Небесное чудовище - Яся Белая

– Конечно-конечно. – Она кивает головой. – Лучшее мужское платье продают у господина Мо. Янь Мин отведет вас.

Она выбирается наружу и рассказывает вознице, куда ехать. А я задумываюсь: когда в деревеньке появилась лавка, торгующая подобной одеждой? Что вообще творится вокруг? Очень хочется вернуться домой и позадавать вопросы дядюшке Жу, потому что Фэн Лэйшэн вряд ли ответит хоть на один.

Через пару минут мы останавливаемся возле роскошной лавки, название которой гласит: «Лучшие наряды для мужчин от мастерской Мо».

– Идем, – командую я, поглаживая пришедшего в себя и крайне обиженного Маогуя по холке.

Янь Мин семенит за мной.

– Вы хотите купить подарок для дознавателя Фэна? Дознаватель такой красивый! Ему подойдет любая одежда!

Наверное, бедняжка полагает, что хвалить мужа перед женой – зарабатывать себе привилегии. Возможно, это работает в семьях, где между мужем и женой хорошие отношения. Но меня столь назойливое упоминание достоинств Фэн Лэйшэна только раздражает. Оттого и отвечаю резче, чем планировала:

– Нет, я собираюсь купить одежду одному своему другу.

Янь Мин осекается на полуслове и скисает.

Едва мы переступаем порог лавки, начинается суета. Прибегает даже сам господин Мо – солидный мужчина в годах с жидкой бородкой. Он одет в шелк и атлас, будто не провинциальный торговец, а столичный чиновник высшего ранга.

– Госпожа Жу, – он подобострастно сгибается в поклоне, – этот торговец благодарен, что вы почтили его скромную лавку своим присутствием. Он будет рад помочь вам.

Я растеряна. Во-первых, обращение. Ну да, Фэн Лэйшэн вынужден был представить меня своей женой. Но все же! Во-вторых, внимание и раболепие непривычны мне. А в-третьих, я никогда не слышала о господине Мо в деревне Бамбукового Ветра.

Косо улыбаюсь и говорю:

– Мне нужна одежда для моего друга.

«Вылезай, Хушэнь».

«Ты уверена, хозяйка?»

«А у нас есть выбор?»

«Мырпф…»

В золотом дыму и искорках Хушэнь предстает во всем своем великолепии. Янь Мин ахает и закрывает заалевшее личико ладошками. Но, как замечаю, оставляет щелочку между пальцами и подглядывает. А мой прислужник, красуясь, машет рыжей шевелюрой – волосы у него почти до колен – и упирает руки в бока.

Господин Мо и его служащие теряют дар речи и хлопают глазами. Смертные всегда тушуются, соприкасаясь с магией.

– Мой друг – иноземный маг. – Должна же я как-то объяснить его странную внешность. Это чудовища не задумываются о цвете глаз и волос, а вот смертные – очень. – Он не так давно в нашей стране. Покажите ему наше гостеприимство и подберите несколько комплектов одежды.

– Да-да, – начинает суетиться господин Мо, – сюда, господин… Здесь лучшие образцы. – Кланяется и бегает вокруг. – Как этому торговцу величать досточтимого господина?

– Зовите меня Хушэнь. Так привычнее вашему слуху, – подыгрывает Тигриный Бог моей легенде об иноземце и подмигивает раскрасневшейся Янь Мин.

Кажется, бедняжка сражена и влюблена.

Хушэня уводят за ширмы, а следом туда забегают несколько слуг с комплектами одежды. Когда он наконец является нашему взору, то восхищенный вздох вырывается не только у Янь Мин, но и у парочки молоденьких посыльных, что топчутся у двери.

Сотрудники господина Мо хорошо постарались: алый шелк с рисунком, тонкая бордовая кожа, рубины в серебре. В таком наряде становится понятно – Хушэнь действительно бог. Просто ослепительно красив. Он поигрывает веером, улыбается и говорит с нарочитой вежливостью и скрытой издевкой:

– Ну что, теперь вы довольны, госпожа Жу?

– Н-неплохо, – бормочу я.

Не то чтобы он меня волнует, но игнорировать его внешность и притягательность я тоже не могу.

Господин Мо предлагает Хушэню подобрать украшения, и тот не сдерживает себя. А я со злорадным удовольствием записываю все на Фэн Лэйшэна. Представляю, какими станут его глаза, когда принесут счета из магазинов.

Решаю еще потратиться и пройтись по окрестным лавкам. Маогуй по-прежнему лежит на моих руках и, чувствую, полностью поддерживает идею о тратах.

Мы идем вдоль улочки, заглядывая то в одно, то в другое заведение. Наша процессия, безусловно, привлекает к себе внимание, особенно Хушэнь в своих алых одеждах. Так и за жениха принять могут! Да и девушка с одетым котом на руках тоже нечастое зрелище. Янь Мин и Хушэнь идут чуть позади, и я слышу, как служанка без умолку рассказывает обо всем подряд, а Тигриный Бог лениво флиртует с ней.

Мне жалко девочку – она же для такого хищника на один зуб. Он сожрет ее сердце и закончит душой. Но Янь Мин сама преподнесет ему их на открытых ладонях, хотя опыт получит незабываемый: когда еще с ней пофлиртует бог? Пусть он и чудовище.

Задумавшись, я не сразу замечаю, как мне под ноги кидается некто.

– Сестренка, сестренка, спаси меня! – доносится снизу.

Опускаю взгляд и вижу ребенка лет семи или чуть больше, обнимающего мои колени. Малыш бел, будто ему на голову высыпали целый мешок муки – она покрывает даже его брови и ресницы. А глазенки – любопытные – алее всполохов зари.

– Сестренка, – канючит малыш, – они меня обзывают!

Он указывает пальчиком в сторону разновозрастной толпы детишек. Малышня притихла и смотрит на нас с любопытством.

За моей спиной раздается полурык-полувздох и плотоядное замечание:

– А я-то думаю, чего зайчатиной запахло? А это малыш Юэ Ту[10] сам идет в мои лапы!

Я оборачиваюсь и вижу, как изменилось красивое лицо Хушэня. Теперь передо мной настоящий хищник! Чувствую, как Янь Мин, которая еще мгновение назад щебетала, что пташка в погожий день, бледнеет и закрывает рот ладошками, боясь закричать.

А маленький Лунный Зайчонок изо всех сил жмется ко мне и дрожит. Внезапно Маогуй спрыгивает с моих рук, обращаясь в полете. И, касаясь земли, замирает в боевой стойке.

Эти кульбиты окончательно добивают бедняжку Янь Мин, и она, тихо охнув, оседает в крепкие объятия Хушэня.

– Только тронь! – грозно рычит Маогуй.

– Жить надоело? – хмыкает Хушэнь.

– Это кому еще! – не унимается Кот.

Хушэнь лишь фыркает, подхватывает на руки Янь Мин и несет ее к повозке.

– Сестренка, сестренка, – лепечет Зайчонок, продолжая обнимать мои ноги, – ты же не позволишь тигру съесть меня?

– Конечно же, не позволю. – Улыбаюсь и ерошу нежные волосики на голове Юэ Ту. – Идем, тебя больше никто обидит.

На всякий случай показываю зарвавшейся малышне Ее, и они убегают с криками:

– Чудовище! Там чудовище!

Да, что-то в последнее время многовато чудовищ на мою голову. Их словно тянет ко мне неведомой силой.

Пока идем к повозке, размышляю, как уговорить Фэн Лэйшэна еще и на Лунного