Рог белого медведя - Олла Дез

— Убийство. Новое. Пришла депеша по телеграфу. Срочная — отрапортовал он и протянул мне лист бумаги.

— Дирижабль?

— Готов лететь. Ваши вещи собраны и готовы к отправке. Все оповещены, что отбытие через два часа.

— Город?

— Фекда.

Я снова мысленно выругался. Опять мой Коннетабль, и снова на границе. На этот раз с Макулосус. Не люблю я их. Вот вроде бы добрые, покладистые, но при этом ленивые и неповоротливые. Им запрос отправишь, так ответ ждать сутками приходится, и не факт что дождёшься. Кажется «панда», так их прозвали в народе? Нужно уточнить кстати почему. Наверняка из-за хронической лени. В парламенте их меньшинство. Заседания те два представителя дома регулярно прогуливают. Их туда приглашают исключительно для соблюдения традиций.

— Ээээ…

— Да, Калле? — повернулся я к следователю.

— Город. И снова на границе ваших владений. Скорей всего на этот раз они не ошиблись.

Я зарычал и ударил кулаком по столу. Они не дали мне месяца! Я снова не успел!

Нужно взять себя в руки. Мы так далеко не уедем, если я буду так реагировать на каждую жертву, как будто я в чем то и в самом деле виноват. Я делаю всё! Я бросил все силы! Не моя вина, что парочка обделенных умом, но наделённых повышенной жестокостью оборотней убивает людей! Но святой медведь! Я готов их сам растерзать, когда найду!

Сборы отняли больше времени, чем я ожидал. Но мой недовольный рык и нахмуренное лицо действовали все же положительно, убыстряя процесс сбора. Я не мог оставить никого в городе. Каждый мой человек был на счету. Мне были необходимы на новом месте все. Я даже не постеснялся и забрал с собой некоторых из людей Льёта Арктоса. Путь дом Гризли тоже пошевелится, раз уж вязался тогда так не осторожно и предложил помощь. Я рад каждому участнику. Мне скрывать нечего. А слухи? Они и так бегут впереди, и остановить их скоро будет просто невозможно. Всё что нужно газетчики пронюхают и так.

Город Фегда встретила меня первым снегом. Все-таки Фегда находилась севернее всех моих городов. А еще приятно порадовали встречающие. Хорошо и качественно одетые полицейские были трезвы, сосредоточенны и не стучали зубами, ни от страха, ни от холода. Что приятно порадовало. Со мной прилетело довольно много народу, и поначалу встречающие не сообразили к кому стоит первому обратиться. Но вскоре сориентировался полицейский небольшого роста и ринулся ко мне.

— Верховный Ко…

— Докладывайте! — рявкнул я.

— Тело обнаружено ночью, согласно полученным ранее инструкциям ничего не трогали, провели только первичный осмотр. Все свидетели сидят в отделении полиции и их допрашивают.

— Свидетели? — удивился я.

— Да. Покойный находился в тот вечер в трактире. И все с кем он общался вчера — допрашиваются. А еще у нас есть свидетель преступления. Правда его пока опросить не представляется возможным по причине сильного испуга и алкогольного опьянения. Но мы его уложили спать и к вечеру, надеюсь, он будет способен ответить на вопросы.

— Отличная работа. Идемте в карету. Меня и нескольких моих людей нужно отправить на место преступления сейчас же.

— Два экипажа готовы, а за остальными мы пришлем. Пойдемте, Верховный Коннетабль — кивнул полицейский.

— Ваше имя? — я спрашиваю имена только у тех, кто реально меня заинтересовал, и об этом знали все.

— Гард Дан, главный следователь и начальник полиции Фегды, Верховный Коннетабль.

Я кивнул и сел в подготовленный экипаж. Меня пока всё несказанно радовало. И уровень полиции и подготовка к моему прибытию. По сравнению даже с моей столицей уровень полицейского на порядок выше. Хотя бы слова произносит правильно.

— Что можете сказать об убийстве? Что удалось выяснить к данному времени? — не стал я откладывать на потом получение сведений и приступил к вопросам, едва мы пятеро уселись в карету.

Я сидел на сидении вместе с Талеком, а вот Калле, Сигвальт и начальник местной полиции разместились каким-то чудом напротив нас. Впрочем, они люди не медведи. Они тоньше и меньше.

— Убитый Эффраим Крисмит. Владелец книжного магазина и реставратор книг. Довольно известная личность, в узком кругу реставраторов. Раньше владел книжным магазином в столице — достав блокнот начал полицейский.

— Знакомое имя. Где я его слышал? — обратился я к Талеку, потерев лоб.

— Я выясню — кивнул тот, тоже доставая блокнот и записывая.

— Убийство произошло ночью. Время уточняется. Погибший вышел из трактира, где встречался и выпивал с друзьями и направился к дому. Примерно на половине пути на него напали. Тело сильно повреждено. Внутренние органы погибшего изъяты из тела. Местный врач произвел осмотр. Доложил, что по предварительным данным, все части тела на месте.

— Тело трогали? — еще раз уточнил я.

— Нет. Все по инструкции. Как и было указано в предварительной депеше, мы переписали надпись, но больше ничего не трогали. Надпись на… — он заглянул в свой блокнот и продолжил — латыни. И переводится как: «Глаза — зеркало души». Но к глазам покойного эта надпись отношения не имеет…

— Что! Повторите! — прервал я, не веря своим ушам.

В карете напряглись буквально все.

— Эээ… — не понял меня следователь.

— Про надпись? — нетерпеливо потребовал я.

— Надпись на латыни. «Глаза — зеркало души», я, к сожалению, прочитать это не могу. Уж больно мудрено, но глаза покойного на месте и были открыты и не повреждены, поэтому…

— Кто перевел!? — снова рыкнул я.

— Так дочь покойного и перевела. Я зашел к ней сообщить об утрате. Ну и пока я собирался с духом, она и увидела листик с буковками этими. И перевела. Еще и смеялась, что я увлекся этой как ее…

— Латте — подсказал Калле коллеге.

— Это кофе — поморщился Сиг — А язык латынь.

Я почти уверен, что название древнего языка уже давно отскакивает у моих подчиненных с языка, но пошутить на эту тему все равно хочется. Уж больно все переживают, что там такое на нем написано. Возможно, что это предотвратит дальнейшие убийства? Вот и зубоскалят, соревнуясь, кто позаковыристей назовет древний язык.

— Немедленно доставить ее в наш временный штаб. Просто немедленно. Приставить охрану, троих, нет лучше четверых моих человек. И…

— Верховный Коннетабль, у нее отец погиб… — тихо сказал местный следователь, но я услышал.

— Хорошо. Талек! Охрану приставить к дому, где она живет и к