Ботаник - Рамона Грей

Айрис рывком открыла дверь.

— У тебя есть пять минут.

Я зашел внутрь и закрыл за собой дверь, заглушив шум дождя.

— Привет.

Она скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на меня.

— Мы можем посидеть на кухне? — нервно спросил я.

— Хорошо, но я не буду любезной хозяйкой и не предложу тебе выпить, — объявила Айрис, а затем развернулась и зашагала по коридору.

Я последовал за ней на кухню, и опустился на стул. Она громко и нарочито медленно пригубила горячий шоколад, не отрывая глаз от стола, когда на кухню вошел Рокки. Кот потерся о мою ногу, и я наклонился, чтобы его погладить.

— Привет, дружище.

— Ты собираешься потратить все свои пять минут на то, чтобы погладить моего кота? — ехидно спросила Айрис.

— Нет. Прости, Айрис. Мне не следовало говорить, что мы не друзья. Мы друзья.

— Тогда почему ты сказал, что это не так? — поинтересовалась она.

— Я запаниковал.

Айрис уставилась на меня в недоумении.

— Из-за чего ты запаниковал? Лука, мы ведь просто целовались. Не похоже, чтобы видеокамеры в доме моей бабушки вели прямую трансляцию на весь город.

— Знаю, — согласился я. — Мне стало страшно не потому, что я думал, что люди могут нас увидеть.

— Тогда назови мне наконец настоящую причину, по которой ты не хочешь заниматься со мной сексом, — потребовала Айрис.

Рокки запрыгнул ко мне на колени. Он обнюхал влажное пятно на моей толстовке, а затем ткнулся головой. Я нежно погладил его, чтобы дать себе время собраться с мыслями. После своего трусливого бегства, я почти два часа метался по дому, не в силах выбросить из головы обиженный взгляд Айрис. Я расстроил и разочаровал ее, а заявление, что мы не друзья, вообще непростительная глупость с моей стороны. Я не мог смириться, что так жестоко ее обидел, и, хотя это унизительно, пришел сюда с намерением объяснить Айрис, как ужасен в постели и поэтому не могу с ней спать.

Но теперь, когда момент настал, я не мог произнести ни слова.

— Три минуты, — напомнила Айрис.

— Я пытаюсь, — заверил я.

— Пытайся усерднее. — Она уставилась на меня, сузив глаза и лишив свой взгляд обычной теплоты.

— Это сложно, — начал я. — Сложно и…

Айрис устало вздохнула.

— Послушай, ты мне нравишься, Лука, но я не люблю играть в игры. Если дело в твоем нежелании быть застуканным на улице с толстушкой, так и скажи. Я не какой-то хрупкий цветок, который может рассыпаться только потому, что ты боишься показаться со мной на людях.

— Дело не в этом! — Теперь настала моя очередь хмуро посмотреть на нее.

Почувствовав мое напряжение, Рокки спрыгнул с колен и подошел к своей миске с водой. Он попил воды, в то время как Айрис не сводила с меня глаз.

— Тогда в чем дело, Лука? Господи, да выложи ты это уже, а? День был долгий, я устала, и мне надоело терпеть твое дерьмо…

— Я плох в постели, — огрызнулся я.

Айрис уставилась на меня, крепко сжимая в руке кружку с горячим шоколадом.

— Что?

— Я ужасно умею трахаться, довольна? — пробурчал я. — За всю свою жизнь я переспал только с одной женщиной, и это было плохо, Айрис. Очень плохо.

— Никто не хорош в первый раз, когда занимается сексом, — спокойно заметила Айрис.

— Не только в первый раз, — объяснил я. — Мы занимались сексом не единожды, и с каждым разом получалось все хуже и хуже, пока она наконец не избавила нас от страданий и не бросила меня.

Айрис нахмурилась.

— Может, она и сама была не на высоте. Несовместимость с человеком в постели не означает, что ты плох в сексе, Лука.

— Я пробовал с другой женщиной, и вышло еще хуже, — признался я. — Намного хуже.

— Что случилось?

Я покачал головой.

— Это не имеет значения. Ты хотела узнать настоящую причину, по которой я не буду с тобой спать, и вот она. Я ужасен в сексе.

Я уставился на стол: тиканье часов на стене и негромкое мурлыканье Рокки, который терся о мои ноги, остались единственными звуками на кухне.

Через несколько секунд Айрис подвинула ко мне через стол кружку с горячим шоколадом.

— Спасибо, — сказал я и сделал глоток сладкого теплого напитка.

Примерно через минуту я объявил:

— Мне пора.

— Я могла бы дать тебе несколько уроков, — неожиданно сказала Айрис.

— Уроков в чем? — спросил я в замешательстве.

— В сексе.

Мое лицо стало ярко-красным.

— Нет.

— Почему нет? Не хочу хвастаться, но я великолепна в сексе. Просто суперстар, — заявила она с ухмылкой.

Несмотря на мои страдания, я не смог удержаться от улыбки.

— Правда?

— Да. И я более чем счастлива научить тебя своим приемам, салага. — Она подмигнула мне, и я невольно рассмеялся, но все равно покачал головой.

— Спасибо, но нет.

— Почему нет? — прямо спросила она.

— Мне это не нужно. У меня уже много лет не было секса, и я прекрасно себя чувствую, — признался я.

— Много лет? — Ее глаза расширились. — Лука, это неправильно.

— Все в порядке, — отмахнулся я. — У меня есть система, и она отлично работает.

— Ты в самом деле хочешь продолжать трахать свою руку, когда я прямо здесь, предлагаю тебе свою теплую влажную киску? — нахально уточнила Айрис.

Господи, я тут же завелся, несмотря на свое смущение.

— Ну, так как? — снова спросила она.

— Это унизительно — нуждаться в уроках подобного толка.

— Нет, самое унизительное — признаться, что ты плох в сексе, а ты уже сделал это. Так почему бы не принять мою помощь?

— Ну, потому что я не… это кажется странным, — запинаясь ответил я.

— Только если ты делаешь это неправильно, — заявила Айрис, игриво пошевелив бровями.

— Будь серьезна, — попросил я.

— Секс должен быть веселым, а не серьезным. — Она потянулась и взяла меня за руку. — Я хочу помочь, Лука. Позволь мне.

— Почему? — Спросил я. — Зачем это тебе?

— Ты шутишь? — спросила она. — Ты вообще видел свой член?

Я густо покраснел.

— Ничего особенного.

— Лука, у тебя огромный член.

Мое лицо вспыхнуло еще сильнее.

— Не имеет значения, насколько он большой, если не работает как надо.

— С тобой такое случалось в прошлом? — Спросила Айрис.

Я не ответил, и Айрис добавила:

— Я не осуждаю. Но не смогу помочь тебе, если не буду знать, что пошло не так раньше, верно?

— Он не вставал, — смущенно признался я. — Пару раз с Лори, и когда я пытался с Тиффани.

— Хорошо, — отозвалась Айрис. — Ничего ужасного.

— Это очень серьезно.

Она просто пожала