Горький вкус предательства - Екатерина Янова

Сейчас я совсем другими глазами смотрю на этого человека. Он на самом деле оказался очень интересным собеседником, грамотным, интеллигентным и … грустным. Сейчас я не чувствую от него опасности, наоборот, мне хочется поддержать этого немолодого мужчину, отблагодарить его за спасение.

– И что, вы столько лет после смерти жены живете здесь затворником? – поражаюсь я.

– Не совсем. Несколько лет после случившегося я наоборот не мог зайти в этот дом. Здесь тогда жила женщина, которая ухаживала за всем. Я платил ей, чтобы она содержала дом в порядке и сохранила всё так, как было в последний день жизни моей Лизы. Я приезжал раз в год, на годовщину её гибели. Сам пытался жить дальше, ушёл полностью в бизнес, пытался даже найти себе другую женщину, но я не смог. Мне казалось, я предам Элизабет, если забуду. Потом я смирился, вернулся сюда насовсем, и вот уже лет десять живу так, как живу. Денег я заработал столько, что на две жизни вперёд хватит, только на кой они мне нужны? Счастья они не приносят.

– Тут я с вами согласна. Моя мать ради наследства убила отчима. А он был очень хорошим человеком.

– Да, я знал Григория. Хороший был мужик, жаль его. А ты совсем не похожа на мать, – смотрит на меня задумчиво.

– Я пошла в отца, после того как родители развелись, я осталась с ним и бабушкой. Мне тогда было всего пять лет. Отец умер, когда мне было пятнадцать, а через год и бабушки не стало, поэтому мне пришлось переехать к матери, – вспоминаю с грустью. Это было тяжёлое время, и мать была совсем не рада, что я свалилась ей на голову.

– Это многое объясняет. Ты не похожа на молодёжь, выросшую в роскоши.

– Мать меня всегда упрекала этим, – усмехаюсь невесело.

В комнату заходит Игнат.

– Алиса, можно тебя на минутку? – зовёт меня.

– Что такое? – выхожу к нему.

– Мне Никита звонил, – при упоминании этого имени внутри тревожно вздрагивает.

– И что? – холодеет мой голос.

– Он хочет поговорить. Но у меня есть идея, как это сделать так, чтобы ты тоже была рядом, только чтобы он не знал об этом.

– И зачем мне это? – вздёргиваю подбородок. – Он всё сказал, я ему не нужна, пусть развлекается со своими девками.

– Алиса, я Ника не оправдываю, но вся эта ситуация, она очень странная. Неужели тебе неинтересно, что же случилось?

– Какая теперь разница.

– Короче, дело твоё. Но если ты всё же решишься, то у нас совсем немного времени, чтобы выбрать для тебя подходящий наряд.

До вечера я ходила, сомневалась, нужно мне это или нет. Долго с тоской смотрела на наш двор в окно. Конечно, я тосковала. Несмотря ни на что, мне до ломоты хотелось забыть обо всём и броситься Нику в объятия. Мне так не хватает его.

Вспоминаю ту ночь, которая изменила нас.

Это было летом, у родителей Лики был дом в лесу в горах, её отец был рьяным охотником. И вот она собрала компанию парней и девчонок, и мы отправились туда на выходные.

С Никитой нас тогда уже штормило, неумолимо тянуло друг к другу, но мы упорно отрицали очевидное и делали назло.

Я согласилась поехать только после того, как Лика поклялась, что Никиты там не будет.

Его и не было сначала. Он появился на следующий день вместе с Игнатом. Я злилась, Лика же была счастлива и всеми силами старалась обратить на себя внимание моего сводного брата.

– Алиса, уговори их пойти на речку. Я хочу продемонстрировать мальчикам свой новый купальник.

– Лика, это далеко и дорога там плохая, да и речка холодная.

– И что теперь? Зато весело.

– Так утром надо было идти, а так мы не успеем вернуться до ночи.

Лика уговорила всех сама. Здесь были довольно опасные горные тропы, а не так давно прошёл дождь, но мы всё же пошли, надеялись успеть вернуться до темноты.

До горного озера мы добрались успешно. Было и правда весело, Никита с Игнатом шли позади всех. На месте мы искупались в кристально чистой ледяной воде и уже собирались идти назад, когда Лике приспичило залезть на высокий опасный выступ, чтобы сделать фото.

– Лика, ты с ума сошла, зачем ты туда полезла?

– Я хочу крутую фотку. Алиса, иди сюда, щёлкни меня на телефон.

– Лика, да я не доберусь до тебя.

– Может, тогда мальчики помогут? – стреляет она глазами в Никиту.

Но мой братец даже бровью не ведёт, Игнат всё ещё плещется в воде, приходится мне идти на помощь подруге. Дорожка здесь мокрая, ноги скользят, но я добираюсь до нужного места, делаю несколько фоток, возвращаю Лике телефон.

– Пойдём, спускаться сложнее, чем подниматься.

И это чистая правда. На скользкой дорожке ноги разъезжаются, а слева обрыв и бурная река. Лика поскальзывается, я её ловлю.

– Так, недоразумения женского пола, – идёт в нашу сторону Никита. – Не двигайтесь с места! Ещё не хватало, чтобы вы улетели.

Поднимается, подаёт руку Лике. Она только этого и ждёт, тут же виснет на его шее, меня это злит, хоть я и стараюсь не подавать вида. Никита подаёт руку и мне, но я гордо вздёргиваю подбородок.

– Я сама!

– Ну давай, самостоятельная какая, – психует он, разворачивается ко мне спиной, а уже в следующую секунду я поскальзываюсь, нога моя слетает вниз, а следом лечу и я, хватаюсь за ветку дерева, но она оказывается совсем не крепкой.

– Алиса, держись, – тут же спешит ко мне назад Никита с перепуганными глазами, тянет руку, я в ужасе визжу, понимая, что я не могу удержаться, тяну руку к Никите, но не могу достать, ветка обрывается совсем, и я лечу в ледяную бурную воду.

Поток тут же подхватывает меня и несёт вниз по течению, я выныриваю, меня больно мотает по камням, я пытаюсь зацепиться хоть за что-то, глотнуть воздуха, но у меня ничего не получается.

– А-ли-са, – слышу голос Ника.

О боже, он тоже в воде, плывёт ко мне, борясь с бешеным течением. А потом меня бьёт головой о камень,