Весь Ад к твоим ногам - Наталья ДеСави

— Не знаю, — я пожала плечами. — Здесь с водой напряженка.

— Айка, — приказал ее брат, — быстро принеси.

Девочка выскочила из комнаты и уже через минуту передо мной стоял стакан с водой. Дети поставили его на середину комнаты и заставили меня сесть рядом.

— Поднеси руку над стаканом и попробуй пошевелить воду.

— Да, сделай так, чтобы она вылилась на ковер, — захлопала в ладоши Айка.

Я сосредоточилась на стакане, даже язык от усердия высунула. Но вода оставалась непреклонной.

— Может нет у меня никакой магии? — обреченно опустила я руки.

— Есть! — уверенно сказал Марти. — Пробуй еще раз.

Я попробовала еще раз. И еще. И еще несколько десятков раз.

— Не могу больше! — опустила я руки.

— Что вы тут делаете?! — дверь за моей спиной резко открылась, грозный голос эхом разнесся по комнате. Я испугалась, чуть не упала, махнув руками над стаканом. Сначала из него тонкой струйкой потекла вода. Провела рукой по ковру, чтобы стереть капли, но вода и не думала останавливаться. Он бралась из ниоткуда, потому что в одном стакане точно не было столько, сколько уже успело вытечь на пол. Дети отскочили в сторону, Айка подобрала подол, чтобы не намок.

— Я же говорил, что у тебя есть магия! — победоносно посмотрел на меня Марти.

— Как это остановить? — я с ужасом смотрела, как из стакана жадными глотками выплескивается не один литр воды.

— Твоя магия, ты и останавливай, — пожала плечами Айка.

— То, что у тебя появилась магия, это хорошо, — надо мной навис Дьявол, с интересом разглядывая огромную лужу на ковре. — И хорошо, что она проявилась в комнате под моим присмотром.

— Матушки святы, — перекрестилась я.

Дьявол злобно зыркнул на меня.

— Я, кажется, говорил, чтобы ты так не делала. Тем более здесь это не работает.

— Зато успокаивает, — я залезла с ногами на кровать, потому что вода добралась и до меня.

— Попробуй остановить, пока ты потоп не сделала в моем замке.

Он смотрел на меня немигающим взглядом, в котором читалось «убери эту гадость, а не то сгною в каком-нибудь котле». Я ответила ему взглядом «сам меня притащил, сам и разбирайся», но руку вперед все-таки выставила.

— Да не умею я, — через секунду опустила и умоляюще посмотрела на него. — Оно само получилось, когда ты вошел и напугал меня.

— Я предупреждал, что будет, если затопишь весь Ад?

Мне оставалось только сжать губы и с вызовом смотреть на него. Хотя коленки тряслись от страха. Затопить Ад — это еще надо умудриться. А, судя по всему, у меня это хорошо получается.

Первым сдался он. Щелкнул пальцами, и вода в стакане сделала последний рывок и остановилась.

— Убирайте здесь все, — он сделал шаг к двери, но дети тут же заныли.

— А мы то здесь причем?

— Кто стал проводить эксперименты без присутствия взрослых?

— Как без взрослых? — первым влез рассудительный Марти. — Она взрослая, — ткнул он в меня пальцем.

— Она хуже ребенка, — рявкнул Дьявол, — поэтому убираете все вместе!

— Герр Сэм, — в комнату вбежала запыхавшаяся Магда. — Совет прибыл, хотят видеть вас с будущей женой.

Дьявол оглядел меня с ног до головы, мои босые ноги и мокрый подол платья.

— Приготовить госпожу, — бросил он, выходя в коридор, — заберу ее через десять минут.

— Опять самим все убирать, — обреченно произнесла Айка и, схватив брата за рукав, вытащила в коридор. — Магда, мы у тебя тряпки возьмем.

— Возьмите, чертятки, — потрепала она детей по голове. — Госпожа, нужно быстро готовиться. Платье я принесу, прическу сделаю. Совет должен остаться доволен.

Ровно через десять минут я была готова. Так быстро меня не одевал даже папа, собирая в детский сад. Платье идеально ровными волнами спускалось до самого пола, на голове красовалась простая, но элегантная прическа, даже туфли мне принесли новые. Сэм зашел в комнату, прошелся по мне взглядом, удовлетворительно кивнул и, взяв под локоть, вывел в коридор.

— Помни, за столом ты не должна ни есть, ни пить. Это категорически запрещено. Говорить можешь только тогда, когда спросят, короткими фразами.

— Это участь каждой жены Дьявола?

— Это твоя участь! И только попробуй что-нибудь нарушить! — он сильнее сжал мой локоть и пошел быстрее.

Перед входом в зал нас ждала Лута, она расправила меня платье и шепнула на ухо:

— Ничего не бойся, я буду рядом.

Дверь распахнулась, и мы пошли в зал. Стол, еще длиннее, чем был за завтраком, был накрыт разными яствами. За одним его концом сидели люди в белых одеждах, за другим уже сидели Ангра и Герхард. Сэм посадил меня слева от себя, рядом села Лута. Ангра была по другую руку от него. Увидев меня, сверкнула глазами и поджала губы. Я послушно поклонилась гостям и уставилась в тарелку. Лучше не отсвечивать раньше времени.

Пока Дьявол здоровался и расточал комплименты прибывшим, я исподтишка наблюдала за ними. Самого главного можно было определить по толстому животу, выпиравшему из-под рясы. У других животы были поменьше, значит, и рангом они в руководстве не вышли.

— В центре, — Лута указала на толстопуза, так я его назвала, — глава Совета. На земле был депутатом. Говорят, это тоже руководящая должность.

— Депутаты все воры и жулики, — прошептала я одними губами, — как он умудрился попасть в Рай? Я думала, они все в Аду должны гореть.

Лута чуть не засмеялась в голос, но сдержалась.

— Если ты не убивал, не калечил и не совершал уж совсем откровенных грехов, распределение ориентируется на совесть. Даже взять тебя, не говори, что ни разу за свою жизнь не согрешила. Но в Ад попадают те, кто верит в то, что согрешил, знает, что виноват, и подсознательно ждет наказания. А люди, которые уверены в том, что всю жизнь прожили правильно, ни на минуту не верящие в то, что делали плохо — такие попадают в Совет.

— Даже здесь бюрократия, — фыркнула я слишком громко, а Сэм строго посмотрел на меня.

— Уважаемый Совет, — слушала я слащавые речи Дьявола, — рад видеть вас у себя. Не подскажите, чем вызван ваш визит? Если правильно помню, вы не спускались более трех сотен лет.

— До нас дошли слухи, — начал за всех толстопуз, — что вы собираетесь жениться на переходнице.

— Это запрещено законом? — поднял брови Дьявол. — Почему эта новость так сильно вас взволновала? Ранее вы не отличались желанием участвовать в моей личной жизни.

— Ходят слухи, — толстяк продолжал въедливо вглядываться в