Дьявол в голове - Sonya Seredoi

Мужчина уверенно подался вперед и поцеловал девушку, все еще ожидая, что она будет сопротивляться, но на этот раз ее будто сковал паралич. Алетта не сопротивлялась, но и не отвечала взаимностью. Он слышал, как бешено колотится ее сердце, как дрожат ее руки, она даже дышать перестала. Не хотелось, чтобы девушка вот так упала в обморок, поэтому мужчина начал покрывать поцелуями ее шею. Она упорно не хотела поддаваться, однако тело не обманешь: сладкий стон сорвался с ее губ, и пусть Алетта попыталась его проглотить, Ламберту большего и не требовалось.

Подхватив девушку за бедра, мужчина закинул ее на плечо и скинул на просторную кровать. От неожиданности Алетта даже воскликнуть не успела, однако резкая смена обстановки заставила ее запаниковать и попытаться сбежать, но ведьмак вновь толкнул ее на мягкую перину. Больше она не металась, а напряженно смотрела на него, с каким-то нелепым осуждением, за которым пыталась спрятать страх. Осознание, что баронесса боялась его, возбуждало лучше любых ласк. Ламберт упивался этим взглядом, и, неспешно освобождая себя от одежды, с наслаждением наблюдал, как тает защита Алетты.

Она всего лишь маленькая беззащитная овечка в шкуре волка, которая, стоит отдать должное, сохранила самообладание, когда он полностью разделся. Глянула ему в глаза затравленным взглядом и отвернулась. Просто отвернулась, будто смирившись с неизбежностью, шумно вздохнула и упала на спину. Сдалась. Только было в этом жесте что-то такое, отчего Ламберту стало не по себе.

Тем не менее останавливаться мужчина не собирался, уж слишком давно она дразнила его. Он взобрался на нее и забрался рукой под длинный подол халата, проведя ладонью по гладкому девичьему бедру и стянул нижнее белье. Ее ноги были напряжены, и, чего Ламберт опасался — она оказалась сухая, как щепка. От его прикосновений девушка вздрагивала, но не в блаженном экстазе, а от страха, отчаянно пытаясь не свести ноги. Дурочка только себе делала хуже.

— Расслабься, — прошептал он ей над ухом, — иначе себе хуже сделаешь.

Он уже и забыл, как трудно приходилось с девственницами, но Алетта последовала его совету и больше не сжималась. Она мерно дышала, поддаваясь его ласкам, и к собственному удивлению, Ламберт не потерял желание, оно только возрастало, и в какой-то момент ему надоело ходить вокруг да около.

Раздвинув ноги девушки, он рывком вошел в нее, и похоже, совершил ошибку. Алетта закричала так, будто ей руку оторвали, и если бы ведьмак не прижал ее к кровати, то уже у него оторвали бы кое-что. Девушка не шевелилась, застыла и шумно втягивала воздух через нос. Выждав мгновение, Ламберт начал двигаться, заставив Алетту зажмуриться.

— Я же говорю, расслабься, — несколько резковато прошипел мужчина, но к удивлению, девушка послушалась.

Больше она не сопротивлялась, а податливо изгибалась ему навстречу, стараясь прильнуть как можно ближе. Скованность все еще присутствовала в ее движениях, но от каждого стона — тонкого, жалобного, надрывистого — у ведьмака сносило голову. Он входил в нее быстрее и глубже, пока едва не начал вдалбливать ее в кровать на пике экстаза.

Когда волна напряжения ушла, Ламберт шумно выдохнул и завалился рядом на кровать. Он ощущал себя раскаленной печкой, из которой валил жар и пламя. Мышцы расслабились, наполнились блаженной слабостью. Хотелось лежать на простынях, хранивших тепло и запах женского тела до глубокого утра.

Алетта не произнесла ни звука, молча лежала и тяжело, размеренно дышала, глядя в потолок несколько минут, а затем также бесшумно встала с кровати. Ламберт не стесняясь наблюдал за ней, как она закутывается в халат и в легком замешательстве осматривается, идет к столику и наливает в чистый кубок вино. Маленькая ростом, с крепкими бедрами и широкими плечами, словно песочные часы, она задумчиво смотрела в красную жидкость на дне кубка.

— Одевайся, — голос ее прозвучал неожиданно холодно и грубо. Не то чтобы ведьмак рассчитывал услышать радостные вздохи, однако контраст застал его врасплох.

— Даже не…

— Я сказала одевайся и убирайся вон.

Теперь Ламберт понимал, что злость была не напускная, и опасный блеск во взгляде Алетты стоял не только из-за эмоций, но подступающих слез. Мечтательная пелена моментально развеялась, уступив место осознанию, что он перешел черту. Он, идиот, действительно перешел черту, ведь затащил в кровать не какую-то девку с улицы, а знатную девушку, да еще и против ее воли. С последним, конечно, еще можно поспорить, но все же…

В такой ситуации говорить что-либо бессмысленно, Ламберту стало гадко от сложившейся ситуации, он испытывал обиду и раздражение: на себя, на Алетту, на все вокруг. Как обычно.

Натягивая на себя одежду, ведьмак изредка поглядывал на девушку, но та смотрела в окно и уже наливала себе второй бокал вина, когда накинул куртку. Хотелось что-то сказать, но подозревал Ламберт, что подносить зажженную спичку к этому бочонку с порохом лишний раз не стоит.

Он ушел, просто закрыл дверь в ее покои и почувствовал себя куском собачьего дерьма. Радость одного момента — стоила ли она того?

— Что ж… об этом завтра и узнаем.

Комментарий к Незванные гости

Пупсики, всем привет! На следующей неделе я не смогу выложить главу, так как отправляюсь в отпуск. Но надеюсь, что эта глава доставит вам удовольствие, и вы меня простите. Жду ваши отзывы, комментарии:) И всем приятного чтения!

Цена власти

Комментарий к Цена власти

Автор выжил в горах Кавказа, ура! Я вернулась с веселого отпуска, так что главы вновь будут выкладываться стабильно по выходным.

♪ Powerwolf — Demons Are a Girl‘s Best Friend

Ускоренная регенерация это, конечно, прекрасно, но в некоторых случаях она не приносила пользы: чтобы захмелеть, приходилось вливать в себя алкоголь едва ли не бочонками, не говоря уже о чувстве мечтательной эйфории во время пьянства. Запасы вина этой ночью у Ламберта ушли чересчур быстро, а вот гнетущие мысли не хотели оставлять в покое. Он места себе не находил, злился, отказываясь признавать, что причина тому чувство вины. К черту, ни черта он не сожалел!

Хотя поутру, когда пришлось собираться в обратный путь, ведьмак ощутил беспокойство. Какую реакцию ждать от баронессы — черт знает, он уже подумывал, а не свалить бы по-тихому? Но жадность его не отпускала, к тому же это дело пробудило в нем любопытство. Нечасто приходилось сталкиваться с заколдованными тварями, да и история о проклятой земле, рассказанная Геральтом,