Ведьма и охотник - Каменистый

Малфой погрузил в неё два пальца, чувствуя, как плотные мышцы влагалища тут же начали пульсировать. Гермиона заерзала, насаживаясь ещё сильнее и глубже. Он ускорился, наслаждаясь каждым протяжным вздохом и двигающимися в такт бёдрами.

По костяшкам стекала смазка. Во имя матери монстров, Драко отказывался контролировать свои желания и перевернул ведьму, поставив её перед собой на колени. Она прогнулась в спине и раздвинула ноги. Мужчина провел рукой по члену, оголяя головку, и резко вошел на всю длину, Грейнджер словно была создана для него, принимая каждый дюйм с такой легкостью и страстью, что он едва не кончил сразу.

С ней Малфой мог быть собой: безжалостным убийцей и опасным дроу. С ней можно было не скрывать Первозданную, проклятые узоры по всему лицу и почти чёрные глаза.

Гермиона поймала ритм и двигала навстречу бёдрами, позволяя его члену проникать в её податливое тело до самого конца. Бешеные рваные рывки сводили Драко с ума. Ему хотелось большего. Он должен видеть её проклятые оранжевые радужки и вздымающуюся грудь.

Малфой перевернул девушку на спину и согнул тонкие ноги. Грейнджер мгновенно подтянула их к груди, позволив ему, стоя на коленях и упираясь ладонями в её бедра, войти максимально глубоко.

Она была полностью в его власти и растворялась в ней до последнего вздоха. Девушка застонала от накатывающего удовольствия, которое разрывало внутренности на части. Драко не был нежным и внимательным, вбиваясь яростными толчками. На золотистой коже оставались следы, кричащие, что ведьма принадлежала ему и только ему. Он терял с ней голову. И чувствовал, что огромная волна скоро снесёт их двоих и потопит в оглушительном пике.

Охотник ощущал, как её мышцы сжимаются вокруг члена, обтягивая еще более плотным кольцом. Гермиона была почти на грани, и это только приблизило разрядку. Она — его имани. Часть души и тела. С ней весь мир и Первозданная магия становились единым целым, и Драко почти касался равновесия. Чертова ведьма. Проклятая Грейнджер.

Мужчина ускорился и поддался обжигающему пламени. Ощущение, как она кончает, уничтожило его, и он растворился в оглушающем оргазме.

Отпустив мертвую хватку, Малфой почувствовал, как Гермиона обвивает его ногами, и практически упал на неё, прижимаясь к тяжело вздымающейся груди. Они связаны и теперь проведут вечность рядом друг с другом.

Впервые в жизни Драко испытывал благодарность за тёмное бессмертие, представляя, как будет брать свою женщину каждую ночь, наслаждаясь протяжными стонами. Он вышел из неё и упал рядом на постель. Девушка повернулась на бок и закинула на его торс ногу, не открывая глаз.

— И вправду выносливые, — с легкой хрипотцой проговорила ведьма.

— Мы только начали, — Малфой хищно улыбнулся. — Имани…

— Я же просила не называть меня так.

— Ещё скажи, что ты не почувствовала то же, что и я. Гермиона, ты — моя, и мне плевать на твои глупые капризы.

— Сначала ты должен узнать правду, — она приподнялась и подперла голову ладонью. — После можешь решить, если действительно хочешь быть со мной.

— Какая бы не была правда, она не сможет изменить то, что ты принадлежишь мне.

— Драко… — девушка встала и одним заклинанием починила одежду.

Бросив в сторону мужчины брюки и тунику, ведьма натянула платье. В её взгляде было столько грусти, что в какой-то момент Малфою показалось, что она сожалеет о сделанном.

О том, что поддалась страсти и, по сути, признала, что их связь не просто существует, но и обладает невероятной силой.

— Ты ведь не почувствовал полного равновесия?

— Как ты узнала? — охотник прищурился, застегивая пуговицы.

— Пойдем, пора тебе получить ответы.

На улице стоял жуткий холод, ветер выл, а крупные капли дождя стучали о крышу. Гермиона глубоко вдохнула и, вставив пальцы в рот, засвистела. Драко выгнул бровь, не понимая, что та делает. В лесу послышался шорох, будто кто-то шаркал ногами. Чутье дроу кричало об опасности, и охотник заметно напрягся.

— Что ты чувствуешь?

— О чём ты говоришь? Что происходит? — Малфой сощурился.

— Просто скажи. Закрой глаза и скажи…

Он подчинился. Позволил своему телу и чутью взять вверх. Магия нитями пронизывала лес, изучая каждый дюйм. Чары и след. Дроу. Лесная ведьма. Ничего больше,

— Кроме колдовства дроу и ведьмы, я больше ничего не чувствую.

— Запомни это ощущение. Запомни. И прошу тебя, только не нападай.

Драко неуверенно кивнул и продолжил вглядываться в темноту. Гермиона выдохнула и протянула ладонь куда-то вперед.

Из-за широких веток показался невысокий мальчик со светлыми волосами и мягкой улыбкой. Гермиона скрестила руки и негромко произнесла:

— Познакомься. Это Скорпиус Малфой.

Синее очертание

Это невозможно. Малфой должен был почувствовать ещё одного дроу в округе. Гермиона ошиблась. Он — единственный наследник своего рода, единственный оставшийся в живых. Мальчик был так похож на Драко, что тот не мог себе позволить блажь сомнений.

— Скорпиус, подойди ближе, не волнуйся, — Грейнджер протянула руку, и подросток подчинился. — Это твой старший брат.

Охотник не мог произнести и слова. Он чувствовал, что в жилах маленького дроу течет его кровь. Такую магию нельзя подделать, и её ни с чем не спутаешь. Острые уши и серые глаза, но кожа совсем другая. Не мертвенно-бледная, а скорее отдающая золотом, как у ведьмы. Происходящее казалось каким-то страшным сном.

По жилам растекалась Первозданная, которая тянулась к ребенку опутывающими нитями. В костях задрожало равновесие. Нет, так просто не может быть.

Скорпиус сделал несколько неуверенных шагов, а после, воодушевленный улыбкой Гермионы, сорвался со всех ног и крепко обнял Драко. Огромный поток тёмно-синей магии полился прямо на пораженного мужчину. Его Удел скрывался в мальчике лет тринадцати. Он ощутил, как вены наполнились равновесием.

Теперь Малфой полностью управлял чёрным колдовством, а в душе наступил долгожданный мир. Обнять в ответ не получалось, разум противился и отказывался принимать невероятную правду.

— Ты его задушишь, — Гермиона аккуратно взяла подростка за запястье.

— Теперь мы будем жить вместе? — в его глазах горела надежда и озорной огонёк.

— Иди скорее в дом, нам нужно с Драко поговорить.

— Сестра, я не хочу…

— Я сказала, иди в свою комнату, — жесткий ответ, почти приказ заставил Скорпиуса подчиниться.

Он слегка поджал губы и удалился, громко хлопнув дверью. Девушка тяжело вздохнула.

— Становится всё сложнее и сложнее его воспитывать. Характер у него явно не ведьминский, никакого уважения к старшим.

— Кто он? — первый вопрос, который сумел задать Малфой.

— Разведем костер на поляне, история очень долгая, — она щелчком пальцев подожгла сваленные в кучу дрова. — Присядь.

Мужчина опустился на дерево словно в тумане.