает заводить домашних животных, — удрученно ответила девочка, забирая свое творчество и пряча его за спиной от брата.

— Не переживай. Мне родители тоже не разрешали, — понимала ее как никто другой.

— От них никакой пользы, — развел руками Мэтт в точности повторяя то, что каждый раз твердил мне отец, едва заходил разговор о питомце.

— Почему же никакой? Они утешают, когда плохо, дают ощущение