Дуэль с Лордом Вампиров - Элис Кова

Возможно, я долго провалялась без сознания – отсюда и слабость. Однако даже если и так, вряд ли прошло больше двух дней. Совсем незначительный период. Но как же сильно все изменилось!

Я рассматриваю собственные ладони, руки, ноги. Боль, которую невозможно отрицать, вгрызлась глубоко в конечности; в теле поселилось небывалое изнеможение. Наверное, все это должно укрепить меня в принятом решении. Ведь если выбирать между смертью от увядания и соглашением с повелителем вампов, вариант только один. Пока я жива, смогу попытаться что-нибудь изменить – во имя светлого будущего Охотничьей деревни.

Когда Дрю только сообщил, что хочет присоединиться к охотникам, мама сказала: «Не растрачивай жизнь понапрасну». Она объяснила, что если он твердо решил связать свое будущее с крепостью, то должен держаться выбранного пути и всеми силами служить достойному делу.

Как и все в Охотничьей деревне. Вот только я думала, что мне предназначено ковать серебряное оружие, а не пускать его в ход.

Обхватив голову руками, я сжимаюсь в комок. К глазам настойчиво подступают слезы, но если дать им волю, я окончательно расклеюсь. Интересно, как чувствовал себя брат, когда решил присоединиться к охотникам? Знал, что сделал правильный выбор, но все равно терзался от страха и неуверенности? Нет, наверняка он был спокоен. И мне тоже следует взять себя в руки.

Прерывисто дыша, я стараюсь сохранить самообладание. Раз повелитель вампов считает меня охотницей, нужно вести себя соответственно. Я вспоминаю стойкого, непоколебимого Дрю, которого, кажется, ничто не могло выбить из колеи. Он бы, не дрогнув, справился с любыми трудностями. Какой бы ни была его внутренняя сила, во мне она наверняка тоже есть. Прижав руку к груди, я кручу на мизинце серебряное кольцо, точно такое же, как у брата, и вскоре успокаиваюсь.

Нельзя поддаваться беспокойству и неуверенности в себе. Это как в кузнице. Когда из горна достают заготовку, есть совсем немного времени, чтобы превратить ее в нужное изделие. И действовать надо четко и умело. Иначе попросту все испортишь. Вот и сейчас необходимо обрести ту же выдержку и твердость, которые помогают мне в работе.

Отбросив в сторону одеяло, я осматриваю себя. Кожаные доспехи покрыты засохшей кровью, но выглядят так же, как и прежде. Слабое утешение, однако я все больше уверяюсь, что прошло совсем немного времени.

Я направляюсь к окну и, чтобы проверить работу мышц, с каждым шагом все больше сгибаю ноги в коленях. Конечно, они дрожат, но радует, что у меня все еще есть силы, чтобы ходить.

За окном простирается страна вампов.

Как и ожидалось, судя по нашему путешествию сюда, я нахожусь в замке на вершине горы. Ниже раскинулась небольшая долина, окруженная покрытыми инеем пиками, похожими на острые зубы вампов, дно которой плотно застроено зданиями, такими высокими, что я не вижу земли. Между увенчанными шпилями башенками тянутся мосты. Это настоящий город, залитый лунным светом. Однако отсюда, из замка, невозможно различить населяющих его существ, будь то вампы или кто-то еще. Но хуже другое – я не вижу путей, по которым туда можно спуститься. Возможно, в окружающих долину горах существуют внутренние туннели. Или же единственный способ добраться до замка и уйти из него – это туман, которым пользовался для переноса повелитель вампов.

Кажется, он упоминал, что замок защищен. Хотя с тем же успехом мог и солгать. В конце концов, мы попали в него с помощью магии. Всем известно, что вампы – зло во плоти, поэтому не стоит верить их словам. Насчет этой его кровной клятвы у меня куча сомнений. Однако раз ответов нет, придется все выяснять самостоятельно и полагаться только на собственные инстинкты. Очень уж не хотелось бы неожиданно угодить в ловушку и погибнуть.

Интересно, он специально поселил меня в этой комнате, чтобы я попыталась найти возможный способ сбежать из замка и с территории вампов и поняла, что выбраться не получится? Наверняка надеется, что, осознав свою беспомощность, я испугаюсь, запаникую, съежусь лишь при мысли о том, что оказалась здесь в ловушке. Но Руван ошибается, если считает, будто сумеет легко мною манипулировать.

Ведь из-за таких, как он, я с самого детства жила взаперти в Охотничьей деревне. И дала клятву всему человечеству защищать мир от вампов. И неважно, что теперь я здесь. Я всего лишь ближе подобралась к своему заклятому врагу.

По крайней мере, хочется верить, что он не сможет сломить меня, используя сомнения и игры разума.

– Если я убью его, все закончится, – бормочу я, и стекло запотевает от моего дыхания.

Звук открывшейся двери вырывает меня из мыслей. Надеюсь, никто не услышал моих слов.

В комнату входит не Руван, а тот мужчина из зала. Куин. Признаться, раньше я даже не предполагала, что у вампов – ну, кроме их повелителя – бывают имена. Более того, сомневалась в их разумности и способности говорить. Не знаю, удастся ли мне убить повелителя вампов. Но если нет, вдруг хотя бы получится сбежать и вернуться в деревню. Тогда я расскажу охотникам много полезного.

– Я отведу тебя к алтарю, – сообщает он, и становится заметно, что у Куина всего два удлиненных клыка, как и у повелителя вампов.

Еще одно отличие от монстров, нападающих на нашу деревню.

– Ладно.

Хорошо, что он не явился раньше, сразу после ухода Рувана. Иначе застал бы жалкую картину. А так мне вполне хватило времени взять себя в руки и подняться с кровати. Пусть лучше видят во мне сильного охотника.

Куин то и дело косится на меня краем глаза, явно не слишком доверяя моему спокойствию. Он медлит, похоже, ожидая, что я скажу или сделаю что-то еще. И, видимо, не отказался бы еще о чем-нибудь спросить. Я почти слышу нероизнесенные слова, теснящиеся за его сморщенными губами. Однако, как истинный слуга, послушный воле господина, Куин сдерживает порыв и просто отступает в сторону от двери, жестом приглашая меня следовать за собой.

Хотя, с другой стороны, может, он и не сумел бы ничего сказать, даже если бы захотел. В историях, которые Дрю читал в книгах охотников, ясно говорилось, что все вампы произошли от одного повелителя – в них течет древняя кровь первого представителя их проклятого рода. И если кто-то убьет главного