Развод. Она будет моей - Оксана Алексаева

— Она такая милая когда спит, — слышу сзади язвительный комментарий Марка.

— Ублюдок! — пихаю его к стене, нависая всем телом над ним. Он меньше ростом и физически уступает мне. Хоть в этом ощущаю свое превосходство.

— Что, морду мне набьешь? А? Слабо?! — прыскает со смеху. — Вот только факт в том, что между нами с Лерой все было по обоюдному согласию, — бьет в самое больное урод. — Она получила от тебя все, что хотела.

— Что ж, вам удалось обвести меня вокруг пальца. Но только не сломить, — шиплю сквозь зубы. Замахиваюсь, в отчаянном порыве сломать ему хотя бы челюсть, в отместку за мое сломанное сердце.

— Давай, Гордеев, ударь меня, — подначивает, ехидно улыбаясь. — Ударь. Вот только это может отразиться на твоем личном деле. С тебя каким-то чудом сняли обвинения о пропаже Дианы. А в следующий раз может не прокатить.

— Пошел ты, — злобно отрезаю, опуская кулак.

— Как дела у сестренки? — глумится убллюдок, а в голосе так и слышится открытый сарказм.

— Не смей о ней даже говорить! — взрываюсь я, снова напирая на него.

— Кстати, чуть не забыл, — едко усмехаясь, отрезает Марк. Подходит к шкафу, и достаёт оттуда белый лист бумаги. — Подпишешь сам, или помочь? — протягивает мне заявление о разводе. Резко выхватываю бумагу из его рук, одним коротким движением ставлю подпись и буквально впечатываю листок ему в грудь.

— Подавись, — глухо выдаю. Хотел бы сказать что-либо еще, но слова застревают в горле.

— А теперь убирайся! Убирайся, и никогда больше не появляйся! И сделай одолжение, забудь о Лере также, как она уже забыла о тебе, — бросает вслед с вызовом. Не найдя, что ему ответить, молча ухожу, громко хлопнув дверью.

Я разбит, потерян, опустошен. Не знаю какими еще совами можно описать мои чувства.

«Забудь о Лере так же, как она уже забыла о тебе».

Это единственное, что мне остаётся сделать. С разбитым сердцем, с больной душой и заполняющей пустотой внутри.

Глава 12.2

Лера

Я чувствую, что Марк раздевает меня. Чувствую его липкие прикосновения к своей коже. Мне жутко хочется укрыться, спрятаться, убежать отсюда. Только лишь бы быть подальше от него. Но я сейчас полностью в его власти. Не могу пошевелиться. Мысли становятся несвязными. Сознание размыто.

— Вот так, умница. Послушная девочка, — с довольным видом заключает Марк.

— П…подонок… — все, что могу прохрипеть.

— Ну-ну, не стоит так, любимая… Однажды ты мне скажешь спасибо за это, — ложится рядом, жадно поглощая взглядом все мое тело. Неужели он хочет меня изнасиловать? Воспользоваться моей беспомощностью? Как это низко и подло! Если бы я только могла дать отпор…

Мои тревожные опасения по поводу близости с Марком не оправдались. Потому как дальше плотоядного любования мной дело не дошло. Но умом, пускай он сейчас затуманен и не может мыслить во всю силу, понимаю, что Марк это затеял не спроста.

Пьяный морок затягивает меня, отчего я проваливаюсь в дремоту. Урывками слышу голос…Максима.

— Лера! Лера, ты здесь? — звенит в ушах голос, полный боли и тревоги.

«Я здесь! Помоги мне!» — хочу закричать я, но сил на это у меня, увы, нет. Все, что я могу — лишь тихо промычать.

— Не веришь? Можешь убедиться лично, — ненавистный голос Марка разлетается в подсознании, заполняя этим шумом меня всю полностью. Я, лежащая голая на кровати, и Марк… Отголоски здравого смысла твердят о том, что меня жестоко подставили.

Я ощущаю будто на физическом уровне его приближающиеся шаги. Затем тишина. Тяжелое, рваное дыхание. Надсадный вздох. И полный боли выдох.

— Как ты могла…

«Нет! Все не так!»

Пытаюсь послать мысленный сигнал Максиму. Мыслить — все, что я могу сейчас. Потому как под действием неизвестных мне веществ я даже не могу в полной мере осознать происходящее. Мне и хорошо, и плохо одновременно.

— Кстати, чуть не забыл… Подпишешь сам, или тебе помочь?

Хруст бумаги. Еле уловимый звук пишущей ручки.

— Подавись!

Я так хочу, чтобы это все было просто ночным кошмаром. Чтобы я проснулась, а рядом лежал мирно спящий Максим. Обнять его, поцеловать, и понять, что все, что сейчас со мной происходило — всего лишь глупый и страшный сон. Но, к сожалению, чудес не бывает. Это все реальность. Суровая, жестокая реальность. Очнувшись, прошедшие события медленно впиваются в сознание. И если до этого я не ощущала боли, то теперь же, кажется, не могу сделать даже вдох. Сердце останавливает свою функцию. И весь мой организм переходит на аварийный режим. Под ребрами жжет нещадно. Даже не представлю, что сейчас с Максом! Я причинила ему такую боль… От этого самой становится невыносимо горько.

Нужно ехать к нему. Немедленно! Все объяснить! И тогда есть шанс, что Максим поверит мне, поймёт и простит!

Вскочив с постели, ощущаю легкое головокружение. Плевать! Мне нужно выбраться отсюда. Кое-как натянув на себя одежду, уже собираюсь выйти из комнаты, но откуда ни возьмись доносятся крики. Кажется, это отец.

— Я не просил, чтобы ты напоил мою дочь невесть чем! Нельзя было придумать что-то более избирательное? — голос звучит с упреком. Тот факт, что папа тоже замешан в этой жестокой подставе невероятно больно ранит! Это просто удар в спину! В самое сердце! Как же так…

— Не переживайте, проспится до утра и придет в себя. При однократном применении препарат не несет никаких побочек, — от ехидного голоса Марка меня и вовсе начинает тошнить. Я не хочу…я не хочу это все больше слушать! В отчаянном порыве зажимаю уши. Вот только как мне теперь проскочить незамеченной?!

— Ладно. У меня к тебе другой теперь вопрос — я тут нашел кое-что в твоей машине. Ничего не напоминает? Я, конечно понимаю, что ты имеешь полное право проводить время с женщинами, здесь вопросов нет. Но почему, нахрен, здесь, на этом кулоне, красуются инициалы пропавшей Дианы Авериной и виднеются явные следы крови?!

Глава 13

Лера

Медленно шагаю в коридор, осторожно прикрыв дверь. Меня не должны услышать. Этот разговор мне совсем не нравится… Боже мой, откуда у Марка в машине вещь пропавшей девушки?!

— Где вы ее взяли?! — раздраженно цедит Марк.

— Повторюсь, в твоей машине, Марк, — папин тон становится угрожающим. — Я правильно понимаю, что ты причастен к ее пропаже?!

— Черт! — выругивается Марк и я слышу, как что-то разбивается. — Я не хотел ее убивать! Это вышло случайно!

— Твою мать, Марк…Как это