Попаданка с квартирой приключений не ищет - Ева Добринская

— Ну да. Я все это узнал на Земле. У нас мало кто задумывается о том, что мы живем на планете. И планета даже не имеет собственного названия, как Земля. Просто Мир. У нас не очень развита астрономия и нет почти никаких представлений о космосе. Но зато мы всегда знали, что наш мир не единственный, и сейчас, к счастью или несчастью, как посмотреть, у нас есть выход в ваш мир. А теперь есть и у вас.

— Замечательно! Но зачем это мне?

— Думаю, через очень недолгое время, мы это узнаем.

— Мы?

— Да. Вы, Ант и я.

Я озадачилась. Интересная перспектива. Чувствую, с подвохом.

— Я могу продолжать рассказ? — вернул меня из размышлений Марк.

— Чуть позже. Мы уже пришли.

* * *

Да. Мы уже пришли.

Как я и задумала, сначала зашли в аптеку. И там я взяла все необходимое, включая термометр для измерения температуры тела, хотя не была уверена, что он понадобится при наличии волшебного целителя.

Я уже собиралась все оплачивать, когда Марк достал пластиковую карту и рассчитался сам.

Умереть — не встать. Когда это закончится? Я скоро отупею от бесконечного удивления.

— Откуда?

— Что откуда?

— Карта.

— Из банка.

— У вас откуда?

— Открыли счет, заказали карту.

«Прибью! Ну разве можно так отвечать? Ведь понимает, о чем его спрашивают. В самом деле, откуда у иномирянина пластиковая карта из банка? Без проблем. Да?»

Я рассердилась, надулась и не стала больше ничего спрашивать.

С видом, отвергающим всяческие переговоры, я отправилась в магазин «Все для семьи» и повлекла за собой Марка. Там я набрала разных одежек для малышки на все случаи жизни в расчете на неделю, а также одеяло-конверт и плоскую подушечку. В этот раз Маркас не стал рассчитываться сам, достал вторую карту, несколько отличающуюся по цвету, и вручил мне, и сообщил на ушко пин-код. Я не стала спорить в присутствии продавца на кассе, оставив разъяснения на потом.

Едва мы вышли из магазина, Маркас заявил:

— Ева, я не понимаю, что вас так рассердило. Карты самые настоящие. Почему вы считаете, что мы не могли открыть счет и получить банковские карты?

— Да? Может, у вас и паспорта российские или вообще какие-то земные есть?

Маркас лишь слегка стушевался, но ответил:

— Да, у нас есть паспорта. Нам помог друг. Мы открыли счет и внесли на него свои средства. Поскольку вы нас кормите, и мы вас вводим в расходы, вторую карту приготовили для вас. Мы не успели это с вами обсудить, так как не рассчитывали в ближайшее время выходить на Землю.

— Вы вообще ничего не успели со мной обсудить. Ант уже второй день морочит мне голову и ничего не рассказывает. А вы, оказывается, готовились к встрече со мной, даже карту приготовили. У меня кончилось терпение. Я сейчас вас всех выгоню и на порог больше не пущу. А малышку себе оставлю. Вот.

— Ева, пожалуйста, не сердитесь. Мы вам все расскажем. Давайте устроим малышку, сядем и спокойно поговорим.

* * *

Я заставила себя успокоиться. Очевидно, что не в моих силах вынудить их говорить. Конечно, я, в самом деле, могу их выгнать, но… Я этого не сделаю. Более того, если они сами соберутся и уйдут, мне будет очень жаль. Это я отчетливо поняла. Да и не в том я положении, чтобы угрожать. Кто вернет мою квартиру в нормальное, естественное до недавнего времени положение?

Но Марку о моих размышлениях знать необязательно, потому последние минуты до входа в подъезд мы молчали.

Знаете, очень странное ощущение: заходишь в знакомый, привычный подъезд, поднимаешься на этаж в лифте, а перед дверью понимаешь, что там в квартире за окнами совсем не тот мир, что при входе в подъезд. Даже немного страшно стало. Появилась мысль: «Может мне смыться, пока я все еще в своем мире?»

Марк заметил мою заминку, но подгонять или удерживать не стал. Мы просто стояли перед закрытой дверью и молча смотрели друг на друга. Ключи у меня были с собой, уходя я по привычке заперла дверь на замок.

— Ева, — Марк мягко притянул меня к себе, погладил по голове, — не волнуйтесь, все будет хорошо.

На несколько мгновений я прикрыла глаза, прижавшись щекой к его груди. Так странно было в объятиях практически незнакомого мужчины чувствовать себя защищенной, в безопасности.

Наконец, я вдохнула-выдохнула, высвободилась из его рук, достала ключи, отперла дверь, и мы вошли в квартиру.

Дальше рефлексировать было некогда. Мы обнаружили оставленную компанию за просмотром канала Нейшнл джиографик. Кто-то — не буду указывать пальцем — умел справляться с пультом и интерфейсом интернет-ТВ. Этому я уже не стала удивляться. Куда уж, если у них даже паспорта есть.

Я быстро переоделась в домашнюю одежду, растасовала купленные вещи, снова ополоснула малютку, занесла ее, укутанную в махровую простынку, в гостиную. По-хорошему, купать детку нужно было бы сытую, но одевать немытую тоже не годится.

— А какие мы чистенькие!

Я вскрыла упаковку подгузников.

— Смотрите, господа, и учитесь, возможно, вам самим придется это делать.

Уложила малышку на диван между собой и Бернсом, освободила от простыни и пеленки, привычным движением левой руки прихватила ее за обе щиколотки, приподняла попку, подсунула нижнюю часть подгузника, завернула верхнюю между пухлых ножек на животик и закрепила липучками по размеру.

— Вот так, — и пощекотала пузико крохе.

Ответом мне была тишина. Я глянула и обнаружила потрясенные лица двоих мужчин: точнее определить выражение лиц Анта и Бернса я бы не взялась. Бесстрастным остался Марк, и заинтересованно смотрел Арсан.

Я как-то не подумала, что это могло быть, с их точки зрения, неприлично. Получается, что я продемонстрировала им не только попку девочки, но и ее половую принадлежность. И, видимо, я заблуждалась, что когда-нибудь они сами будут менять ей подгузники. Ну не подумала.

— Это — не мальчик, — сказал Арсан, и удивленно развел руками. — А кто?

И тут я вспомнила детский анекдот. Не знаю, что мною руководило, но я тут же его и рассказала.

— Встретились два голышка на пляже: мальчик и девочка. Мальчик долго рассматривал девочку, потом спросил: Потеял? Девочка покачала головой: Не-а. Мальчик с ужасом: Отойвали! Девочка спокойно: Не-а. Мальчик: Так и быё? Девочка: Ага. Мальчик: Стъяная констьюкция.

У меня хорошо получалось имитировать детскую речь с выпадением правильных звуков. Мужчины вылупились на меня с вообще непередаваем выражением лиц, причем все четверо.

Я им перевела:

— Потерял?

— Нет.

— Оторвали!

— Нет.

— Так и было?

— Да.

— Странная конструкция, — и не