Ледяное сердце генерала драконов - Орхидея Страстная

– Ты прекрасна, – сообщил Сириус, демонстративно облизнув губы, и, наконец, встал.

Я думала, он отнесёт меня на кровать или хотя бы поцелует для разрядки, но дракон совершил нечто неожиданное. Подтянув меня к самому краю, он медленно снял с меня промокшие насквозь трусики и положил рядом. А затем медленно, поглаживая, широко раздвинул мои ноги.

От предвкушения я замерла, чувствуя, как внутри становится лишь горячее. Сириус ещё ничего толком не сделал, а я уже умудрилась сильнее возбудиться, представляя его намерения.

Когда он дотронулся до кожи рядом с моим лоном губами, меня просто унесло. Запрокинув голову и уперевшись ладонями у себя за спиной, с протяжным стоном я откинула назад. Горячее дыхание и уверенные движения Сириуса – облизывающие, ласкающие, засасывающие – приводили меня в экстаз. Я кричала от восторга, едва сдерживая себя. Хотелось извиваться, словно в сладкой агонии, но я боялась лишним движением помещать.

Халат развязался и скатился к запястьям. Я сама опустилась на локти, не в силах держаться на выпрямленных руках.

– До чего же ты вкусная чувственная девочка, – пробормотал дракон, отрываясь от меня ненадолго, чтобы опалить взглядом.

Его руки скользнули по бёдрам вверх, поглаживая живот, чтобы с наслаждением и превосходством сжать груди.

– Боже, неужели тебе настолько хорошо? – поддразнил Сириус и чуть покрутил соски.

Связно ответить я не смогла, да дракону и не требовалось. Невероятно довольный собой, он принялся ласкать мою грудь губами. Сперва дразняще через ткань, потом, стянув её, бережно принялся облизывать нежную кожу. Поднимался дорожкой из поцелуев к шее, к мочке уха, а затем вновь возвращался к чувствительным полушариям, которые не преставал сжимать.

Ощущая, как от одних только ласк внутри всё сжимается и накатывает волна завершения, я взмолилась.

– Сириус, прошу! Войди в меня!

Упрашивать не пришлось. Дракон как будто ждал моей просьбы. Высвободив мужское достоинство, он с наслаждением вошёл к мою разгорячённую плоть. Дав нам секунду привыкнуть друг к другу и к потрясающим ощущениям, он начал двигаться. Темп нарастал с каждым толчком. Я млела, чувствуя приближение разрядки.

Внутри всё скрутилось в тугой узел. Запрокинув в голову, я потребовала большего, и Сириус уважил мою просьбу. Несколько резких толчков вознесли меня на вершину блаженства, а через пару секунд за мной последовал и любовник.

27

Я хотела выдвигаться дальше уже на следующее утро, но Сириус попросил задержаться ещё на денёк. Якобы, чтобы точно убедиться, что я восстановилась. Видимо, он одновременно меня проверял, не выпуская из постели. Или просто хотел утомить побольше. Меня не отпускало странное ощущение, что генерал как-то не торопится возвращаться. Я даже рискнула ему это высказать в лоб, терзаемая любопытством.

– Мы в принципе выяснили в чём дело, – нехотя сообщил дракон. – Ребята уже у Стены. Пока нас нет – продержатся. А как только мы вернёмся, сразу надо будет отправить из столицы подкрепление, решить ворох дел, одним глазом разбираясь в причине, почему этим птичкам вдруг захотелось разрушить Стену…

– Разве ты сам этого не хотел, когда меня уговаривал? – поддела я, памятуя настойчивость драконов.

– Хотел, – признался Сириус. – Но до того как у нас с тобой начался роман. Сейчас я хочу заниматься тобой, а не вот этим вот всем. Да и уже не торопит: к Стене мы прорвались, ничего не рушится. Только выкроить отпуск в такой ситуации у меня не получится – не поймут.

Я же про себя отметила, что у нас роман, а не какая-то там интрижка. И с удивлением поняла, что даже обрадовалась. Удивительно, но мне тоже хотелось отношений – не просто плотских, а какие-то более близких. Душевных, что ли. Запертые глубоко в душе эмоции начали прорываться, ломая возведённые стены и крепкие замки.

Видимо, прошло достаточно времени, чтобы я смогла отпустить прошлое. Всю ту обиду, что съедала меня изнутри, и боль от пренебрежения и предательства. Жаль, нельзя было просто выбросить всё произошедшее со мной полностью и начать жизнь с чистого листа. Но, к счастью, оно хотя бы померкло, сжалось до размеров досаждающей мошки. Я помни всё, но в груди уже не болело.

Когда мы на следующий день вышли из укрытия, снег меня ослепил. Теперь он лежал слоем в два-три раза больше, чем раньше. Удивительно, что столько выпало, пока мы несколько дней пережидали в укрытии. Со стороны наш ледяной дом было от сугроба не отличить. Так ещё и после тёмного закрытого места солнечный свет на белой нетронутой глади больно резал глаза. Как из подземелья вышла.

Пока я привыкала, Сириус заботливо вертелся около меня. Да и потом не желал отпускать меня вверх на разведку, но я настояла.

– Слушай, мы забрались в такую даль, – покачала я головой. – Давай я лучше гляну, что где, а то выйдем к горам или ровно к сборищу птичек – вот неприятный сюрприз окажется.

– Не поднимайся слишком высоко, – попросил генерал.

– Конечно-конечно, – заверила я. – Только макушку высуну!

Естественно, высунуть мне пришлось намного больше. Я поднялась над верхушками деревьев, пытаясь понять, где мы вообще оказались. Прищурилась, заметив подозрительную белую тень… словно облако мелькнуло в отдалении.

Как же я испугалась, когда обернулась, а передо мной оказалась встревоженная драконья морда!

Не Сириуса.

– Леди Келли, как мы рады, что вы нашлись! – заверил дракон, пока я придерживала себя в воздухе магией и сердце на всякий случай рукой.

Чуть не выскочило, честное слово! Но не успела я прийти в себя, как незнакомый дракон продолжил меня добивать:

– С князем всё в порядке?

– С князем? – бестолково переспросила я.

– Да, с его светлостью князем Сириусом. Вы же его сопровождали, – пояснил собеседник.

Перед глазами чуть не помутилось. В этот раз я думала, что точно упаду, но магией я владела лучше, чем предполагала. Не скажу, что мне подурнело, однако внезапно соображать я стала медленно-медленно, словно кто-то специально наложил заклятье.

Князь да. Самый главный в войске в княжестве – это князь. Я же сама решила, что он генерал, а он усмехнулся и по каким-то своим причинам не стал меня поправлять. Может, не хотел просто, чтобы я с ним напряглась и отстранилась. Потому что, конечно, достаточно нагло вести себя развязно с генералом, но с правителем страны, в которой живу, подобного