Я решу твои проблемы - Кира Дрон

бала я сильно похудела, и вес обратно набрать не выходила. Меня это обстоятельство особо не беспокоило, потому что чувствовала я себя очень даже неплохо. Аид пытался чего-то говорить, но поняв, что тема неприятно, отступил, но во время еды то и дело подсовывал мне кусочки побольше. Такая ненавязчивость только умиляла. Приятно видеть, что твоё мнение хоть что-то значит. А не как это было в моей семье.

— Какое платье хотите на этот раз? — спросила одна из девушек.

— Чёрное с открытой спиной.

Вечером накануне торжества князь вошёл в мои покои. Было видно, что он устал и болезненно растирал виски. Я только похлопала на диванчик рядом с собой.

Аид отозвался, и через десяток секунд я массировала его голову в попытках снять излишнее напряжение. Кому, как не мне, знать как неприятна может болеть голова.

— У меня обезболивающее есть, — сообщила развалившегося князя.

— Не хочу, — поморщилось красивое лицо. Веки поднялись, открывая синие глаза, — не волнуйся, — он поднялся на ноги, — душ приму, полегчает.

Ходячий секс вышел в спальню только в одном полотенце на бёдрах и плюхнулся на край постели. Я взяла сухое полотенце и отправилась сушить его волосы, с которых стекала вода, падая на обнажённое тело. И когда моя благая миссия была выполнена, спросила, в чём он собирается спать?

— Ни в чём, — расслабленно ответили мне.

— Как это, княже? Негоже незамужнюю деву смущать своим видом, — развернулась, чтобы пойти за одеждой, но была остановлена сильной рукой.

Меня притянули, и я почувствовала как голова князя упирается в мою спину.

— Зачем же деву смущать, если необходимо просто совратить? — горячие руки, задев резинку штанов, полезли вверх, задирая свободную рубашку.

По телу забегали мурашки, заставляя сердце замирать от каждого прикосновения. А стоило влажному языку пройтись по хребту, я забыла, что вообще-то людям надо дышать.

Рубашка полетела в сторону. Мне же нужна была хоть какая-нибудь опора, поэтому пришлось зацепиться за столбик кровати.

Князь же не останавливался. Царапал зубами нежную кожу, а потом, будто извиняясь, зализывал и зацеловывал это место.

— Хочу чувствовать твою кожу, хочу вдыхать твой аромат, — рука медленно переползла на живот, — и слышать стоны, — умелые пальцы залезли под резинку штанов и провели, слегка надавливая, дорожку по ткане белья. — Хочу тебя всю.

Этот товарищ вчера оказался как никогда ненасытен. Но было всё настолько… ярко, что я готова простить ему недосып.

С утра пораньше, после ухода князя, заявилась орава горничных, которая принялась собирать мою персону на торжество. Они чего-то весело щебетали, а я витала далеко в своих мыслях. То вылезет тревога по поводу необходимости встречаться с энным количеством людей, то память подкинет флешбэки с прошлой ночи. В общем, настроение скакало на батуте.

Платье получилось великолепное. Чёрный блестящий атлас держался на тоненьких бретельках. Спину, как я и просила, открыли до талии. Двухслойная тяжёлая юбка закрывала ноги. Красиво, лаконично, немного вызывающе.

— Ой, — воскликнула молодая горничная и покраснела. А потом шёпотом спросила у другой девушки, — это наш князь оставил?

Стало любопытно, чего она там разглядела. Повернулась спиной к зеркалу. Как я и подозревала, после вчерашних развлечений остались следы. На шее я не дала ему сделать метки, так он на спине три штуки оставил.

Недовольно покачала головой.

— Замазать сможем? — спросила у горничных.

— Не до конца.

— Ну лишь бы в глаза не бросалось, — пошла на компромисс.

Велик был соблазн оставить всё, как есть. Но меня и так все ненавидят, пусть сегодня забудут о моём существование.

— Я видела в Вашем гардеробе палантин с вышивкой, — воскликнула горничная, которая обнаружила неприятность, — принести.

— Давай, — вздохнула.

Всё оказалось не так уж и плохо, и прозрачная ткань с серебряными прожилками неплохо дополняла образ. Волосы подняли наверх, открывая длинную шею и ключицу. Красная помада стала завершающим штрихом.

В дверь постучали и в покои вошёл виновник торжества. Выглядел он великолепно в своих любимых цветах с короной на голове.

"Величественный такой!" — облизнулась я на своего мужчину, пока он выпроваживал посторонних.

Аид вальяжно подошёл и, томно глядя в мои глаза, поцеловал костяшки пальцев, заставляя сердце пропустить удар. На этом повелитель решил не останавливаться и притянул за талию ближе. И уже склонялся, чтобы поцеловать, но был остановлен моей ладонью на своих губах.

Недоуменный взгляд вопрошал о причине.

— Помаду размажешь.

Князь нежно взял меня за запястье, снова поцеловал и уже приблизился к шее, как снова был остановлен.

— Не думай даже оставлять следы, — строжилась на эту детину, пока та фырчала от негодования, — и так девочкам пришлось постараться, чтобы скрыть укусы и засосы.

— Я их ставил, не для того, чтобы их скрывать, — недовольно ответил Аид, крепче обнимая меня, — хотел показать, кому ты принадлежишь.

— Все и так в курсе, — прижалась щекой к его плечу, — да и вообще, давай договоримся. Я принадлежу себе…

— Ну не… — перебил он.

— И ты принадлежишь мне, — весело договорила я. — Здорово я придумала.

Меня такой расклад более чем устраивал, князь же после недолгих раздумий сказал:

— Ладно, пусть будет так… пока, — и всё-таки поцеловал меня в плечо.

Довольный Аид отстранился и что-то вытащил из кармана.

— Знаю, что ты не любишь, когда я дарю тебе украшения, но прими хотя бы его, — он протянул кольцо.

Это была серебряная змея, которая оборачивалась несколько раз вокруг пальца. В глазах блестели чёрные камни. Кольцо завораживало, было наполнено силой Аида, а ещё я чувствовала чёрную дымку того высшего существа, который, очевидно, покровительствует моему князю.

Протянула левую руку, спросив:

— Опять семейная реликвия?

— Бабушкино, — украшение, как влитое, село на средний палец.

— Потеряю, не найдёшь, — сразу решила сбросить с себя ответственность в случае пропажи, как это случилось в кулоном его матери.

— Другое подарю. С днём рождения, — снова поцеловали холодные костяшки, — нам пора.

Появляться в зале вместе с князем в этот раз не было необходимости. Поэтому я спокойно от него сбежала в компанию Хоша, с которым мы и прибыли на несколько минут до прихода Аида.

Мой рыцарь так и не помирился со своей сестрой, но, несмотря на боязнь, нашёл поддержку у отца, который безумно был рад благополучному возвращению своего повелителя.

— Привет, — улыбнулась румяная Лиана, когда мы подошли к супругам, — великолепно выглядишь.

— Спасибо, ты прям как зефирка, так и хочется тебя укусить, — отвесила, как по мне, неплохой комплимент.

— Эй, притормози, — встрял Дитрих, — эта сладость только моя!

Расстроенно покачала головой, едва сдерживая смех:

— Лиана, золотце моё, зачем тебе такой собственник? Я намного лучше.

— Ох, Саша, — поддержала мою игру девушка, мы с ней