Тридцать первая жена, или Любовь в запасе - Франциска Вудворт

где она и родила ему сына. Такое пренебрежение мной вызвало гнев у моего мальчика, и он поругался с отцом. Тот в порыве гнева орал, что лишит нас всего и признает бастарда своим наследником, а на следующий день его разбил удар. Злые языки тут же вспомнили о моем происхождении и обвинили меня в отравлении. Дело о наследстве дошло до короля. Лекари ничего не нашли, и меня оправдали, но король сказал, что благополучие моего сына зависит от того, насколько верно я буду служить. Я должна присматривать за принцессой и отвечаю за нее. Я так устала!.. – И она разрыдалась.

Было видно, что у человека просто сдали нервы и ей необходимо выговориться. Стало так жалко несчастную женщину. Но все, чем я могла ей помочь, это просто дать выплакаться и крепко обнимать.

– Моржетта, сколько же вам лет? – спросила я у нее, когда она немного успокоилась.

– Сорок два.

Да уж, жизнь ее побила, и выглядела она старше.

– И пока жила мама, я была хохотушкой и проказницей, но после ее смерти поводов для радости случалось мало, и я разучилась улыбаться.

– Ничего, мы это обязательно наверстаем! Знаете, как у нас говорят?

– Как?

– После сорока жизнь только начинается! Мы с вами еще развернемся и заживем припеваючи.

– А сколько вам было лет, когда вы… сюда… – Моржетта не знала, как лучше сформулировать вопрос.

– Двадцать два.

– Как моему мальчику, – вытирая платочком слезы, призналась она, а потом глубоко вздохнула и сказала: – Можете называть меня Мора. И на «ты». Простите, но я не могу. Вы принцесса и жена Владыки, мне не по статусу. Если кто услышит, посчитает это за оскорбление, и меня будет ждать наказание.

– Ладно, разберемся, – не стала настаивать я и, решив сменить тему, заглянула в принесенные корзины. Так, что тут у нас? Молоко, крупы, мука, яйца… – А хотите, я приготовлю блинчики?

– Что?! – ошарашенно посмотрела на меня женщина.

– Блинчики! Нужно молоко, яйца, мука, сахар, немного масла и горячая сковорода. Вы сможете разжечь печь? А я замешу тесто.

И после слез и откровений мы преувеличенно засуетились, занявшись готовкой.

Глава 9

Сегодня я первый раз покинула отведенное мне крыло. Шагая за присланным сопроводить меня лакеем, не стесняясь стреляла глазами по сторонам. Наше жилище с остальным дворцом соединяла открытая галерея, тянущаяся вдоль стены. Она выходила на заросшую деревьями часть парка. Именно парк отделял нас от конюшен и двора с постройками хозяйственного назначения.

Насколько я успела узнать, в город Моржетта ходит другим путем. Через нашу часть парка, отделенную высокой живой изгородью, есть выход в основной парк, там идет одна из подъездных дорог к боковому входу во дворец. А тут меня решили провести, можно сказать, через задний двор. Почему? Чтобы унизить или чтобы не попалась никому на глаза?

Я бросила взгляд на идущую за мной компаньонку, но ничего спрашивать не стала. Потом узнаю ее мнение. Насколько я поняла из воспоминаний принцессы, выходить гулять в общий парк ей никто не запрещал, но жены Владыки ее затравили насмешками, другие придворные сторонились, и она сама перестала покидать свой уединенный мирок.

Я же ограничивать себя не хотела, успев устать от однообразия дней, и побродила бы по округе с удовольствием, что и собиралась сделать в ближайшее время. И неважно, если Моржетта этого не одобрит и будет ворчать, беспокоясь за меня. Мы и так с ней часто спорим. Сегодня даже из-за прически успели сцепиться. Она хотела убрать мои волосы под головной убор, принятый в Зандании, а я встала на дыбы, не желая надевать на себя эту хрень.

У драконов незамужние девушки могут ходить с распущенными волосами, замужние делают замысловатые прически. Я сама соорудила себе прическу, приподняв с висков волосы и заплетя их, а остальные оставила распущенными. Чем не отсылка к моему двойственному положению! Украшений у меня не осталось, но темно-синее платье из дорогой ткани с воротником-стойкой и небольшим вырезом на спине хоть как-то спасало положение. Радовало, что корсеты у драконов мода не приветствовала, как и кринолины, но Моржетта все равно так и норовила запихнуть меня в свой. Безрезультатно. Прежним корсетом принцессы можно было два раза обернуться после похудения, а надевать чужое белье я категорически отказалась. И сейчас моя компаньонка тихо горестно вздыхала, ведь по ее представлению я шла едва ли не голой. Можно подумать, управляющий будет меня ощупывать!

По дороге никто не обращал на нас особого внимания, и я еще раз убедилась, что о принцессе забыли, да и в сильно похудевшем виде она стала неузнаваема. В этом я видела большой плюс, дающий мне свободу передвижения хотя бы по территории дворца. Все же я засиделась.

Изрядно пропетляв и пройдя бесчисленное количество коридоров и переходов, мы добрались до дверей кабинета управляющего.

– Принцесса Элиссабет Анирэ Танир, – сообщил лакей, когда худой долговязый секретарь управляющего, сидящий в приемной, с недоумением уставился на меня. Выражение его вытянутого лица с острым длинным носом и маленькими глазками с белесыми ресницами стало еще более удивленным. Видимо, во дворце все были наслышаны о том, что запасная жена Владыки толстушка.

Беспрестанно косясь на меня, он все же встал и отправился в кабинет, сообщить о моем прибытии шефу.

– Пусть заходит, – донеслось до нас.

И уже сама формулировка ответа меня покоробила. Не «пригласи», а снисходительное «пусть заходит». Словно просительница! Это заставило меня внутренне ощетиниться и гордо выпрямить спину. В кабинет я не зашла, а вплыла.

Моржетта двинулась за мной, проигнорировав блеянье секретаря о том, что она может подождать в приемной. Тот замялся, но настаивать не стал, закрыл за нами дверь.

Я мельком скользнула взглядом по просторному кабинету и уделила все внимание полноватому мужчине, сидящему за заваленным бумагами столом. Он увлеченно читал какой-то документ. Даже головы не поднял!

Остановившись на полпути, я стала ждать реакции.

– По какому вопросу вы хотели со мной встретиться? У меня мало времени, не тратьте его зря, – не поднимая глаз, высокомерно произнес управляющий. Хамло! Думал смутить меня своим занятым видом?

– Для начала потрудитесь представиться! – сказала я не менее высокомерным и требовательным тоном. Как разговаривать с подчиненными и ставить их на место, я знала. У меня отец был бизнесменом, а тут всего лишь клерк. Какой бы титул и регалии он ни имел, по положению я выше и собираюсь в это ткнуть его носом.

Вздрогнув от неожиданности, он невольно вскинул на меня взгляд и испытал еще большее изумление. Что, ожидал увидеть неуверенную в себе толстую девочку? Выкуси! Девочка выросла и отрастила зубы.

Управляющий отложил документ и откинулся на спинку кресла, окидывая меня взглядом с головы до ног.

– Лорд Лив Керстис к вашим услугам, – представился наконец он.

– Это хорошо, что к моим услугам, – медленно произнесла я и, повернув голову к компаньонке, спросила: – Моржетта, возможно, я немного путаю, но разве титул лорда империи Арргонов выше титула принцессы Зандании?

– Нет, ваше высочество.

– Тогда почему он в моем присутствии имеет наглость сидеть?

Вопрос остался без ответа, и мы обе посмотрели на управляющего. Щеки у того порозовели, и он нехотя встал. Но это его не спасло.

– Лорд Керстис, вы намеренно выказали пренебрежение в моем лице всей Зандании или тешите свое самолюбие, ведя себя по-хамски с тридцать первой женой Владыки? Вы настолько не уважаете своего повелителя?

– Никак нет, ваше высочество! – струхнул он.

– Рада, что вы запомнили мой титул. Значит, считаете Занданию, с которой империя Арргонов заключила мирные соглашения, страной, недостойной уважительного отношения? Ну, знаете! Политические скандалы начинались и из-за меньшего!

– Ваше высочество, простите мою оплошность, – поспешил извиниться лорд Керстис, скрипнув зубами. – Я был поражен вашим изменившимся внешним видом и не узнал вас. Прошу, присаживайтесь! По какому вы делу ко мне?

Типа сменил тему – и проехали? Пусть и не мечтает! На свою беду, на нервах он опять сел. Я изогнула бровь, не сдвинувшись с места.

– ВЫ разрешаете мне сесть? – Особо выделив первое слово, я одарила его уничижительным взглядом, смотря как на грязь на своей туфельке.

Краска залила уже не только щеки, но и все лицо лорда, опустившись на шею. Он поспешно вскочил, нервно одергивая сюртук. Да-да, получилось, что он опять забыл об этикете, сев раньше меня. Я с удовольствием отметила, что мне