Грозный Шторм - Алика Фортис

– Удачно добраться до дома.

До дома. До какого дома? У меня он что есть, что нет. Опять придётся выкручиваться.

– Спасибо. А вам удачно поплавать, – растянула губы в улыбке. Зато Максим сразу недовольный вид принял.

– Сколько раз говорить, что…

– Знаю-знаю, плавает оно самое и в проруби. Вы ходите в плавание, товарищ капитан. Я, пожалуй, тоже пойду. Всего вам хорошего, – и, обойдя ребят, пошла вперёд.

А куда пошла? Фиг знает. Тут без навигации не разберёшься. Всё одинаково серое и унылое. Но пятки горели поскорее оттуда свинтить. А то ещё расплакаться перед Штормом мне не хватало. Не дождётся!

– Тормози, Ань! – крикнул Лёха, практически меня нагнав.

Только сейчас подняла взгляд. М-да уж. Слева синие кабинки туалетов, справа они же. Зашла так зашла. Резко развернулась и пошла к Лёшке.

– Или ты целенаправленно туда? – кивнул за мою спину.

– Нет. Это я так, не там свернула. Пойдёмте?

– Пошли. Надо ещё аппарат тебе купить толковый.

Собственно, так мы и сделали. Ребята, в отличие от меня, ориентировались здесь с закрытыми глазами. Это я как слепой котёнок. Поэтому, ни на что не отвлекаясь, топала за ними.

Парни привели меня в магазин техники. Пока я выбирала себе простенький и незамысловатый телефон, ребята толпились у другой витрины.

Пробежав взглядом по технике, остановила выбор на обычном кнопочном телефоне. Мне главное, чтоб связь была. А транжирить деньги мне сейчас не с руки.

– Не, надо нормальный. Чтоб с камерой, как телескоп. Вдруг опять решишь волны поснимать? А с этой фигней, – кивнул Лёха на кнопочный, что я держала в руках. – Только акул отпугивать.

– Знаешь, при условии, что волн мне теперь не видать как своих ушей, и этот сгодится, – ребята, как специально сговорились и в каких-то мелочах напоминали мне о невозможности продолжить рейс.

– А я говорю, пошли нормальный выберем. Шторм оплачивает, надо пользоваться, – хмыкнул товарищ.

– В смысле Шторм оплачивает? Я от него ничего брать не буду! – тут же запротестовала.

Это что ещё за фокусы такие? Не хочу я от него ничего. Вот ещё!

– В прямом. Не выпендривайся, Ань. Дают – бери. Он спросил, куда мы. Мы, естественно, о планах сказали. Не всех, правда. Но кэп вызвался оплатить. Так что давай-давай, убегай от этой унылой витрины с кирпичами.

Как бы я ни спорила, как ни препиралась, ушла я из магазина далеко не с кнопочным телефоном.

Хотела я, чтоб Шторм меня запомнил? Вот теперь он точно меня не забудет. Обо мне будет напоминать здоровенная дыра в кошельке.

Неудобно жуть как сильно. И уже лично даже спасибо не сказать. А спрашивать его номер у ребят не стала.

После магазина мы пошли в портовый бар.

– Была когда-нибудь в таких местах? – спросил Рома, пока я занимала место за столиком.

– Нет, – как бы я в подобное место попала?

Но место своеобразное. Слишком брутальное и мужицкое. Вокруг морская атрибутика. А ещё здесь было немного мрачно, и это отталкивало. Но зато часть моей бывшей команды была здесь. И это радовало.

Вообще народа немного, в основном только наши и есть. И то несколько человек.

– Вот и хорошо. Нечего тебе тут делать. Сегодня вынужденная мера. Так что сиди рядом и одна никуда не отлучайся, – сказал достаточно строго.

Вынужденная мера? О чём это он? Но спросить не успела, Рома с парнями отвлеклись на какого-то мужчину, зашедшего в заведение.

– Я сейчас, – сказал Рома и, встав с места, пошёл к бармену.

О чём-то долго с ним говорил, после чего из подсобного помещения к нему вышел мужчина. Рома начал что-то объяснять уже ему, и на короткий промежуток времени они скрылись за дверью.

Лёша и Макар сидели со мной, а вот Рома к нам так и не вернулся. Сел за барную стойку рядом с каким-то мужичком.

– Расслабься, Анют. Нормально всё, – видимо, моё напряжение считывалось на раз-два.

Что удивительно, не могла понять природу этого напряжения. Но чувствовала, что что-то назревает.

– А с кем он? – кивнула в Ромкину сторону.

– А, это? Кок новый. Ромыч решил обмыть с ним встречу, – усмехнулся Макар.

– Они знакомы? – при упоминании нового кока, которого взяли на моё место, неприятно засосало под рёбрами.

Мужчина хоть и не виноват, но воспринимался мной как соперник. Я его ещё не знаю, но уже не люблю. Сильно не люблю.

– Да, выходил он с нами в один рейс как-то. Муд… говнюк редкостный, – стрельнул цепким взглядом в его сторону Лёша.

На этом расспросы я закончила. Мы продолжили говорить на отвлечённые темы.

Время шло, я цедила сок, ребята – пиво. Тоже, можно сказать, цедили, потому что содержимого в бокалах, дай бог, убавилось наполовину. А то и меньше.

Я периодически поглядывала в Ромкину сторону. Он громко смеялся, о чём-то говоря с этим мужиком.

Спустя ещё минут тридцать мужчина встал с места и пошёл в туалет. По пути собирая все косяки. Вот это он набрался, однако!

Ромка тут же соскочил с места и подбежал к нам. Он, кстати, трезвый как стёклышко.

– Ну, он в говно. Сделал всё что мог. Так что ваш выход, парни, – похлопав ребят по плечам, сел за наш столик.

Макар и Лёша чуть ли не одним глотком осушили содержимое бокалов и поднялись.

Я смотрела на всех поочерёдно. Что они задумали? По взгляду их вижу, что дело нечисто.

– Ром, что происходит? – спросила, пока ребята неспешно шли к бару.

– Да нормально всё, Ань. Легализуем твоё пребывание на корабле. А то не дело это, в мешке из-под картошки. Расслабься.

– В смысле легализуете?

– Ты кино любишь? – проигнорировал мой вопрос. – А то сейчас такой блокбастер намечается. Ммм, закачаешься. У нас с тобой места в первом ряду.

– Ром, вы чего? Чего учудить решили? Шторм же вас прибьёт. Что бы это ни было, остановитесь! – меня конкретная паника охватила. Не хочу, чтоб у них из-за меня были проблемы. И так получили нагоняй.

– Да вот ещё! Сиди не парься. Нормально всё будет. Потом ещё спасибо скажешь, – усмехнулся, наблюдая за ребятами.

Мне ничего не оставалось, как сделать то же самое.

Вроде всё тихо-мирно было. Нормально ведь сидели. А потом началось что-то невероятное.

Пьяный в стельку кок выполз из уборной и пошёл к бару. В этот момент ему навстречу вышел Макар и лихо зацепил его плечом. Ещё чутка и мужик клюнул бы носом дощатый пол. Но нет, устоял. Что-то сказал Макару. Макар в долгу не остался