Хозяйка дома у озера - Оксана Лаврентьева

— Даниэла, как ты смеешь так со мной разговаривать? Все-таки я граф, а ты… уже никто.

Я перестаю дышать.

Мне все становится ясно. Но правда оказывается даже страшнее, чем я предполагала.

— Фрейг, пускай я сейчас служанка, но и ты, дорогой мой, так и не стал зятем короля! Чему я очень рада, ведь тебе только это от меня было и нужно.

— Не только это, девочка моя, — ухмыляется экс-любовник инфанты. — Вообще-то, все началось с моей сестрицы, которая попросила меня за тобой приударить.

Мы с ним стояли сейчас в каком-то коридоре за кадкой с огромной раскидистой пальмой, ветки которой чуть ли не упирались в потолок. Так что я не опасалась того, что нас может кто-нибудь здесь увидеть. Хотя, наверняка это было обычным явлением в этих стенах: служанка и кортес, который воспылал страстью к хорошенькой девушке. В конце концов, прислугу тут и набирали с тем расчетом, чтобы угодить гостям…

— Фрейг, что ты этим хочешь сказать? Неужели ты специально вскружил мне голову?!

— Конечно. Моя сестра Аделина, хоть и ведьма, но на редкость безмозглая особа. Это дурочка так влюбилась в короля Гарольда I, что захотела от него ответных чувств. Любовного приворота ей, видите ли, было мало!

— А причем здесь король Итеи?! — шепчу в страхе я, хотя мне это и так уже ясно.

— Этот наивный красавчик пару раз пригласил Аделину на танец, а она сразу же возомнила себе не знай что! Хотя на самом деле он давно уже был влюблен в дочку своего соседа — в тебя. И ты, Даниэла, даже отвечала ему вначале взаимностью! Но это продолжалось недолго, как раз до того момента, как на твоем горизонте появился я.

— Признайся Фрейг, ты же меня околдовал? Насколько я помню, ты мне вначале даже не нравился!

Только сейчас с моих глаз словно бы спадала пелена его гнусного колдовства. Но у прежней Даниэлы не было и шанса выстоять против этого мужчины, ведь граф оказался опытным сердцеедом. Принцесса без всякой магии в него бы влюбилась.

Бесспорно, Фрейг де Белларди производил на женщин неизгладимое впечатление. Высокий худощавый красавец с длинными волнистыми волосами цвета темного ореха. Аристократические черты лица и запоминающиеся тонкие капризные губы, которые он постоянно кривил с высокомерной надменностью…

Лично мне он не понравился с первого взгляда. Но любая из присутствующих здесь кортесс с радостью бы за ним побежала…

— Ты права, мне пришлось применить к тебе любовную магию. Но вовсе не потому, что ты оказалась для меня крепким орешком. Просто у меня было мало времени, а у всех принцесс без исключения на редкость завышенное самомнение.

— Но как ты посмел?! Ведь в Великой Грейсстании запрещена любовная магия!

— Дорогая моя, я много чего делаю непозволительного… — На его тонких губах заиграла хищная улыбка, и граф сделал ко мне шаг…

И вдруг его лицо изменилось! Аристократические черты вмиг исчезли, а вместо них появился оскал какого-то диковинного животного, на редкость мерзкого и опасного.

Я в ужасе от него отшатнулась.

Хотя, я это по-любому сделала бы, потому что мне сразу не понравились его намерения. И для меня превращение Фрейга в монстра не стало неожиданностью, почему-то я была к этому готова. Ведь я уже заметила, что эти изменения произошли далеко не со всеми, а лишь с двуличными людьми с мерзкой душонкой. Как местная экономка, например, или тот же Фрейг. Словно бы кто-то или что-то позволило мне увидеть их истинные лица.

Наверное, поэтому я почти не испугалась.

— Со мной все ясно, Фрейг. Но мне интересно, твоя сестрица-ведьма получила то, что хотела или нет?

Внезапно лицо графа вновь стало прежним. Но только лишь на какое-то мгновение, после чего оно вновь превратилось у него в жуткую маску.

Видимо, он совсем не ожидал от меня подобного вопроса, или же я затронула запретную тему. Во всяком случае, только что Фрейг испугался. Я это сразу поняла.

— А почему тебя это так волнует? Неужели хочешь упасть в ножки молодому королю и попросить у него защиты? И это после того, как ты опозорила его на весь белый свет?! — Фрейг резко притянул меня к себе, я даже почувствовала пряный запах его волос. — Даниэла, попроси лучше помощи у меня. Только хорошо попроси… как раньше.

Я в ужасе сжимаю в руках соусник. Стараюсь держать его впереди себя так, чтобы между мной и графом было хоть какое-то препятствие.

Да я умру от отвращения, если этот монстр попытается меня поцеловать! А Фрейг как назло прямо неравнодушен к девичьим шейкам. Раньше его ласки начинались именно так…

— Граф де Белларди, убери от меня свои лапы!

В черных глазах Фрейга вспыхивает одновременно и удивление, и восхищение.

— Даниэла, такой ты мне нравишься даже больше. Прежняя принцесса давно бы уже разрыдалась, наплела бы мне про свое разбитое сердце, а под конец умоляла бы помочь ей сбежать от своего мужа. — Его взгляд откровенно прилипает к моей груди, и голос Фрейга становится хриплым от волнения: — Девочка моя, мне кажется, или в тебе что-то изменилось? Ты стала другой… и если ты будешь ко мне благосклонней…

Я сама не поняла, как это у меня получилось. Но в следующее мгновение все содержимое соусника оказалось на голове графа.

Послышался вопль, и появившиеся словно из неоткуда два здоровенных лакея ловко скрутили мне руки.

— Тащите её во двор! Я лично выпорю эту мерзавку кнутом! — рычит Фрейг, вытирая кружевным платком капающий с него соус.

Честно говоря, я до последнего надеялась, что он этого не сделает. Я и подумать не могла, что здесь в ходу была порка кнутом, и что так наказывали даже женщин! Поэтому сейчас я молила лишь о том, чтобы появился мой палач и прекратил весь этот ужас. Ведь я знала, что несмотря на все его унижения, он никогда и никому не позволил бы и пальцем до меня дотронуться…

Я потеряла сознание после первого же удара. И слава богу, потому что мое сердце просто не выдержало бы такой боли.

Глава 16

К сожалению, я сразу же очнулась. Открыла глаза и боковым зрением заметила занесенный надо мной кнут…

После чего произошло нечто невероятное: плетенный ремешок сам по себе обвился ужом вокруг запястья Фрейга! Да еще с такой силой, что граф невольно разжал пальцы, и рукоять кнута выскользнула из его ладони.

— Что это?! — недоуменно произносит он и делает вперед шаг, чтобы видеть мое лицо. Но