Грех и невинность - Шерон Пейдж

Кристиан крался по улице, пролегающей позади заведения миссис Броуэм. Время от времени он морщился, когда ногу пронизывала боль. Но к счастью, рана, полученная в Гайд-парке, оказалась всего лишь ушибом. После вчерашнего дождя в воздухе висела сырость. Утро выдалось серым, а здесь, в безлюдном переулке, и вовсе было темно из-за тени, отбрасываемой высокими каменными стенами. Ноздри наполнял запах дыма и лошадиного навоза, и этим английские города были очень похожи на индийские.

Из темноты возник мужчина, приветственно приподнявший шляпу.

— Милорд.

Кристиан кивнул бывшему сыщику с Боу-стрит, которого нанял для поисков Дел. Янгер целую ночь провел в холоде и сырости, наблюдая за черным ходом клуба.

— Обнаружили что-нибудь интересное?

— Да. Примерно час назад в здание вошел мужчина. Крепкий, прилично одетый парень. Он разговаривал с женщиной, у которой волосы окрашены хной, а шея увешана бриллиантами.

— Это миссис Броуэм, хозяйка заведения. Вы слышали, о чем они говорили?

Янгер поморщился:

— Прошу прощения, милорд. Мне пришлось незаметно пробираться через калитку, поэтому я услышал лишь несколько слов. Парень жаловался, что в последнее время от мадам совсем не поступает заказов.

— Что за заказы?

— Не могу сказать, милорд. Я не узнал этого человека. Должно быть, он поставляет мадам девушек. В торговле девственницами нет ничего удивительного, когда дело касается такого заведения, как это.

Бывший полицейский занервничал, видя, что пауза затянулась.

— Они не упоминали имя леди Тревор, милорд. Я прихватил с собой юного Бриджеса и послал его… — Янгер замолчал, а потом широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы. — А вот и он, милорд.

Повернувшись, Кристиан увидел долговязого мальчишку, бегущего по улице. Он остановился и, тяжело дыша, привалился к стене.

— Проследил за ним до самого кладбища, мистер Янгер, — выдохнул мальчишка. — Его зовут Таннер. Он возглавляет шайку гробокопателей.

Вчера он спас ей жизнь. А сегодня? Спустится ли, чтобы поговорить?

Джейн беспокойно шагала по ковру, устилавшему пол гостиной в доме лорда Уикема. Большая и мрачная гостиная ничуть не изменилась с того времени, когда здесь господствовал бессердечный и безжалостный граф.

Те жалкие лучики света, что осмеливались заглянуть сюда сквозь окно, терялись в темной отделке стен и тяжелой мебели с мрачной обивкой в зеленых и коричневых тонах.

— Его светлость сейчас спустится, — пообещал дворецкий.

Но ожидание показалось Джейн вечностью. Она рассеянно смотрела в окно, осторожно потирая щеку — мелкие ссадины все еще причиняли боль. В левой руке она держала смятые письма, доставленные утром.

То были письма от Дартмура и Салаберри.

Внезапно Джейн услышала за дверью топот ног, сопровождаемый звонким женским смехом, и тут же вспомнила предостережение тети о том, что в доме лорда Уикема живет целый гарем. Джейн тогда не совсем ей поверила. Но каким бы невозможным это ни казалось, слова тетки оказались правдой. По какой-то необъяснимой причине сердце у Джейн упало. Приложив руку к уху, она замерла посреди гостиной и совершенно неподобающим образом прислушалась.

За дверью кто-то тяжело дышал. Девушки, чей смех слышала Джейн, очевидно, остановились у самой двери.

— Я видела его в ванне! — Голос принадлежал очень молодой девушке.

— Ты не должна была подсматривать, Мэри, — послышался спокойный, но вместе с тем разгневанный голос другой девушки. — Уверена, тебе дорого пришлось бы заплатить, застань он тебя на месте преступления.

— Жаль, что не застал, — дерзко возразила Мэри. — Я собираюсь его соблазнить.

— Прекрати немедленно! — воскликнула вторая девушка. — Что, если он разгневается и отошлет всех нас прочь?

Джейн услышала, как Мэри топнула ногой.

— Но я так его хочу! Это ужасно — смотреть на него со стороны и не обладать им!

«Не обладать им»?! Джейн отчаянно заморгала. Если верить словам незнакомки, живущих в доме девушек никак нельзя было назвать гаремом.

Джейн смерила взглядом расстояние до двери. Ей ужасно хотелось пересечь комнату, распахнуть дверь и посмотреть на девушек. Но она не могла себе этого позволить. А как бы она поступила в дни своей юности? Джейн вдруг поняла, что не знает. Она никак не могла припомнить, какой была тогда.

— Мэри! — В голосе девушки послышалось отчаяние. — Он идет сюда.

— Можешь идти, Люсинда. А я не вижу причин убегать от него.

— В гостиной его ожидает гостья. Вряд ли он захочет, чтобы ты помешала. Да и вообще он ожидает, что мы будем вести себя как благовоспитанные леди.

Быстрые шаги свидетельствовали о том, что одна из девушек все же предпочла удалиться.

— Добрый день, Мэри. Ты сегодня рисовала?

Стало быть, девушка по имени Мэри осталась. А томный мужской голос, конечно же, принадлежал лорду Уикему. Волосы на затылке Джейн узнали эти сочные чувственные нотки и встали дыбом, точно холка собаки, поджидающей своего любимого хозяина.

С того самого момента, как лорд Уикем спас ей жизнь, Джейн не переставала думать о нем. Не могла забыть поразивших ее воображение слов: «Как мог ваш супруг смотреть в эти глаза и не понимать, каким сокровищем обладает?»

Джейн думала, лорд Уикем придет в ярость. Но вместо этого он назвал ее сокровищем. А она сказала ему, что Шеррингем называл ее так до свадьбы. До того, как начал поднимать на нее руку. А еще он всегда повторял, что она снова сможет стать для него сокровищем, если научится делать его счастливым.

— Я не рисовала, — ответила Мэри. — Я наблюдала ужасно вдохновляющую картину. — Она откровенно заигрывала с хозяином дома.

— В самом деле? — За вопросом последовала неловкая пауза.

Интересно, что он сейчас делает?

— Я видел твое отражение в зеркале. — Голос Уикема звучал холодно и пренебрежительно. — Больше не подглядывай за мной.

— Но я верю в то, что две души могут обрести друг друга и слиться в одно целое. Мы и есть эти души…

— Довольно, Мэри. Я на восемь лет тебя старше.

— Но ваша сестра вышла замуж за человека гораздо старше себя, не так ли? Мне нужен опытный мужчина, разбирающийся в том, как подарить удовольствие…