Граф в поезде - Керриган Берн

Черт возьми. Ей следовало остаться на платформе и пройти к вагону Веллера, хотя взгляд в окно показал ей, что платформа не менее загружена, чем коридоры.

— Не следуй за мной, — бросила она Себастьяну через плечо. — Это бросается в глаза. Даже подозрительно.

— Ну это не так, — поправил он. — Меня часто видят вслед за красивыми женщинами.

По какой-то причине его слова оказались одновременно сладкими и кислыми.

— Тебе следует присматривать за Веллером, — пробормотала она. — Вот как ты можешь помочь.

— Да, но он занят тем, чем мне хотелось бы заниматься с тобой.

Она повернулась с раздраженным рычанием, которое, казалось, только еще больше его позабавило.

— Не могли бы вы быть… что бы это ни было?— для этого у нее не было слов.

Очаровательным? Нет, слишком бесит для этого.

Романтичным? Нет, слишком злой для этого.

— Я прошу вас молчать, чтобы я мог сосредоточиться на текущей задаче.

К ее удивлению, он не произнес ни слова, оставаясь ее тенью. Веронике пришло в голову возмутиться его дерзостью, но его присутствие действительно было полезно. Толпа расступилась перед ним, как библейский герой – или чума – уступая место ширине его плеч и силе его присутствия. Себастьян Монкрифф не просто занимал пространство. Он утверждался в нем. Он владел им. Он был хозяином любой земли, по которой ступал, и в настоящее время она находилась под его защитой.

Часть ее хотела возмущаться этим фактом. Но на это тоже не было времени.

Когда они подошли к машине Веллера, она направилась прямо в купе Артура и начала обшаривать несколько ящиков, прикрученных к стене у дорогой кровати.

Напротив, Себастьян перевернул матрас и проверил каждую наволочку, прежде чем поднять весь чемодан Веллера и выбросить его содержимое на кровать.

Вероника предположила, что это один из способов обыскивать.

Ничего не найдя, она открыла шкаф и замерла.

— Черт подери, все это! Бумаги должны быть в этом сейфе,— более сильные проклятия чуть не сорвались с ее губ, но она не позволила им вырваться.

— Скажи это,— темный приказ прогремел так близко к ее уху, что она почувствовала, как тепло его дыхания ласкает пряди ее волос.

— Сказать что?

— Слово, от которого чешется язык. Скажи это. Я думаю, это что-то вроде… Траханный ад.

Это слово. Ей на ухо. Сзади. Траханный.

— Я не говорю таких вещей, — сообщила она ему, ее голос был более жестким, чем ее тающие ноги. — Я леди.

— Тебе станет легче, — пообещал он.

Нуждаясь в том, чтобы он отступил, прежде чем его запах овладеет ею, она ткнула его локтем в грудь. Не сильно, но достаточно, чтобы почувствовать, будто она толкнула локтем статую из гранита или мрамора.

— Мне стало бы легче, если б мы вскрыли этот сейф.

— Я мог бы сделать это довольно легко, — хвастался он.

Она обернулась и обнаружила, что его рот слишком близок, чтобы ее можно было успокоить.

— Я-я не верю в это.

— Да, это же детская игрушка.— Он сардонически приподнял бровь, прежде чем провести пальцем по переносице, как если бы она была очаровательным ребенком. — Ты же не забыла, что я пират.

Она лукаво отбросила его руку.

— Значит вскрой его.

— Сначала ты должна произнести это.

— Нет.

— Как скажешь, — он почти пропел эти слова, устроив драматическое представление, еще раз посмотрев на часы. — Думаю, у нас осталось всего десять минут, прежде чем мы уедем отсюда. Полагаю, мне следует оставить тебя с твоим…

Она схватила его за локоть.

— Ты действительно собираешься бросить меня с этим…

Он обернулся с греховной ухмылкой.

— Давайте, миледи, скажите это.

Отлично. Прекрасно, она скажет это чертово слово!

— Траханный ад, но ты невыносим.

Его смех был низким, глубоким и раздражающе победным, когда он присел перед сейфом, чтобы осмотреть его. Протягивая ей руку, не поднимая глаз, сказал он.

— Мне нужна одна из твоих двухконечных шпилек и эта булавка для шляпы с золотым пером.

Вероника поднесла руку к заплетенному узлу, который удерживался тремя булавками и увенчивался маленьким волшебным украшением из темного золота, пронизанным единственной булавкой из перьев.

— Чем быстрее, тем лучше, графиня, — подтолкнул он.

Выдернув шпильки из волос, она сняла с головы шляпу и тревожными движениями пригладила макушку. Его большие пальцы поразительно ловко двигали тонкими штифтами в замке, и сейф был открыт менее чем за полминуты.

Вероника потянулась и нашла бумаги, удобно спрятанные в кожаную папку с хорошо маркированной надписью.

Не обращая внимания на беспорядок, они оба выскочили из двери и направились к задней части вагона. Как раз в тот момент, когда Вероника прыгнула бы из поезда на платформу, ее одним изящным взмахом подняли за талию и поставили позади Себастьяна.

— Отпусти меня, придурок, я должна...! — Себастьян выхватил бумаги из ее рук.

— Я доставлю им их быстрее.

— Но…

— Поднимитесь в поезд, пройдите четыре вагона и ждите меня там, — приказал он. — Я не хочу, чтобы вы были здесь, если Веллер вернется, пока меня нет.

— Но ты не знаешь, где они ждут.

— Знаю, я видел, как вы вернулись от них.

— Вы не знаете, в каком из них находятся Веллеры, — она потянулась за бумагами, но он держал их вне ее досягаемости. — Нет времени для этих споров, Монкрифф. Верните их.

— Поверьте мне, графиня, — подтолкнул он. —Немного доверия.

— Мне. Доверять тебе? Это слишком!

На мгновение он выглядел по-настоящему раненым, что еще больше разозлило