Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама! - Катерина Александровна Цвик

Я открыла пузырек и принюхалась. Ощутила знакомый запах настойки валерианы. У меня была такая еще в другом мире, ее запах я знала хорошо. И стоило признать, забота канцлера была мне приятна. Сама я бы сейчас вряд ли заснула, а так ничего, отключилась быстро. И даже сны почти не снились.

А утром меня огорошили новостью, от которой волосы на голове чуть не встали дыбом.

Глава 11. Обсуждения в карете

— Дорогая, представляешь, у нас забрали подарки принца! — воскликнула мачеха, когда мы ехали в карете.

Утром родителей и в самом деле проводили ко мне в гостевую комнату. Там мы позавтракали и отправились домой. Отец и мачеха делились своими впечатлениями о пережитой ночи, спрашивали, как я ее провела. Было видно, что их очень волнует вопрос приличий и моего поведения, но о своей беседе наедине с канцлером я им не рассказала, а все, что происходило до и после, они сочли вполне приемлемым для моей чести.

Я же поняла, что меня начинают сильно напрягать все эти разговоры о приличиях. Как же хотелось от них отмахнуться и сказать: «Да какая, к черту, разница, осталась я на минуту наедине с кем-то или нет?! Все равно ведь за это время обесчестить меня нереально!» Или кто-то и в самом деле обладает такой скорострельностью? Тем более что для начала даму нужно раздеть, да и самому обнажиться, а это в местных реалиях не такая уж тривиальная задача. Уж точно не на пять минут. По моему глубокому убеждению, проделать все эти манипуляции и даже успеть получить удовольствие, ну или хотя бы что-то там получить, — это задачка с тремя звездочками. Но приходилось слушать и смиренно кивать. Как ни крути, а это теперь моя жизнь и мой мир и нужно научиться жить по местным правилам.

Но, рассуждая мысленно о нелогичности местных пуритан[1], я как-то упустила нить разговора, и смысл последних слова мачехи дошел до меня не сразу.

— Какие еще подарки принца? — удивилась я.

— Ах да, ты же не знаешь… Во время бала некоторым гостям от имени принца слуги вручили небольшие подарки. Когда ты танцевала с канцлером, нам как раз такие передали с запиской, в которой было указание сразу после вальса ожидать его высочество у главного входа. И просили никому об этой просьбе не говорить, чтобы не испортить сюрприз, который всех потом ожидает.

У меня в груди похолодело. Неужели у них в руках были те самые артефакты, которые могли призвать в их тела духов изнанки?! И как им удалось избежать этого?! А может, я ошибаюсь и им подарили что-то другое?

Хорошо, что мачеха, несмотря на усталость после бессонной ночи, продолжала эмоционально рассказывать о произошедшем — видимо, возмущение ее никак не отпускало, — и мне не пришлось ее даже подталкивать к этому. Иначе бы она точно заметила мое крайне взволнованное состояние, а я ведь ничего толком ей не могла рассказать. Тогда пришлось бы выкладывать слишком много не предназначенной для родительских ушей информации.

— Похоже, принц хотел провести какую-то игру или лотерею для избранных. По крайней мере, в вышитых мешочках, что нам вручили, лежало по старинной монете со странными дырочками по окружности. И представляешь, у нас их забрали! Без объяснения причин и даже толком не извинившись!

— Камилла, не нам с тобой обсуждать действия тайной канцелярии. Тем более после такого происшествия, — осадил ее отец. — И если бы они захотели, ты бы им не только эту монетку отдала.

Но видимо, она и так слишком долго терпела, чтобы не высказать в стенах дворца, где везде были чужие глаза и уши, все, что у нее накипело.

— А ты бы поменьше мне пенял! Уж в кругу семьи я могу высказать свое мнение!

Из мачехи явно выходил стресс, ее несло. Обычно она не такая эмоциональная и при мне старается не выяснять отношений, но не сегодня.

— Матушка, а почему вы все же не пришли к нужному времени ко входу в зал? — Меня очень сильно волновал этот вопрос. — Вы ведь знаете, что там в этот момент случилось?

— Вот! — подняла она вверх палец и с видом победительницы посмотрела на отца. — А как ты на меня шипел, когда я всего на пару минут задержалась в дамской комнате! Как шипел! А ведь если бы не это, мы могли попасть под удар бомбиста и его дружков!

Наверное, впервые в жизни я радовалась, что кто-то куда-то опоздал. Расцеловать, что ли, за это мачеху?

Стоп, что значит ее последняя фраза?

— А каких дружков ты имеешь в виду?

— Ну как же? — удивленно посмотрела она на меня. — Ты же сама их видела! И откуда только в королевском дворце взялось столько одержимых? Все ведь перед входом во дворец проходят проверку. — А потом заговорщически понизила голос и добавила: — Говорят, в этом всем замешан канцлер.

— Что за бред! — воскликнула я громче, чем хотела.

— А без его ведома одержимые никогда бы не прошли дворцовую защиту! — со знанием дела заявила мачеха.

— А при чем тут он? Во дворце вообще-то своя стража есть, — опешила я.

— А при том, что со стародавних времен канцлеры королевства отвечают за защиту дворца от одержимых. Не знаю как, но именно благодаря им одержимые и не могут войти в здание.

— Ерунда какая-то. При чем тут дворец, одержимые и канцлер? — недоумевала я.

— А при том! Знающие люди говорят, что взаимосвязь есть. Но это большая тайна.

Ага, тайна, о которой уже знают все кому не лень. Но доказать что-то мачехе сейчас вряд ли возможно. Она ощутила себя причастной к элите, обладающей большой тайной, и только обозлится, если я скажу что-то отрезвляющее.

Я скосила глаза на отца и встретила его ответный обеспокоенный взгляд. Он точно знал больше мачехи, но ничего не говорил, и то, что вещала нам его жена, ему не нравилось.

— А если люди станут одержимыми уже внутри дворца? — все же задала я вопрос.

— Да кто же позволит проводить там подобные темные ритуалы?! — всплеснула руками мачеха.

— Ну а вдруг?

— Я не верю, что кто-то решится заниматься таким непотребством прямо во дворце!