Семья по контракту - Майя Стронская

— Почему ты плачешь? — спросила Алиса, подбежав ко мне.

— Ничего, все хорошо, пойдем есть, — сказала я, вытирая слезы.

Алиску не проведешь, она сразу поняла. Мне пришлось ее успокоить. Сказать, что все хорошо, просто устала. Я много наговорила ей разного вранья. Хотя с раннего рождения хотела быть ей подругой. Как мы будем дружить, если я ей лгу?

— Тебя злой дядя обидел? — спросила она. Я не могла ей соврать, но мои губы сами сказали:

— Нет, я устала, пойдем есть.

Она кивнула и взяла меня за руку. Алиса стала совсем большой. Дочка все поняла или мне так показалось. Мы с ней молча побрели на кухню, где сидел Дмитрий. Он не обратил на нас внимания и продолжал есть. У меня все внутри кололо. Мне хотелось сесть напротив него и спросить:

— Зачем ты притащил нас сюда, снял бы нам отель? Или твоя цель была переспать со мной, после отправить домой на первой электричке.

Я это ему не сказала. Потому что дура! Я себя порой ненавидела за свою нерешительность. Мы сели с дочерью за стол. Алиска моментально уплела весь ужин и громко закричала:

— Иду играть!

Она выскочила из стола и растворилась в коридоре, оставив нас вдвоем. Я к еде так и не притронулась. Мне было противно находится с ним, и я решила встать.

— Катя, — прервал молчание Дмитрий, — давай я тебе все объясню.

От его слов у меня мурашки пробежали по коже. Он на меня и правда сильно воздействует. Глупая замечала в нём только плюсы, не разглядев не один его минус. Сейчас каюсь за такую слепоту.

— Катя, — сказала я сама себе, — этот человек нарцисс, он любит и видит только себя. Ты помнишь, как он разговаривал со своей девушкой или не знаю кто она ему? Он ей врал. На какое отношение ты к себе рассчитываешь? Катя ты Дмитрию вообще никто.

— Прошу ничего не говори, — тихо сказала я и закрыла глаза. Мне не хотелось слушать его ложь. Он готов ради сделки наболтать все что угодно. Я поняла вешать лапшу на уши он мастер.

— Пойми Настя моя бывшая девушка, — он продолжал говорить, несмотря на протесты, — ее папа главный мой конкурент. Мне приходится с ней общаться, чтобы ее папаша не разрушал бизнес. Меня спасет от них только сделка.

Если честно, зачем он мне все это говорит? Я знала, что он врет, видно по его черным глазам.

— Я не хочу есть, — сказала я, и встала из стола. Мои ноги затряслись, и я поняла — не дойду до выхода. Мне хотелось разрыдаться и упасть. Не думала, что этот человек так много для меня значит. Мое тело отказалось уходить. Я не могла оставаться и тем более падать перед ним на колени и рыдать. Мне уже хватило унижений, что прозвучали из его уст. Теперь я хотела отдохнуть и быстрее убраться отсюда.

— Катя, — он позвал меня. Я обернулась, взглянув в его черные глаза. В них не было ни капли сочувствия, — я надеюсь наш конфликт не повлияет на сделку?

— Нет, Дмитрий Петрович, — официально сказала я и вышла из кухни. По моим щекам потекли слезы.

Я дошла до комнаты, что нам выделил Дмитрий, и закрыла дверь. Алиса читала книгу. Я легла на диван и пыталась себя отвлечь, сначала пролистала ленту в социальной сети. Мне как назло попадались счастливые подружки с мужьями. Их довольные лица меня бесили. Я отложила телефон и посмотрела на потолок.

— Дмитрий Петрович, не переживайте я сыграю роль Вашей жены, — сказала я про себя и у меня опять потекли слезы.

Утром я приготовила ему завтрак. Он вышел в своем халате, и поинтересовался: «как дела?». Мне хотелось его послать куда подальше, но я вежливо ответила, — «все хорошо». Дима поел и оделся. Я наблюдала за ним, стараясь не расплакаться. На пороге квартиры он решил меня поцеловать, но я отвернулась:

— Не надо.

Он ушел, я разрыдалась. Мне повезло, что Алиска спала и ничего не слышала. Я села на пол в углу коридора и закрыла лицо руками. Самое обидное, что я в него втюрилась. Это было понятно, когда он хотел меня поцеловать, все мое тело задрожало. Каждая клеточка организма требовала его поцелуй. Мне пришлось с трудом сдерживать себя.

Весь день раздавались звонки. Я получала от него разные инструкции, как себя вести. Если коротко — мы должны с Алисой молчать.

— Катя, прошу тебя, — повторял он бесконечно по телефону, — следи, чтобы Алиса ничего не ляпнула. Нам нужно продержаться всего сорок минут.

— Хорошо, — сказала я, желая поскорее положить трубку.

— Прошу не обижайся на меня, — он это повторял каждый раз, когда звонил. Я отмалчивалась. Теперь он мне был противен, я его вынужденно слушала, пока он не отключался. Через полчаса он звонил опять. Новые инструкции, проработка вопросов. Я говорила: «да и поняла» практически на автомате. Как заведенная игрушка соглашалась с ним. Он пытался извиниться, был со мной максимально мягок. Я не знала, что так можно стелиться под другого человека. Видимо кормление Буки был образцовым ходом. Я думала… Наверно это ему стоило тяжких трудов лезть под диван и кормить воображаемого друга. Надо было с Алиской притащить десяток уличных котов. Я бы посмотрела на реакцию.

— Мам, — сказала Алиса, — мы сегодня пойдем в ресторан?

— Да Солнышко.

— А там будет Старикашка? — крикнула она, несколько раз прыгнув.

— Да, — я ответила ей.

— А мороженое?

— Тебе нельзя, — сказала я, взглянув на нее. Алиса больше походила на домовёнка. Она была лохматой и без носков. Ее рука держала фломастер, а в глазах горело желание все разрисовать.

— Рисуй только на дядиной доске, — строго сказала я.

Она унеслась в его комнату. Я улыбнулась. Мне надо было напоследок убраться, в надежде, что я больше не увижу эту квартиру вместе с хозяином. О нем будет напоминать три итальянских платья, нижнее белье и туфли, что привезла мне Лера. Конечно, если Дмитрий разрешит все забрать.

Вечер приближался быстро. Дмитрий сделал еще пару звонков, постоянно меня переспрашивая:

— Ты готова?

— Да, все хорошо, — отвечала я ему. После мы с ним проговаривали легенду и он отключался. Я от него устала и решила набрать маму. Она сразу взяла трубку и сказала мне:

— Привет!

— Мам, я сегодня к тебе приеду.

— Куда такая спешка? — переспросила она, явно не понимая ситуации.

— Все расскажу дома.

— Как скажешь доченька.