Мне нельзя тебя любить - Мира Ли

Когда я открыла глаза, было уже темно. Сквозь поднятые на окнах жалюзи виднелось звездное небо. Я лежала в одиночной палате на больничной койке, по обе стороны которой стояли самые разные приборы, а в руку мне была воткнута иголка с медленно стекающим по длинной трубке раствором. Я попыталась осмотреться, но голова сильно закружилась, и я невольно застонала.

– Тебе пока нельзя вставать. – Тихий голос Яна Тэхо заставил меня вздрогнуть. Он подошел и сел рядом на стул. – Врач сказал, что двое суток ты должна находиться в полном покое.

– Ты все-таки затащил меня в больницу, – попыталась пошутить я. Мой голос был слабый и хриплый. Что за препарат мне капают?

Тэхо хмыкнул.

– Зачем ты связалась сегодня с Ким Юри и компанией? – в тон мне, почти шепотом, спросил он. – Они чокнутые…

– Ненавижу лицемеров и сплетников… и чокнутые меня тоже бесят! – Голос предательски дрогнул.

– Конечно… Это же ты, и поступить иначе не могла. – Его щека дернулась, скрывая не понятную мне эмоцию. Тэхо отвернулся.

– Спасибо. – Я хотела поблагодарить его за помощь, несмотря на то что у него из-за меня могут быть проблемы, но горло сдавил спазм.

– Не за что.

Мы долго смотрели друг другу в глаза.

Что в голове у этого парня? О чем он сейчас думает, разглядывая мое лицо в ссадинах и взлохмаченные волосы?

– Тебе интересно: правду сказала Ким Юри или нет? – решила я не ходить вокруг да около.

Он снова отвернулся и посмотрел в окно.

– Мне вообще неинтересно, что говорит эта невменяемая.

– Все неправда…

– Я сказал, что мне неинтересно.

– Тэхо, все, что она говорила – неправда!

Парень шумно выдохнул.

– Да мне плевать…

– В тот вечер, два года назад, я задержалась в школе, и мама вышла мне навстречу. – Тэхо опустил голову и рассматривал пол.

Я делала большие паузы, каждый раз собираясь с силами, чтобы продолжить:

– На меня напал какой-то придурок. Наверное, я кричала как ненормальная, потому что мама услышала мой голос и прибежала. Она как-то оттащила его и умоляла, чтобы я уходила. Я хотела, но услышала, как она вскрикнула. Оказывается, у него был нож. – Я остановилась, переводя дыхание: впервые я рассказывала кому-то эту историю.

Он поднял на меня глаза, полные боли.

– Дальше плохо помню… Кажется, я звала на помощь, но люди пугались и убегали… А когда приехала скорая, было уже поздно, маму не успели спасти. – Я не смогла договорить, слезы душили меня.

Тэхо сел на край кровати и, придерживая мою голову, прижал меня к себе. Я заплакала. От обиды. От ненависти. От беспомощности. От тоски по маме… Он молчал. Долгие минуты сжимал меня в своих объятиях и молчал.

– Извините, – в палату вошла медсестра, – время посещения для посторонних закончилось.

Она вежливо поклонилась, ожидая, когда Тэхо выйдет.

– Две минуты, пожалуйста, – попросил он, и медсестра с таким же вежливым поклоном вышла.

Я вытерла слезы, все еще шмыгая носом и всхлипывая.

– Мне пора. – Тэхо встал. Почему-то мне сильно захотелось вцепиться в него и попросить остаться. – Постарайся уснуть.

– Тэхо…

– И не плачь больше, иначе я за себя не ручаюсь.

Я все-таки схватила его за руку.

– Не уходи. – Я сказала это почти шепотом.

Он замер, глядя на меня горящими глазами. Его грудь высоко вздымалась. Секунда, две, три… Наконец он шумно выдохнул.

– Хорошо.

Я наконец-то отпустила его руку, Тэхо помог мне лечь на подушку и вышел из палаты. Не знаю, что со мной случилось, но я никак не могла отвести взгляд от двери, в которую он только что вышел. Как воздух для меня сейчас было важно, чтобы Тэхо вернулся.

Пришла медсестра и проверила мою капельницу.

– Ваш парень такой заботливый, – меняя мне флакон с раствором, заметила она. – А красавчик какой!

Я мельком посмотрела на нее и снова уставилась на дверь.

– Он от вас ни на секунду не отходил, – продолжала вещать девушка. – Ну и вы, даже в бреду, все звали и звали его по имени. Такая любовь!

– Что я делала?! – У меня даже голос откуда-то взялся, так я вскрикнула.

Медсестра улыбнулась:

– Вам нужно восстанавливать свое здоровье. Анализы показали значительную нехватку витаминов и сильнейшее переутомление… Мы капаем вам глюкозу.

Тэхо все-таки вернулся, но я пропустила этот момент, потому что пыталась сообразить, как бы поприличнее выкрутиться из неоднозначной ситуации. На меня, видимо, нашло какое-то затмение из-за капельниц, или я ударилась головой во время стычки с Юри.

Что я болтала в бреду? Да ладно в бреду! Что я сказала пять минут назад?! «Не уходи»?! Я что, правда попросила Яна Тэхо не уходить?!

Он протянул медсестре какую-то бумажку, она кивнула, улыбнулась многозначительно и, пожелав нам спокойной ночи, вышла.

В палате повисла тишина.

– Чего-нибудь хочешь? – слишком уж неестественно легко спросил он.

– Домой, – пискнула я.

– На ближайшие два дня твой дом здесь. – Тэхо запихнул руки в карманы.

Ух, вот наполнюсь этой глюкозой, выйду отсюда и покажу ему!

– Тогда почитай мне в оригинале «Искусство войны» Сунь Цзы, – брякнула первое, что в голову пришло.

Тэхо улыбнулся. Улыбался он настолько обаятельно и красиво, что мне сразу стало понятно, почему он ходит вечно мрачным. В противном случае его уже давно бы разорвали влюбленные фанатки.

– Я не очень силен в китайском, да и засыпаю уже на второй странице этой книги, если честно.

– Огромный минус для наследника крупной корпорации, – буркнула я, укладывая поудобнее руку, проткнутую огромной иголкой.

– Пойдем лучше в кино? – вдруг спросил он.

– Ты же сам сказал, что на два дня…

Тэхо достал из кармана телефон и помахал им в воздухе:

– Первый в мире кинотеатр с доставкой в любое удобное для зрителей место. – Он бесцеремонно уселся на мою кровать. – Что будем смотреть?

В мою измученную за день голову ничего не приходило.

– Выбери сам.

– Хорошо, только потом не возмущайся. – Тэхо снова улыбался.

Да что ж это такое со мной?

Монитор, отображающий мое давление и сердцебиение, пискнул, показывая значительное усиление ритма сердца.

Бли-и-ин!

Слава богу, Тэхо не обратил на это внимания, продолжая возиться в телефоне. Я прикрыла глаза, пытаясь привести показатели в норму, чтобы совсем не опозориться.

– Готово! – Голос Тэхо раздался так близко, что я вздрогнула и открыла глаза. Свет в палате был приглушен, горел только ночник рядом с окном. – Прекрати дрожать каждый раз, как я оказываюсь рядом, – тихо сказал он. – И подвинься уже