Цитадель - Клэр Кент

Но я также не могу представить брата Коула законченным монстром.

— Я не знаю.

— Что… Что ты собираешься делать, когда наконец настигнешь его?

Он снова пожимает плечами.

— Поговорю с ним. Попытаюсь уговорить его пойти со мной. Я… я не перестаю надеяться, что когда он увидит меня, когда поймет, как долго я его искал, он откажется от всего остального.

— Может, так и будет, — у меня есть сомнения, но я никогда не выскажу их Коулу. Выражение его лица, возможно, такое же невозмутимое, как и всегда, но сейчас ему больно. Ему нужна надежда. А не реальность. — Он увидит, как сильно ты его любишь. Это должно что-то значить для него.

Коул вздыхает и на мгновение прикрывает глаза.

— Да. Может быть.

Я протягиваю руку и накрываю его ладонь своей. Я делаю это инстинктивно, не задумываясь, но уже сделав это, понимаю, насколько это смело.

Несмотря на смущение, я не отдергиваю руку. Прямо сейчас ему что-то нужно, и это единственное утешение, которое я могу предложить.

Через минуту он убирает руку, и я отдергиваю свою.

Несколько минут мы сидим в полной тишине. Должно быть, ему не слишком неудобно, иначе он попытался бы уйти или зайти внутрь. Но он этого не делает. Он вообще не двигается.

Наконец я спрашиваю:

— Можно задать тебе вопрос?

— Ты уже задала мне кучу вопросов.

Я хихикаю.

— Ну, тогда еще один.

— Какой именно? — Коул снова переводит взгляд на мое лицо, выглядя слегка настороженным. Как будто я могу задать вопрос, на который он не хочет отвечать.

— Почему ты отвлекся от своих поисков, чтобы помочь мне и Брианне?

Он хмурится.

— Ты действительно думаешь, что я какой-то монстр? Что я просто оставил бы вас умирать?

— Нет. Я не думаю, что ты монстр. Но есть разные уровни помощи, и ты не просто спас нас, когда наши жизни были в опасности. Ты неделями старался изо всех сил. И нельзя сказать, что ты нам чем-то обязан. Ты всего один раз видел меня на пляже. И ты… — я замолкаю.

Мне показалось, что с того самого момента, как наши взгляды встретились на пляже, между нами возникла связь, но нет никаких оснований предполагать, что Коул чувствовал то же самое.

— Я не знаю, — признается он. — Я действительно не знаю. Я давно хотел разойтись с теми парнями. Иногда я путешествую с такими типами, потому что они единственные, кто встречается на дороге, а в группе путешествовать легче. Но они оказались хуже, чем я думал, когда познакомился с ними, поэтому я хотел уйти. Но иногда бывает трудно расстаться с такой группой.

— Они, наверное, считают такое предательством.

— Да. Так что я искал удобного случая, и их рейд был лучшей возможностью, какую я только мог получить. На самом деле я отправился туда, в океан, не для того, чтобы спасти вас.

— Я знаю. Я никогда так и не думала. Но ты спас меня и Брианну, когда увидел, что мы в этом нуждаемся. Ты мог продолжать грести, но ты вернулся, чтобы подобрать нас. И ты не просто сделал это. Ты привез нас сюда, к Монументу. Кажется, я до сих пор не понимаю, зачем.

Его губы кривятся.

— Я тоже не уверен, что понимаю. Просто мне казалось, что я должен был это сделать. Как будто это была моя работа.

— Значит, мы для тебя — работа? — мой тон дразнит.

Коул качает головой.

— Ты же знаешь, что это не так. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз чувствовал связь с кем-либо. С кем-либо, кроме Марка. Но потом появилась ты, и мне показалось, что я тебя знаю. Как и предполагалось… чтобы помочь тебе. Я хотел. Вот почему я заглянул сюда при первой же возможности. Все гадал, как у тебя дела. Все хотел проведать тебя.

Я не могу сдержать улыбку.

— Я чувствую то же самое в отношении тебя.

— Да?

— Да. Я твердила себе, что не стоит ждать, что ты вернешься навестить нас, но все равно продолжала тебя ждать, — я снова протягиваю руку — очень смело — и на мгновение сжимаю его ладонь, прежде чем убрать свою. — Я рада, что ты вернулся.

Коул почти улыбается мне.

— Я тоже рад.

***

Я хочу проболтать с Коулом всю ночь, но через несколько минут он бормочет что-то о том, что уже поздно, и это является явным признаком того, что наш разговор окончен.

Это даже к лучшему. Если я еще немного задержусь, появится Брианна и потребует, чтобы я тащила свою задницу в постель.

Мы все еще живем в одной комнате в гостевом доме, а у Коула комната дальше по коридору. Мы желаем друг другу спокойной ночи, и я тихонько проскальзываю в комнату.

Как оказалось, мне не нужно вести себя тихо. Брианна еще не спит.

— Все в порядке? — спрашивает она. Она лежит в постели, натянув одеяло до плеч.

— Да. Извини, что так поздно. Я недолго буду готовиться ко сну.

Брианна не жалуется и не упрекает меня. Она ждет, пока я умоюсь, переоденусь в ночную рубашку и заберусь под одеяло. Затем она тихо говорит:

— У тебя же нет никаких идей, не так ли?

— Идей?

— Насчет Коула.

— Каких идей?

— Ты знаешь, каких. Я вижу это мечтательное выражение на твоем лице, и это меня беспокоит.

— Нет у меня никакого мечтательного выражения!

— В некотором роде есть. И это понятно, но, пожалуйста, постарайся быть осторожной. Он был добр к нам, и он определенно не монстр. Но он все равно из тех, кто уходит, Дел. Он никогда не останется здесь надолго.

Я вздыхаю. С трудом сглатываю.

— Может быть.

— Нет тут никаких «может быть». Он ничем не отличается от того, кем был три месяца назад. Он скоро уйдет отсюда, и я не хочу, чтобы ты осталась с разбитым сердцем.

— Не будет у меня разбитого сердца!

— Хорошо. Потому что мой первый и главный совет по мужчинам — не влюбляйся в тех, кто уходит.

— Я не влюбилась в него.

На самом деле я не знаю, правда ли это, но будет безопаснее, если я в это поверю.

***

Пару часов я лежу без сна, стараясь не ворочаться с боку на