Усадьба госпожи Аннари - Юлия Шахрай

Из ниток делаю кукольные волосы. Получается не так красиво, как из натуральных, но всё равно очень хорошо. Потом рисую на бумаге выкройку платьица, прикладываю её к кукле. Проверив, что всё нормально, берусь за ткань.

К этому времени Ася успевает закончить своё задание и я, убедившись, что она выполнила работу очень старательно, прошу её вырезать детали ещё для одной куклы.

Приделываю к платью кружевной воротничок, а потом принимаюсь за обувь.

Закончив работу, показываю её остальным.

— Очень красиво! — Ася прижимает руки к груди и смотрит на моё творение восторженным взглядом.

— Согласен, — кивает Рансон.

Я и сама довольна. Кукла получилась длиной сантиметров двадцать. С большими синими глазами на овальном личике, в нарядном красном платье с белым воротничком и бусами она смотрится очень мило.

Улыбаюсь:

— Пойду поищу Татину. Хочу подарить ей.

— Госпожа, может быть, лучше подождать до ужина? — предлагает Ася. — Она наверняка снова в сад убежала.

— А ты бы смогла спокойно лечь спать, если бы перед сном тебе подарили куклу? — улыбаюсь я.

— Нет, — улыбается Ася. — Вы правы — лучше подарить сейчас. Давайте я её позову?

— Буду благодарна.

Когда Ася выходит, Рансон усмехается:

— Вы об этом не помните, но если вам что-то нужно, например, найти дочь, то можете приказать служанке сделать это.

— Если я начну обращаться к Асе с малейшим своим капризом, у неё не будет времени даже присесть, — улыбаюсь я.

— Это её работа, — укоризненно произносит Рансон.

— Я подумаю об этом, — вру я.

Раньше максимум, что я могла себе позволить, это заказать еду в кафе. У меня не только не было служанок, но я даже клининг позволить себе не могла. Я, конечно, видела всё это в сериалах и кинофильмах, но всё равно мне всегда казалось, что любой труд ценен и важен. И важно не то, кем ты работаешь, а насколько хорошо ты делаешь эту самую работу. А вот в этом мире сословная система и принято делить людей на первый и второй сорт. Пусть мне повезло оказаться аристократкой, переставать быть человеком из-за этого я не собираюсь.

Мысли перескакивают на зимний сад. Вспоминаю, что хотела кое о чём попросить Рансона. И раз уж сейчас мы наедине, произношу:

— Оказалось, для полива растений в зимнем саду нужно брать воду из крана. Думаю, Асе будет самой сложно с этим справляться.

— Наши мысли сходятся. Лучше я буду приносить вёдра с водой к дальнему краю грядок, а она потом сама займётся поливом.

— Спасибо!

Татина вбегает минут через пять и взволнованно спрашивает:

— Мама, ты меня искала?

— Да, милая, — улыбаюсь я. — У меня для тебя подарок!

Вручаю куклу. По восторженному взгляду дочки понимаю, что она ей нравится.

— И я могу с ней играть? — уточняет Татина.

— Конечно! — улыбаюсь я.

— Как здорово! Спасибо!

Она прижимает игрушку к себе и убегает, едва избежав столкновения в дверях с Асей. Хвастается ей:

— Смотри, какую мне мама куклу подарила!

Выслушав порцию восторженных охов и ахов, дочка уходит.

— Думаю, она побежала хвастаться Лите, — улыбается Ася.

— Хорошо, — киваю я. — А теперь давай вернёмся к работе.

Показываю Асе, как нужно шить, и советую начать с самой крупной детали — туловища.

Пошив второй куклы заканчиваю только к следующему обеду. Она с такими же большими синими глазами, но цвет волос и платья выбираю другие. Прошу Асю позвать Литу.

Вопреки моим ожиданиям, девочка не спешит радоваться:

— Мне нужно спросить у мамы, могу ли я её взять.

— Хорошо, — киваю я. — Твоя мама сейчас на кухне? Пойдём вместе и узнаем.

Рису мы действительно находим на кухне. Увидев нас, она поднимается из-за стола, за которым нарезала груши и спрашивает:

— Госпожа, вы что-то хотели?

— Я хочу подарить твоей дочери куклу. Но она сказала, что перед тем, как принять подарок, должна спросить у тебя разрешение.

— О! — Риса смотрит на куклу в моих руках и хмурится: — Госпожа, это слишком дорого.

Улыбаюсь:

— Я сшила её сама для твоей дочери. Так что мне не пришлось платить за неё слишком много. Буду рада, если вы примете мой подарок.

— Большое спасибо, госпожа!

Передаю куклу Лите. Девочка берёт её очень осторожно и смотрит с таким восторгом, что это всё окупает.

— Риса, я хочу с тобой кое о чём поговорить, — произношу я.

— Конечно, госпожа. Вы, наверное, хотите обсудить меню? Вас что-то не устраивает? Лита, иди пока поиграй.

— Хорошо, мама.

Когда девочка убегает, я качаю головой:

— Мне нравится, как ты готовишь. Я хотела поговорить о другом, но раз уж зашла речь, то мне бы действительно хотелось обсудить меню. Давай присядем.

Сажусь за стол, но Риса моему примеру следовать не спешит. Повторяю:

— Присаживайся.

Когда она, наконец, садится, продолжаю:

— Мне нравится есть на завтрак омлеты и блинчики, но хотелось бы ещё и творога. Ты умеешь его делать?

— Конечно, госпожа.

— А ещё мне бы хотелось, чтобы овощные салаты были чаще.

— Хорошо, госпожа.

— На этом пока всё. А обсудить я с тобой планировала другое. Когда я была в Гатре, нашла только одно место, где продавали детские игрушки. Я плохо искала?

— Есть ещё лавка возле храма, но там продают очень дорогих кукол с фарфоровыми лицами.

— Разве детям не опасно с ними играть?

— Таких кукол обычно ставят на полку.

— Понятно. Как ты думаешь, сколько могла бы стоить кукла, которую я подарила твоей дочери? Стали бы горожане покупать подобные?

— Думаю, серебряную монету можно просить смело. И таких кукол точно покупали бы.

— Разве это не слишком дорого?

— Думаю, за такую красоту это справедливо.

— Понятно. Спасибо за ответ… Тебе что-нибудь нужно? Или может быть, хочешь попросить меня о чём-то?

— Нет, госпожа, мне ничего не нужно, спасибо.

— Ладно. Тогда я пойду.

Возвращаюсь к Рансону и Асе и делюсь с ними тем, что узнала от Рисы. Рансон хмурится:

— Вероятно, она права: серебряный за такую игрушку — вполне справедливая цена. Я подобных не видел даже в столице.

— А какие там куклы?

— Из тех, что я помню, есть деревянные и фарфоровые. А вот тряпичные выглядят гораздо проще. Как те, что вы купили на рынке. Вы планируете шить кукол на продажу?

— Наверное, сама бы я этим заниматься не хотела — отнимает слишком много времени. Да и не думаю, что в городе так уж много тех, кто может позволить себе потратить серебряный на игрушку. Но зимой делать будет всё равно нечего, так почему бы не сшить несколько, чтобы подзаработать.

— Перед их продажей вам лучше взять патент.

— Патент? — я, конечно,