Ты моя девочка. Смирись - Зоя Астэр

Вскидывает руку и жмет в звонок рядом с моей дверью.

Дверь быстро открывается, и я вижу в проеме бабушку.

— Ну наконец-то, — пожилая женщина явно выдохнула с облегчением увидев меня. — Проходите скорее!

— Здравствуйте, Таисия Викторовна, — говорит Макар, заходя в нашу тесную прихожую.

— Ну здравствуй, Макар, — как-то строго отвечает бабушка. — Давно тебя не видела.

Макар кивает. Оправдываться или что-то объяснять не в его характере.

Бабушка приглашает нас пить чай. И мы, следуя за ней, проходим в нашу крохотную кухню. Усаживаемся за стол. Макар слишком большой мужчина для этого помещения. Он смотрится великаном, сидя на нашей старенькой табуретке.

Я внимательно слежу за тем, как бабушка наливает нам чай и ставит на стол тарелку с пирогом.

В последнее время многие простые вещи ей даются с трудом. И я хочу понять, не подорвала ли моя внезапная ночевка вне дома ее последние силы.

— Я вижу Макар, что ты стал состоятельным человеком, — говорит бабушка, ставя кружку с чаем перед мужчиной. — Я рада, что ты сумел чего-то добиться в жизни, и благодарна за помощь…но должна спросить…Макар, ты бандит?

16

Мужчина давится пирогом, который успел откусить, и мне становится даже чуточку смешно. Интересный, кстати, вопрос.

— Нет, Таисия Викторовна, я не бандит. Я бизнесмен.

— Тогда хорошо, — бабушка одобрительно кивает и пододвигает тарелку с пирогом ближе к Макару.

— Ярослава, иди собери свои вещи, мы скоро поедем. — тоном босса отдает распоряжения мужчина. — Я надеюсь, вы уже готовы, Таисия Викторовна?

— Готова, Макар, — кивает бабушка.

Я закатываю глаза, запихиваю в рот большой кусок пирога и ухожу в комнату. Складываю в дорожную сумку одежду.

Джинсы, пара блузок, спортивный костюм, футболки. Пижаму надо не забыть. Косметичку. Кроссовки обязательно. Что еще? Белье, конечно.

Через пятнадцать минут я тащу свою сумку в коридор.

Без лишних разговоров Макар относит наши вещи в машину, и мы уезжаем.

Я даже понять не успеваю, что прощаюсь с домом на неопределенное время. Не знаю, когда мы с бабушкой сможем вернуться сюда. Наверно, после операции.

На улице стремительно темнеет. В окнах зажигается свет. Фонарь, освещающий дорогу перед подъездом, тускло мигает, не в силах определиться сломался он или нет.

Макар не оглядывается. И вообще, кажется, старается убраться подальше как можно скорее.

Очевидно, прошлое не вызывает в нем приятной ностальгии. Вот только на этот раз часть своего прошлого он увозит вместе с собой.

Бабушка садится спереди, так что мне достается задний ряд.

Мы выезжаем на трассу, и Макар набирает скорость. Бабушка засыпает почти сразу. А я сижу и, стараясь не отсвечивать в зеркале заднего вида, пялюсь на Макара. И мне почти хорошо.

Если бы бабушка была здорова. Если бы рядом со мной сидела сейчас Арина. Если бы Макар испытывал ко мне хоть часть тех чувств, что я испытываю к нему.

Тогда я была бы самой счастливой женщиной на земле.

В конце концов засыпаю и я. Мне снится последняя беззаботная осень в моей жизни. Мне пятнадцать. И я с Ариной сижу за старым бабушкиным инструментом в нашей квартире. Мы играем вальс в четыре руки. Хлопает входная дверь и подруга срывается с места. Она спешит в коридор увидеть брата. Я выглядываю из комнаты за ней следом и встречаюсь глазами с юным Макаром. Он смотрит на меня без усмешки и холода. Так, как я всегда мечтала.

Кто-то трясет меня за плечо.

Открываю глаза и натыкаюсь на голубой лед во взгляде реального Макара.

— Просыпайся, — велит он и отходит в сторону. — Мы приехали.

Вылезаю из машины и потягиваюсь. Рядом заспанная бабушка разминает шею.

Макар припарковался рядом с крыльцом.

Подбегает парень, который подгонял нам машину утром. Максим, кажется. Забирает из багажника наши сумки и уносит их в дом.

А бабушка тем временем рассматривает дом нашего бывшего соседа с открытым ртом.

— Нет, Макар, ты все-таки бандит… — комментирует она увиденное.

— Я же Вам говорил, Таисия Викторовна, — терпеливо отвечает мужчина, — у меня законный бизнес. Перевозки, помните? И холодильные установки.

— Хорошо, если законный, — соглашается бабушка.

Мы заходим в дом, и нас встречает седовласая женщина в поварском переднике.

— Добрый вечер, Анна Павловна, — говорит ей Макар.

Наверно, это помощница по дому, о которой он упоминал утром.

— Добрый вечер, Макар Олегович, — женщина кивает с улыбкой. — Добрый вечер, Свет…

— Познакомьтесь, это Ярослава Дмитриевна и Таисия Викторовна, — перебивает Макар. — Они гостьи в моем доме. Я просил вас подготовить для них комнаты.

— Конечно, Макар Олегович, — женщина выглядит немного растерянной, но быстро берет себя в руки. — Ужин ждет вас в столовой.

На этот раз мы едим в другой комнате. Не на кухне, где утром Макар помогал мне готовить кофе.

На большом столе, накрытом скатертью, для нас приготовлен ужин. Судя по аппетитному запаху, все должно быть очень вкусным.

Я ем и поглядываю на бабушку. Она заметно устала и побледнела. Даже дорога в несколько часов на машине отнимает теперь у нее много сил. Но она, как всегда, сидит с прямой спиной.

— Макар, будь добр, — обращается она к хозяину дома, — утоли старческое любопытство. Расскажи, как ты жил эти восемь лет.

— Да как жил, Таисия Викторовна, — отвечает Макар, — работал я, а не жил. Моего друга Сашу помните?

Бабушка кивает. Конечно, она помнит их всех.

— Мы с ним по стране помотались. Работали где придется сначала. Образования-то ни у него, ни у меня тогда не было. Это мы потом с ним уже доучивались, когда бизнес начали. В общем, через год я узнал, что умер мой отец. Вы его знали?

Бабушка снова кивает. Я помню, что родной отец Макара жил в другом городе и детьми никогда не интересовался.

— Так вот, он грузовик водил. В рейсы ездил. И даже собственной машиной разжился не так давно. Вот это наследство