Шахта дьявола - Кай Хара

Я позволил тишине затянуться между нами, пока в конце концов она снова не заговорила.

— Тот человек, которого ты убил, — начинает она, кивая подбородком в его сторону. — Он ничего тебе не сделал?

— Не конкретно, нет.

— И ты все равно его убил?

— Да.

Она смотрит на меня как на мерзость.

— Ты монстр.

— Да.

В отличие от нее, я не буду отрицать правду.

Ее глаза сужаются, когда я подхожу к ней. — Не подходи ко мне. Я буду кричать.

— Я бы предпочел, чтобы ты кричала по-другому поводу.

Она смотрит на меня, от удивления приоткрыв рот. — Что с тобой не так? Ты действительно думаешь, что я собираюсь переспать с тобой после того, как увидела, как ты напал на моего отца и убил невиновного человека?

Высокомерная улыбка украшает мои губы. — Разумеется.

Она сжимает челюсти и поднимает подбородок, бросая мне вызов. — Значит, ты планируешь на меня напасть.

Я смеюсь, в моих глазах светится настоящее веселье. Мне нравится игра, в которую мы играем; Не знаю, с какой целью, но я развлекаюсь больше, чем когда-либо за последние годы.

— Мы оба знаем, что ты охотно меня трахнешь, даже если пока не готова признать это. — Я подхожу к ней, и на этот раз она остается на месте. Ее голова откидывается назад, чтобы не отрывать от меня взгляда, обнажая открытое горло. Мой взгляд падает на ее кожу. Я отчаянно пытаюсь заявить права на нее, обозначить ее таким образом, чтобы идентифицировать ее как принадлежащую Тьяго Де Силве. Мой взгляд снова поднимается вверх и обнаруживает, что ее глаза затуманены похотью. — Не просто охотно, Тесс. Неоднократно. Я могу сказать это по тому, как ты трахала меня глазами с тех пор, как вошел. Ты будешь умолять меня заставить тебя кончить, а потом ты будешь умолять меня прекратить заставлять тебя кончать. В зависимости от того, насколько милосердным я буду себя чувствовать в тот день, от того, насколько хорошей девочкой ты будешь для меня в тот день, я решу, использовать ли твое удовольствие в качестве награды или в качестве пытки.

Ее губы приоткрыты, дыхание поверхностное. Ее глаза скользят между моими, пока она оседлала волну похоти, которую мои слова развернули внутри нее. Я знаю, что если бы я запустил руки ей в трусики, я бы увидел, что она мокрая.

Это упражнение на контроль, и мне на самом деле не нужно протягивать руку и прикасаться к ней.

— Если ты так уверен, что я охотно пересплю с тобой, тогда отпусти меня, — бросает она вызов.

Я ухмыляюсь. Небрежно вытянув руки по обе стороны от себя, я вопросительно смотрю на нее. — Я держу тебя в плену?

Ее глаза расширяются, а затем становятся настороженными. Когда я не двигаюсь и не прикасаюсь к ней, она сдвигает одну ногу в сторону, затем другую. Она повторяет это движение, глядя на меня, как пугливое животное, наблюдающее за приближающимся хищником, пока я не перестаю стоять между ней и дверью.

Она не убегает, хотя я знаю, что она, должно быть, умирает от этого, и это только усложняет мне жизнь. У меня кружится голова от необходимости иметь ее, трахать ее.

— Тэсс.

Она замирает менее чем в футе от двери. То, как напряглась ее спина и поджаты плечи к ушам, говорит мне о том, что она боится, что я причиню ей боль. Что я махал перед ней надеждой на побег только для того, чтобы в самую последнюю секунду вырвать ее из лап свободы.

Тем не менее, она смотрит на меня через плечо. Она не склоняет голову и не отводит взгляда. Она смотрит мне прямо в глаза и бросает мне вызов.

Она должна бояться того, насколько сильной является моя страсть к ней. Я не могу обещать, что не причиню ей вреда, когда она в конце концов подчинится мне.

— Я решил, что ты мне нравишься.

Она усмехается. — Это не твое дело. Я не продаюсь, Тьяго.

Она намеренно использует мое имя. Это сделано для того, чтобы уравнять нас, превратить меня из жестокого убийцы и лидера картеля в просто человека, который мог бы проявить к ней милосердие.

Происходит наоборот, потому что я не часто слышу свое имя и определенно никогда раньше не слышал, чтобы оно швыряло в меня такой яд. Мне нравится этот ее огонь. Она непреднамеренно отмечает меня как свою, используя мое собственное имя.

— У каждого есть цена.

— Не у меня.

Я смотрю на нее и засовываю руки глубоко в карманы.

— Может, и нет, — соглашаюсь я. Медленная мрачная улыбка растягивает мои губы. — Но мы оба знаем кого-то, кто знает это, не так ли, amor?

Она бледнеет, и я уже через несколько секунд я готов кончить в брюках при виде ее бледного лица, теряющего весь свой цвет.

Ее подчинение будет чертовски сладким на вкус. Я свищу, пронзительный звук пронзает воздух, и двери открываются. — Пропустите ее.

Я отворачиваюсь и не смотрю, как она уходит.

✽✽✽

Артуро возвращается в комнату вместе с Марко. Выражение его лица говорит мне, что он знает, что я собираюсь сказать, еще до того, как я это скажу.

— Она, — говорю я ему. — Я хочу ее.

✽✽✽

Глава 10

Тьяго

Неделю спустя Александр Ноубл берет трубку и вызывает Тесс к себе в офис. Я знал, что она дома, когда ворвался к ней домой, чтобы встретиться с ним, но мне не хотелось видеть ее, пока все не будет сделано.

Оказывается, разговор с ее отцом занял менее десяти минут. У него не было выбора в этом вопросе, но он, тем не менее, с готовностью согласился на мое предложение. Этот эгоистичный, самовлюбленный придурок был более чем счастлив дать мне именно то, что я хотел, если это означает, что он не умрет.

Даже если это означает принести в жертву собственную дочь.

Тесс входит с решительным выражением лица. Она выглядит так, будто готова к битве, хотя не знает, что произойдет. На ней нежно-розовый свитер, джинсы-клеш и пара пушистых тапочек. Без рабочей одежды и вечернего платья она выглядит теплой и уютной.

Полностью идеальной.

Я не видел ее неделю, и что-то у меня в желудке сжимается, когда я снова вижу ее. Я с беспристрастным интересом наблюдаю за реакцией своего тела.

Теперь, когда я знаю,