Холодное Сердце Казановы - Л. Дж. Шэн

— А еще нелегко быть женатым на женщине, которая всегда берет самую старую и больную собаку из приюта. — Темноволосый мужчина встал и ловко закрепил ошейник на собаке. Он был из тех людей, которые излучают богатство одним своим существованием. Что-то было в его непоколебимой уверенности и безжалостном самообладании. Уходя, он нежно поцеловал блондинку в лоб.

Высокий, темный и, наверное, миллиардер прошел мимо меня с собакой, одарив циничной улыбкой. Его глаза были прищурены, в них не было ни тепла, ни эмоций.

— Похоже, тебе не повезло. Прими мои соболезнования. — Он приклонил воображаемую шляпу и ушел.

В этот момент все коллективно поняли, что я здесь, и началась суматоха.

Я старалась не обращать внимания на то, что выгляжу как мокрый носок. В конце концов, мне было наплевать, что они все думают, не так ли?

— Ты, должно быть, Даффи. — Мужчина рядом с Риггсом встал, протягивая руку. — Я Кристиан. Поздравляю.

— С чем? — вежливо поинтересовалась я, пожимая его руку.

Он издал восхищенный смешок, ткнув большим пальцем в мою сторону.

— Она мне нравится.

— О Боже, она здесь? — Темноволосая женщина вышла из моей ванной, пакет с салфетками в ее руке был уже пуст. Она выглядела гламурно и была одета в Valentino этого сезона, и я задалась вопросом, где Риггс нашел этих своих модных приятельниц.

— Привет, я Арья, жена Кристиана. Я так много о тебе слышала. Спасибо, что забрала его из наших рук.

Она протянула руку, чтобы пожать мне ее. Я на автопилоте подчинилась.

Почему эти люди говорят так, будто мы настоящая пара? И как она могла узнать обо мне? Мы с Риггсом не знали друг друга.

— Я бы сказала, что мне очень приятно, но не уверена, что это так. — Я огляделась вокруг, потрясенная.

Блондинка вернулась с гораздо более чистым Луи на руках.

— Привет, я Винни. Жена Арсена.

Кто такой Арсен? Я вообще нахожусь в той квартире?

Она положила (теперь уже одетого) малыша на пол и обняла меня. Я замерла в ее объятиях, переполненная добрыми намерениями и комплиментами. Эти люди должны были уйти. Мне еще предстояло принять душ, нарядиться, поплакать в истерике, заново накраситься и отвезти Би Джей в аэропорт.

— Риггс? — спросила я, натянуто улыбаясь. — Могу я поговорить с тобой наедине?

— Конечно, если мы сможем найти укромное место в этой коробке из-под обуви. — Он поднял брови в стиле "у меня проблемы" (что вызвало у него смех) и поплелся в мою сторону. Я прошла в свою спальню. Он закрыл за собой дверь и прислонился к ней. Когда я повернулась к нему лицом, сила его красоты обрушилась на меня, как товарный поезд.

Я напомнила себе, что он развращенный человек с сомнительными устоями. Если уж на то пошло, он был отвратительно красив. Это было ужасно, правда. Я была уверена, что нельзя выглядеть так и не быть профессиональным болваном. А он был таким. У него был роман с замужней женщиной.

Убедившись, что я достаточно разозлилась на него, я принялась за ссору.

— Как ты смеешь? — взорвалась я.

Он уставился на меня, недоумевая.

— Как я смею…?

— Устраивать вечеринку в моей квартире!

— Это не вечеринка. Просто встреча нескольких старых друзей. Это ты сказала "Mi casa es tu casa", малышка. — Он со смехом взъерошил мне волосы, словно я была очаровательным щенком. (пер. Мой дом — твой дом)

— Я никогда такого не говорила! — Я замахала кулаками перед его лицом, вне себя от ярости. — Моя квартира никогда не будет твоей квартирой. У тебя нет дома. Из-за этого мы оба оказались в этой неприятной ситуации. Я всего лишь сказала, что ты можешь ночевать на моем диване без арендной платы. Это место не предназначено для развлечений.

Скептическая улыбка заиграла в уголках его губ. Его ямочки размером с ящик появились на лице. Боже мой, на него было приятно смотреть. А может, и не так. Это был полноценный десерт. Может быть… пятиярусный торт? Да, это звучит примерно так.

Я не могла узнать себя в своем влечении к нему. Я уже не была той одержимой амбициозной девушкой, которая училась на полную стипендию в Кембридже, чтобы купить себе билет в один конец из нищеты через карьерные возможности и шанс заполучить богатого мужа.

С Риггсом я была другой. Импульсивной. Эмоциональной… откровенно говоря, беспорядочной.

— Почему бы и нет? Не волнуйся, я позаботился о том, чтобы мешки для трупов были спрятаны за замороженным мясом в морозилке.

— Она слишком маленькая! — Я топнула ногой. Я никогда не позволяла себе топать вместе с Би Джей. Это было так некрасиво.

— Добро пожаловать в Нью-Йорк. — Он раскинул руки. — Там, где мечты велики, а недвижимость мизерна.

— Она опрятна для компании, — ныла я. Еще одно первое, к чему я не привыкла.

— Опрятность — это черта характера, а не качество. Я избавляю тебя от вредных привычек. Поблагодаришь меня потом.

— Ну, это же моя квартира! — воскликнула я, готовая наброситься на него. — Скажи им, чтобы убирались. Мне нужно в душ.

— Зачем? Ты уже кажешься мне мокрой.

— Ах ты, задница! — Я толкнула его в грудь. Что ж, это была ошибка. Его грудные мышцы были великолепны. Я чувствовала отдельные гребни между ними. И я не могла заставить его сдвинуться ни на дюйм. — Я должна отвезти Би Джея в аэропорт.

— Жаль. Мои друзья очень хотели с тобой познакомиться. — Он выглядел искренним, и это настораживало.

— Насчет этого… — Я нахмурилась. — Почему они ведут себя так, будто все это реально?

Он откинул голову назад, смеясь.

— Чтобы разозлить меня, наверное. Я был последним, кто стоял на ногах, видишь ли.

— Тогда ты не…?

— Злюсь? — Он весело посмотрел на меня, как будто ответ был очевиден. — Дать кому-то ту эмоциональную реакцию, на которую он рассчитывает, значит проиграть, а я не неудачник. Иди прими душ, Поппинс. Я их выгоню. Не беспокойся об этом.

Удивительно, но это заставило меня почувствовать себя полной идиоткой. Я ожидала, что он начнет отнекиваться, бросаться оскорблениями, говорить, что я сложный и ханжеский человек.

— Хорошо, но когда я выйду, мы сделаем лист с правилами поведения в доме. Ламинированный. — Я пошевелила пальцем перед его лицом.

— С тобой веселье никогда не заканчивается. — Он опустил взгляд на мое декольте и оскалился в