Друзья навсегда - Никки Логан

Она настороженно смотрела на Марка — на того, кому прежде безоговорочно доверяла.

— Мне понадобилось шесть месяцев с того момента, как я ушла от Демьена, до того дня, когда я стала членом клуба анонимных алкоголиков и объявила, что обязуюсь не выпивать в течение месяца… — Бет полила косатку водой со стороны Марка, ибо он стоял без движения. — Потом я взяла обязательство не выпивать два месяца. Затем пять. Потом десять… — Она прерывисто вздохнула. — Два года ушло на то, чтобы навести порядок в моей жизни. В то время я ужасно себя винила. И мне совершенно не нужно твое осуждение, Марк!

Он покраснел, что уже было по-своему чудом, учитывая температуру окружающего воздуха. Затем откашлялся:

— Пожалуйста, Бет. Я тебя не осуждаю.

Она утонула в его внимательном молчаливом взгляде, но наконец вздохнула:

— Что бы ты хотел узнать?

Казалось, прошла вечность, прежде чем он заговорил:

— Все.

Что ж, справедливое желание. Ведь Бет сама открыла дверцу в неприятное прошлое, сделав свое заявление.

— Я причинила боль членам моей семьи, когда так рано вышла замуж за Демьена… — Она начала почти шепотом, но Марк ее слышал. — Я обидела тебя. Получилось, что я и себя обидела. Но в то время он казался мне всем, чего я хотела. Этакий святой Грааль, найдя который заслужишь доверие. Когда я была с ним, люди относились ко мне по-иному, и мне… это нравилось. Так долго мне приходилось быть отверженной…

— Из-за меня?

Монотонный шум океана начал действовать на Бет гипнотически.

— Нет. Из-за меня самой. Я предпочла тебя, а не их деньги. — Она выдавливала из себя слова. Ее грудь была так напряжена, она испытывала такое беспокойство, что удивительно, как могла перевести дыхание. — Демьен достаточно быстро понял, что семейная жизнь его не прельщает. Он не желал нести ответственность. А я была такой молодой и так старалась стать для него хорошей женой. Когда он настаивал на том, чтобы я выпивала, что я могла ему возразить? — Она глубоко вздохнула. — Ему стоило только захотеть, как я тут же исполняла его прихоть.

— Нытикам нужна компания.

В случае с Демьеном все оказалось именно так.

— Но затем стало намного хуже.

Марк перестал хлюпать мокрой тряпкой и напрягся всем телом:

— Насколько хуже? Он бил тебя?

Она выпрямилась, выжидая время и решая, как ответить.

— Иногда. — Бет застыдилась. — Я виню в этом алкоголь. Чем сильнее он напивался, тем злее становился. Чем больше пила я, тем безразличнее становилась.

— Значит, ты начала выпивать из-за Демьена?

Бет покачала головой:

— Я делала выбор самостоятельно. Хотя мне потребовалось много времени, чтобы это понять.

— Так что заставило тебя отказаться от выпивки? — Глубокий голос рокотал в ночи.

— Я осознала, что мне двадцать пять, а я ничего не достигла. У меня была работа, но карьеры я не сделала. Я была замужем, но семьи у меня не было. У меня был муж, которого я не любила, друзья, которые приходили ко мне только тогда, когда я покупала выпивку. У меня не было интересов… — Она тряхнула головой. — Я была пьяной занудой, ничего не достигшей. Поэтому однажды вечером я собрала вещи и ушла.

Бет умолчала о том, как трусила и всхлипывала, сидя под душем, но Марку не следовало об этом знать. Ей не нужны его жалость и сожаление.

Долгое время были слышны только хлюпанье воды и дыхание косатки.

— Что случилось с Маккинли?

— Ничего. Он даже не попытался меня остановить. Я оказалась не единственной, кто был несчастен в браке. Мы оба совершили ошибку.

— Ты разорвала все прежние связи?

— Он подписал документы о разводе, даже не взглянув на них. С тех пор я с ним не виделась. — Хотя Бет время от времени получала о нем плачевные сведения.

— Насколько тяжело тебе было восстановиться?

Бет услышала не просто любопытство в его тоне и сразу же подумала о Джанис. Нужно говорить обо всем начистоту. Выпрямив натруженную спину, она встретила его взгляд:

— Сначала борешься с потребностью организма, а затем — с эмоциональной зависимостью. Но выдержать можно. Я выдержала. И вот наступает день, когда ты чувствуешь, что сильнее своей привычки.

— Ты сделала это одна?

— Мои родители, конечно, хотели помочь, но я… Я хотела сделать это сама. Я чувствовала, что должна поступить именно так. Доказать, что справлюсь.

— И что помогло тебе справиться?

«Ты, Марк. Воспоминание о тебе. Мысли о тебе».

Бет осторожно подбирала слова:

— Мечта о той Бет, какой я хотела стать. И решительный помощник в клубе анонимных алкоголиков.

Долгое время Марк молчал, затем покачал головой:

— Жаль, что меня не было рядом с тобой. Тогда тебе не пришлось бы обращаться за помощью к незнакомым людям. Мне следовало поддержать тебя.

— Нет, я должна была выкарабкаться самостоятельно. Кроме того, ничего бы не получилось, будь Тони моим другом. Необходима эмоциональная отстраненность.

— Прошедшие десять лет ты была достаточно отстранена эмоционально.

Бет хватило нескольких часов в обществе Марка, чтобы от ее отстраненности не осталось и следа. Она подняла глаза и выдержала его взгляд:

— Ты считаешь, что сейчас я от тебя закрыта?

Он многозначительно промолчал.

— Ты когда-нибудь станешь чьим-нибудь помощником в клубе алкоголиков?

— Да. Когда буду достаточно сильной.

— Сейчас ты выглядишь довольно сильной. Я имею в виду, как ты рассказываешь обо всем. Ты выжила.

От его похвалы ее душа воспарила.

— Я выжила. Но каждый новый день приносит очередные проблемы, и я только сейчас начинаю понимать, насколько меня оберегали.

Он озадаченно спросил:

— В детстве?

— Мои родители защищали меня от неприятностей первую половину моей жизни, вторая часть моей жизни прошла в алкогольном оцепенении. Мне никогда не приходилось принимать по-настоящему трудных решений или сталкиваться со стрессовыми ситуациями. Родители решали за меня все. Или рядом со мной оказывался ты. Я всегда следовала инструкциям или шла за кем-то следом. Я полностью избегала болезненных ситуаций. Мне нужно еще много узнать о жизни.

Марк пристально ее изучал. Помнит ли он все те годы, когда она таскалась за ним, будучи соучастником всех его проделок? Помнит ли он о том, как она прогнала его из своей жизни, когда ситуация стала слишком тяжелой?

— Ты искала меня. Это было нелегко.

— Нет. Это было просто. Но я согласилась бы отгрызть себе ногу ради того, чтобы выпить чего-нибудь прямо сейчас. А ты говоришь, что я хорошо справляюсь.